Кэрол Финч - Водоворот страсти

Пока Роберт вовсю развлекался с Бэмби, Элисса старательно убеждала себя в том, что секс в серьезном браке играет второстепенную роль. Она наивно полагала, что ей удастся оттянуть тот неизбежный момент, когда придется раздеться перед мужем догола и его изумленному взору предстанут все ее жуткие шрамы. Неужели она не знала, что Роберт, не добившись от нее интимной близости, будет искать сексуального удовлетворения с другой женщиной? К счастью, она узнала об этом еще до свадьбы. Случись это после, боль унижения была бы гораздо острее.

Скрип входной двери мгновенно вывел погруженную в мрачные раздумья Элиссу из оцепенения. Она напряглась всем телом, думая, что это Роберт решил воспользоваться имевшимся у него ключом от ее квартиры. Но, услышав, как включился проигрыватель компакт-дисков и заиграл один из хитов Гарта Брукса[2], Элисса облегченно вздохнула. Эти звуки могли означать только одно – вернулась домой Валери. Рассеянно бормоча себе под нос слова песни Гарта Брукса, Элисса взяла большое махровое полотенце и стала медленно вытираться. Прежде чем выйти из ванной комнаты и перекинуться парой фраз с вернувшейся Валери, она тщательно пригладила волосы и надела ярко-красный спортивный костюм, полностью скрывавший ее тело.

– Слушай, я прямо-таки умираю от голода! – воскликнула Валери, суетясь на кухне. – Спагетти тебя устроит, Элли? Ужасно хочется есть…

Увидев мрачное лицо Элиссы с покрасневшими глазами, Валери осеклась. Едва заметно дрожавшая рука подруги сжимала горлышко начатой бутылки виски.

– Что это с тобой? Что случилось?

Элисса молчала. Ей было так плохо, что говорить совершенно не хотелось. Любая, узнав об измене своего жениха, была бы надолго выбита из колеи. Элиссу переполняла горечь обиды и унижения.

– Может, все-таки скажешь, что стряслось? – не на шутку встревожилась ее подруга.

Подойдя к холодильнику, Валери достала оттуда несколько кубиков льда и бросила их в стакан с виски, намертво зажатый в другой руке Элиссы.

– Давай, Элли, выкладывай, в чем дело, – требовательно сказала она. – Вечно ты все держишь внутри себя! Не то что я – уж если разозлюсь, то становлюсь похожа на вулкан, извергающий лаву. Зато потом, облегчив душу, быстро успокаиваюсь и снова обретаю доброе расположение духа. Ты же, несмотря ни на что, всегда невозмутима, как скала. Наверное, даже землетрясение не испугает тебя, да?

С этими словами Валери осторожно усадила Элиссу на кухонный табурет и сняла с полки большую кастрюлю для спагетти.

– Расскажи мне все как есть, – продолжала Валери, наливая в кастрюлю воду. – Даниэль решил меня уволить за то, что я хожу на работу в джинсовой одежде? Да? И он велел тебе первой сообщить мне об этом?

Попытки Валери хоть как-то расшевелить Элиссу почти не дали результата. Ее шутка вызвала у Элиссы лишь слабое подобие улыбки.

– Насколько мне известно, в течение ближайшей сотни лет работа у Катлера тебе гарантирована, если, конечно, ты не ударишься в нудизм и не станешь являться на работу в чем мать родила.

– Тогда в чем дело? – улыбнулась Валери, доставая из шкафчика пачку спагетти и банку томатного соуса.

– Дело в том, что… – Элисса замолчала, решив сделать еще несколько глотков виски, прежде чем начать рассказывать. Алкоголь уже начинал оказывать желаемое действие – душевная боль постепенно притуплялась и уже не была столь невыносимой, как прежде. – Дело в том, что я застала Роберта в постели с другой женщиной, когда заехала к нему домой, собираясь оставить записку.

– Ну и ну! Не может быть! – Зеленые глаза Валери от изумления расширились, став величиной с блюдца. – Значит, Роберт оказался таким же мерзавцем, как и мой бывший муженек? – Она тихо выругалась. – Я никогда не рассказывала тебе о подлеце, за которым имела счастье быть замужем, но ты должна знать, что на свете живет очень много робертов грейсонов. Твое счастье, что ты узнала о его донжуанских наклонностях еще до свадьбы. Вот мне, к несчастью, не так повезло. Этот бездельник не только изменял мне, но еще и снял все деньги с моего банковского счета, не говоря уже об усердном использовании моих кредитных карточек: расплачиваться по его долгам мне пришлось целых три года после развода!

Вздохнув, Валери начала разогревать томатный соус для спагетти.

– Прости, мне уже давно хотелось об этом кому-нибудь рассказать. Снять с души камень… И с кем же ты застала Роберта?

Уставившись в свой стакан, Элисса тихо проговорила:

– Я бы предпочла умолчать об этом. Скажу только, что в своей измене он обвинил меня.

– Ну конечно! – хмыкнула Валери, доставая из морозильника пакет брокколи и высыпая его содержимое на сковородку. – Должна сказать тебе, Элли, что я с самого начала знала: Роберт тебе не пара. От таких карьеристов трудно ждать искренней любви, особенно если ты к тому же приемная дочь босса… Если ты успешно занимаешься бизнесом, то никогда не знаешь, чем стремятся овладеть мужчины – тобой или твоими деньгами. Вот почему я твердо решила искать…

– Настоящего мужчину, «соль земли», – закончила за подругу Элисса, наливая себе еще немного виски.

– Вот именно. К такому убеждению я пришла после горького опыта общения с большим количеством ни на что не годных мужчин с откровенными иждивенческими наклонностями.

– Значит, ты совершенно уверена, что ковбой, который по твоей теории, несомненно, относится к тем, кого можно назвать «солью земли», никогда не станет тебя обманывать? – горько усмехнулась Элисса. – Да ты еще большая идеалистка, чем я! Мне бы не хотелось разочаровывать тебя, Валери, насчет нравственной чистоты ковбоев, которых ты так любишь и уважаешь, но мужчины есть мужчины, и вряд ли среди них найдется хотя бы один, которому можно было бы доверять.

Валери серьезно взглянула на подругу и сказала:

– Мне кажется, ты и сама прекрасно знаешь, что решила выйти замуж за Роберта только потому, что настало время создать семью. Ты умна, проницательна и умеешь мыслить. Ты обладаешь удивительной способностью очень быстро распознавать суть любого человека. Я сама была тому не раз свидетельницей, хотя это касалось исключительно твоей работы. Когда Роберт впервые появился в корпорации, ты сразу сказала, что он один из самодовольных яппи[3], но все же решила, что с этим можно смириться. В конце концов, он был не хуже прочих возможных кандидатов на роль твоего будущего мужа. О взаимной любви между вами не было и речи, так ведь?

– Значит, ты, как и Роберт, тоже считаешь меня во всем виноватой? Правильно, как раз в этом я сейчас нуждаюсь. Вместо слов сочувствия – новые обвинения… – пробурчала Элисса.