( Не )фиктивная жена для миллионера - Анна Жукова

И я даже (будь проклято моё воспитание) не могу его упрекнуть ожиданием. Мне надоело, что он беспомощно ковырялся со своим рукавом и быстро, без предупреждения, взяла дело в свои руки. Акулов не ожидал и не успел отдёрнуть ладони. Довольная результатом, я посмотрела в его лицо. Равнодушное, как всегда. Хотя что я ожидала увидеть там? «Спасибо» и «благодарю» явно не входили в обиход этого акулы бизнеса.

— Пожалуйста, — так и не дождавшись слов благодарности, пробормотала я.

— На выход, — наскоро кинул тот мне в спину и обогнал меня, надевая на ходу пиджак.

Явно выдавил из себя, а я едва поспевала за длинными мужскими ногами. Эта привычка всё время бежать сломя голову. Едва я захлопнула за собой дверь, как авто рвануло. Он всё время с кем-то разговаривал по телефону, и по дороге я даже слегка вздремнула.

Мы вышли на парковке делового центра, нависшего надо мной громадой. Они чем-то схожи с моим боссом-«мужем». Несколько мучительных минут в одном лифте с Акуловым — и нам навстречу из-за стойки ресепшен выбежала стройная сотрудница в белой блузке и чёрной юбке-карандаш. Ещё бы галстук на шею. Красный. И как пионерка, на всё готовая. Но облик девушки венчали чёрные туфли, хоть и с красной подошвой.

— Михаил Александрович, доброе утро! — поприветствовала босса сотрудница, лицо которой выглядело слегка помятым, как будто звонок начальника выдернул её из сладкого сна.

— Сегодня в офисе работаю, всё как обычно, Ксения, но на тебя в нагрузку сегодня новый специалист по реконструкции, покажи ей всё здесь, объясни, введи в курс дела, — отдал приказ, как всегда точно, и ретировался в кабинет с надписью директор ООО «Агентство удовольствий» Акулов Михаил Александрович.

— Привет! — дружелюбно поздоровалась я, и тут же представилась, — Катя.

Ксюша посмотрела на меня оценивающе. Не зло, не как соперница, а как профессионал, который должен чётко выполнить приказ начальника.

— Из-за меня пришлось встать ни свет ни заря? — спросила я сочувствующе.

Девушка изумлённо распахнула глаза, густо накрашенные тушью, и покачала головой.

— Тебя здесь сожрут, — выдала она, и махнула рукой развернувшись, — а ты чего с боссом-то приехала? Как вы встретились?

— По дороге прихватил, — соврала, я, думаю, что ни к чему сотруднице знать о времяпрепровождении её начальника, — вчера собеседование прошла.

— Угу, мы в курсе, — хохотнула она, ведя меня по пустым коридорам офиса, — ты обошла всех претенденток, а ведь там были те ещё девицы. Акулы, одним словом, — и вздёрнула плечиками, явно довольная своим каламбуром, приплетя сюда фамилию босса.

Ксюша почти летела. Сам гонит, как ненормальный, и сотрудников небось, вымуштровал. Я старалась не отставать, но девушка ещё и была на каблуках. Впечатляло. Она наконец-то остановилась, и мы влетели в складское помещение с коробками и вешалками.

Ксюша повернулась ко мне и вновь прошлась по моей фигуре оценивающим взглядом, затем потрогала грудь.

— Неожиданно, — попробовала отшутиться я, сильно смутившись.

— Подберём офисное шмотьё, — объяснила та задумчиво.

Здесь ещё и одежду дадут. Неплохо.

— Уверенная двоечка, — она цокнула языком, — мне надо заказать блузочки поменьше, девушки тут у нас пофигуристее задерживаются, — девушка улыбнулась.

— Угу, начальство предпочитает... — угадала и открыла в лице Ксюши ящик Пандоры со сплетнями.

Ксюша хихикнула.

— Да. Любит девушек с формами. Ещё будь в курсе, что тут есть дамочка... Наш Мишаня... ну, мы так нашего дира называем за глаза... Окучивает его. Ну поняла? — я мотнула головой, — Тебе ещё предстоит с ней встретиться, — Ксюша покопалась в шкафу и вытащила юбку с блузкой, по крою ничем не отличавшихся от её, — примерь... — я тут же начала переодеваться, — так вот, она всё лелеет надежды на то, что наш Мишаня когда-нибудь западёт на неё...

Я переоделась и стояла в полной боевой готовности, но любопытство пересилило:

— А Акулов чего?

Ксюша закатила глаза:

— Только не с ней! С Мишаней многие бы замутили и даже ходят слухи про связь и всё такое, но вот только девочки, вокруг которых замечена такая движуха, тут долго не задерживаются, а платит Акулов хорошо, так что ради пустой интрижки такое что-то не хочется, — девушка искала что-то в обувных коробках, выуживая туфли, которые я тут же примеряла, — ну знаешь, там капризы всякие, что если спишь со статусным мужиком, то хочу послаблений, вот только с Мишаней такое не пройдёт, он тут всё... — мне показалось, что она даже гордится боссом.

— ...любит контролировать? — завершила я за коллегу и обулась.

Наконец-то туфли мне подошла, и Ксюша улыбнулась.

— Не забыть заказать блузочки поменьше, — задумчиво произнесла она, мысленно ставя себе галку в голове, и поспешила к выходу.

Но я-то не могла так быстро. Отвыкла от каблуков, бегая по собеседованиям в кедах. Кое-как проковыляла за ней к ресепшен. И мой желудок снова завыл от голода.

— Не завтракала? — сочувствующе спросила Ксюша, — у меня есть бутерброды, — и достала из шуршащего пакета еду.

Белый хлебушек, ароматная нежирная ветчина и сырок. Ещё немного, и я превратилась бы в собаку Павлова со слюной до пола. Я не успела ответить, даже взять вожделенную пищу в руки, что уж там говорить о о том, чтобы проглотить хотя бы кусочек, как из своего кабинета вылетел Акулов. Ну что ты будешь делать? И сам не ест и другим не даёт. По тому, как подтянулось его тело, я поняла, что мы сейчас вновь куда-то рванём. Мы встретились взглядами, и я заметила, как его бровь слегка поднялась, оглядев меня с ног до головы, но глаза так и остались непроницаемыми.

— Волкова, поехали! — ну точно, как собака, но собак-то хоть кормят, тоскливо, накидывая на себя пальто.

Я вообще не успевала за ним, а ему хоть бы хны. Запыхавшись, я едва успела заскочить в лифт. На улице не стало легче. Босс уже сидел в авто с недовольным выражением лица, как меня схватили за руку и развернули к себе.

— Полина?! Это ты?! — вскричал бледный мужчина со взъерошенными волосами и блуждающим взглядом серых, болезненно запавших глаз.

Глава 6

Я не успела ничего ответить, не только потому, что растерялась, ещё и ощутив жалость к молодому мужчине, а в его глазах отражались боль и печаль, но