Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

- Ну-ну, остановись, - тихо шикает на меня. – Я миллион раз уже за это извинился. Если ты не забыла, то я в тот же день высказал все маме и разорвал любые контакты с Гулей. Мне было так же неприятно, как и тебе, если не больше. И еще дико страшно, - снизив скорость, Мэт решается посмотреть мне в глаза. Устало ухмыляется. - Зная тебя, я боялся, что ты вообще разорвешь помолвку и бросишь меня в итоге. Это была жесткая подстава.

- Да уж, сомнительное удовольствие, - соглашаюсь, потупив взгляд.

- Именно поэтому меня напрягает перспектива сегодняшнего совместного ужина, - перестраивается в крайнюю правую полосу. - Мы с тобой и так в эти дни как кошка с собакой. Боюсь, как бы мать не подлила масла в огонь. Ты ведь вспыхиваешь от искры.

- Ничего себе искра… Не каждый день с тобой пытается подружиться бывшая любовница жениха. Еще и лезет с ценными советами, рассказывая, какие позы ты предпочитаешь, а что тебе предлагать категорически нельзя.

Сцепив зубы, взметаю ладонь и со слабым шлепком прикрываю рот. Атмосфера в салоне накаляется, достигает предела, и… Мэт сворачивает на обочину. Включает аварийку, игнорируя сигналы пролетающих мимо автомобилей, бьет по тормозам. Меня встряхивает, но я тут же оказываюсь в кольце его рук. На плечи ложатся широкие ладони и крепко сжимают. Муж подается ближе, практически вплотную. Воздуха не хватает, тоненькое пространство между нами вспыхивает, обжигая тела до физической боли.

- Почему я слышу об этом только сейчас? – жарко выдыхает мне в губы.

- Извини, зря я начала… - вжимаюсь в спинку кресла, мечтая просочиться сквозь нее и сбежать от пытливого, препарирующего мужского взгляда. - Мне было неловко тогда рассказывать, я и так стеснялась, что у меня нет опыта, а теперь… глупо вышло.

- Нет, не глупо, просто поздновато. Долго же ты вынашивала в себе все это дерьмо, - срывается, отбросив ледяной щит. Горим вместе.

- Давай забудем…

Опять не заканчиваю фразу. На этот раз меня перебивают другим способом. Жесткие губы врезаются в мои, сминают настойчиво и жадно. Я не в силах сделать вдох, однако отвечаю на поцелуй. Опускаю ресницы, мурлычу, теряя связь с реальностью. Обиды ставлю на паузу. Мы с Мэтом как два магнита: то отталкиваемся, то притягиваемся. Так и крутимся рядом, поворачиваясь разными полюсами друг к другу.

- Не получится забыть, ты все мои косяки записываешь на подкорку, - отстранившись, он горько усмехается. – Поэтому закроем эту тему здесь и сейчас, раз уж ты не дотерпела до дома.

- Мэт, я… - кусаю истерзанные им губы, ругая себя самыми грубыми словами.

- Во-первых, никого не слушай. Ни одна баба не в курсе, что мне надо и как, - говорит прямо, заставляя меня покраснеть. - Потому что до встречи с тобой я сам о себе ни хрена не знал, Ксюш. С тобой все иначе, ярче, острее, по-особенному, - на каждом слове покрывает поцелуями мое лицо. – Я даже сейчас что-то ненормальное чувствую. То ли придушить тебя хочу, то ли опрокинуть на заднее сиденье, - наклоняется к моей шее, ведет носом по пляшущей в экстазе жилке, аккуратно оттягивает кожу зубами.

- А во-вторых? – сипло пищу, но откидываю голову, открываясь его ласкам.

- Тебе рот зачем? – вгоняет меня в краску, пробуждая неуместные мысли и желания.

- А? – хлопаю ресницами и роняю челюсть.

- Обычно он нужен, чтобы говорить, - Мэт шутливо поддевает пальцем мой подбородок, надавливает, и я клацаю зубами. – Если у тебя есть какие-то претензии или вопросы ко мне, озвучивай их сразу.

- Когда я говорю, мы ссоримся…

- Ксюша? – укоризненно зовет.

- Хорошо, поняла, - выкручиваюсь из его хватки и выпрямляюсь.

- Что-то еще… - чувствует, что я скрываю что-то, но я ведь и так наболтала лишнего в сердцах. - Ну же, я слушаю!

Сдаюсь и выпаливаю, как автоматной очередью:

- Когда мы в последний раз были у Нины Евгеньевны, она мне сказала… - тяжело сглатываю. – Если я не рожу тебе, то мы должны развестись.

Затихаю, искоса посматривая на потемневшее лицо мужа. Жалею о том, что призналась. Не следовало…

- Чушь какая, - зло выплевывает. – Это не ей решать, я поговорю с ней. Все?

- Все, - киваю, царапая лямку рюкзака, внутри которого лежит проклятый телефон. Благо, молчит. Стараюсь не думать о нем... и о непонятных сообщениях. Всего лишь чья-то неудачная шутка.

- Хм, допустим, - многозначительно хмыкает муж.

– Матвей? – называю его полным именем, чтобы обратить на себя внимание. Установив зрительный контакт, слегка приподнимаю уголки подрагивающих губ и лепечу чуть слышно: - Я могу в свое оправдание сказать, что я люблю тебя?

- Можешь даже поцеловать, - смягчившись, довольно улыбается.

- В щеку, - игриво грожу ему пальчиком.

Подставляет щеку, но как только я касаюсь шершавой кожи, резко поворачивает лицо и, рвано шепнув обреченное «люблю», врезается в мои губы. Поцелуй длится секунды, но пробирает каждую клеточку. Наши с Мэтом энергии сталкиваются и превращаются в опасную смесь, хуже ядерной бомбы. За мгновение до взрыва мы отшатываемся друг от друга, судорожно хватая воздух.

- Хочешь со мной на этот гребаный ужин? – цедит муж сквозь зубы, выделяя каждое слово, и буравит меня взглядом, будто пробирается в самую душу.

- Не хочу, но поеду, - дрожу, однако не отступаю.

Дура? Полная!

- Как скажешь, - твердо чеканит Мэт. Еще раз целует меня, только уже нежнее, ерзает на сиденье, будто ему вдруг стало некомфортно. Отдышавшись, возвращается на трассу.

- Наверное, опоздаем из-за меня? Я постараюсь побыстрее переодеться, - медленно остываю и больше не считаю свою идею удачной. Может, стоило остаться дома, как предлагал муж?

- Успеешь. У тебя будет столько времени на сборы, сколько нужно, - выдает безапелляционно. - Я предупрежу маму, что мы задержимся. Пусть ей Глеб пока экскурсию по ресторану проведет.

*** Муз. трек «Ревность» - Елена Темникова

Глава 4

Ксюша

Вкладываю ладонь в протянутую руку Мэта. Моя – горячая и влажная от волнения, его – ледяная, как обычно. Между нами разительный контраст во всем, даже в таких мелочах. Как мы только уживаемся друг с другом?

- Подожди.

Выйдя из машины, не спешу отпускать мужа. Сжимаю его пальцы и ласково поглаживаю, будто растираю, чтобы согреть. Тяну за руку на себя, а он поддается и, лукаво хмыкнув, приближается к моему лицу, обжигает дыханием щеку. Почти целует, но у меня другие планы. Воровато озираясь, шепчу заговорщически:

– Прикрой меня, я поправлю эту юбку дурацкую.

Убедившись, что поблизости никого нет, прячусь между открытой дверью и мощной фигурой мужа. Наклоняюсь, чтобы одернуть невероятно узкую юбку-футляр цвета бургунди. Аккуратно спускаю ее край ниже колен, проверяю, чтобы разрез оказался в нужном месте: спереди, на уровне левой ноги. Шумно вздохнув, покачиваюсь и случайно утыкаюсь макушкой в каменный пресс мужа, который напрягается еще сильнее.

- Кхм-кхм, - над головой раздается хриплый кашель, переходящий в смешок.

- Ничего не говори, - фырчу предупреждающе. – Сам знаешь, что я привыкла к спортивному стилю.

Выпрямившись, равняю короткий, бежевый топ, застегиваю приталенный жакет, в один тон с низом. Искоса осматриваю себя, оценивая костюм. Надеюсь, достаточно прилично, чтобы понравиться Нине Евгеньевне и соответствовать в ее глазах уровню Матвея. Я весь шкаф выпотрошила перед выездом, однако до сих пор сомневаюсь в себе и не могу успокоиться. Смахнув волосы с лица, запрокидываю голову. Несмотря на высокие каблуки, я все равно ниже ростом.

- Нормально? – заглядываю в напряженное лицо мужа и ищу поддержку. Тем временем он внимательно изучает меня, не пропуская ни одного сантиметра тела. - Что не так? Помялось что-то, пуговица отлетела?

Взволнованно ощупываю себя, теряю равновесие на неудобных шпильках, и тут же талию фиксируют мужские руки, ползут под жакет, а пальцы проходятся по тонкой полоске кожи между границей топа и поясом юбки.