Тени выбора - Аша Ми

— Что ты имеешь в виду?

— Судя по всему, он проявляет к ней интерес. Они иногда проводят время вместе.

Имя Виктора отозвалось болезненной колючкой в сердце Джеймса.

— Спасибо, Алекс.

— Только не делай глупостей, Джеймс.

Джеймс вернулся в тот город, где они встретились. Его отец, узнав о поездке, удивился:

— Ты снова туда? У нас больше нет дел в этом месте.

— Это личное, — отрезал Джеймс, не вдаваясь в детали.

Джеймс отправился в ресторан Виктора. Его встреча с этим человеком была неизбежной.

Ресторан казался уютным и красивым местом, полным посетителей. Но, Джеймс не торопился туда заходить.

Когда он заметил Виктора, его сердце сжалось. Высокий, уверенный, с доброжелательной улыбкой, Виктор казался идеальным мужчиной. Джеймс наблюдал, как Виктор общается с клиентами, шутит с персоналом, а затем он вышел из ресторана вместе с Лимой.

Она шла рядом с ним, держала в руках папку с рисунками. Они о чём-то говорили, и Виктор рассмеялся, открывая перед ней дверь машины.

Джеймс, стоя в тени, смотрел на них. Его сердце разрывалось от ревности, боли и горечи.

«Она счастлива. Она улыбается. У меня нет права мешать ей.»

Но тут он заметил, как Лима слегка отстранилась, избегая прикосновений Виктора. Её взгляд был сосредоточенным, но отстранённым.

«Может, я ещё не всё потерял.»

На следующий день Джеймс пошел в художественную студию, где работала Лима. Ему нужно было поговорить с ней.

Когда он вошёл, администратор проводила его к кабинету. Лима сидела за столом, листая альбом с рисунками, Эмили тоже была там, она рисовала. Когда Лима заметила его, её лицо сразу изменилось.

— Джеймс? Что ты здесь делаешь?

— Мне нужно поговорить с тобой, — твёрдо сказал он.

Она поднялась, сжав руки в кулаки.

— Нам не о чем говорить.

— Лима, пожалуйста. Это важно. Я знаю, что ты злишься. И у тебя есть на это право. Но я хочу объясниться.

— Ты думаешь, что одно объяснение всё изменит? — она горько усмехнулась.

— Нет, — признал он. — Но я хочу попробовать…

Лима напряглась, её глаза заблестели.

— Джеймс, ты отвернулся от меня. Ты думаешь, я просто всё забуду?

— Нет. И я не прошу тебя забыть. Но я прошу дать мне шанс.

Эмили, сидевшая неподалёку, подняла голову.

— Мама, это твой друг? — спросила она.

Лима посмотрела на Джеймса, а затем на свою дочь.

— Это… просто знакомый, милая.

Но Эмили подошла ближе и улыбнулась Джеймсу.

— Ты знаешь маму?

— Да, знаю, — ответил он, глядя на Лиму.

— Очень давно.

Лима развернулась, взяла Эмили за руку и направилась к выходу.

— Уходи, Джеймс.

Но прежде, чем она ушла, он произнёс:

— Я не сдамся, Лима. Я буду бороться за вас.

Глава 16

Весь вечер Лима не могла найти себе места. После встречи с Джеймсом она чувствовала себя так, словно старая рана вновь открылась. Она наблюдала, как Эмили играет в своей комнате, напевая песенку, и пыталась понять, что ей делать.

Джеймс снова появился в её жизни, но могла ли она довериться ему? Её сердце металось между воспоминаниями и реальностью.

Она вспомнила, как он смотрел на Эмили. В его глазах была таже смесь удивления и нежности, что и тогда, когда они только начинали свои отношения.

Но вместе с тем она не могла забыть, как он отвернулся от неё, как поверил в ложь, как оставил её в тот самый момент, когда она больше всего нуждалась в его поддержке.

«Я сделала всё сама. Я воспитывала нашу дочь без его помощи. Почему он думает, что теперь имеет право быть частью нашей жизни?»

Эмили подбежала к Лиме, держа в руках свой рисунок.

— Мама, смотри! Это я, ты и тот дядя, которого мы встретили сегодня! — сказала она с гордостью, указывая на фигурки, которые были нарисованы простыми детскими линиями.

Лима замерла.

— Дядя Джеймс, да? — продолжала Эмили.

— Он мне понравился. Он хороший, правда?

— Эмили… — Лима опустилась на колени перед дочерью, пытаясь подобрать слова.

— Давай пока не будем говорить о нём, ладно?

Девочка кивнула, но в её глазах всё ещё блестело любопытство.

Тем временем Джеймс вернулся в свой номер в отеле, чувствуя, как внутри него борются эмоции. Встреча с Лимой разбудила в нём всё то, что он пытался подавить все эти годы.

Он думал о её словах, о её холодном взгляде. Она не простила его. И он понимал, почему.

Ему хотелось закричать, выбросить из головы всё, что она сказала. Но каждое её слово било по нему сильнее.

«Я виноват. Это моя вина. Если бы я слушал её тогда, если бы я боролся за неё, а не отворачивался…»

Джеймс встал с кровати и подошёл к окну. Город за окном мерцал огнями, но он видел только отражение своего лица — усталого, измученного, наполненного сожалением.

Телефон на тумбочке завибрировал, вырывая его из мыслей.

— Джеймс, это Алекс, — послышался знакомый голос.

— Алекс, я всё ещё здесь. И я видел её.

— Как она? — осторожно спросил друг.

— Сильная. Слишком сильная. Она не простила меня. Но я не могу её винить, — Джеймс замолчал, но затем добавил: — Алекс, она так изменилась, но я вижу её глаза. Они полны боли.

— А что ты собираешься делать? — спросил Алекс.

— Я должен доказать ей, что изменился. Что я не тот человек, который поверил лжи и отвернулся от неё.

— Это не будет легко, — предупредил Алекс.

— Но, если ты готов бороться, я помогу.

— Я готов, — твёрдо сказал Джеймс.

Но его голос дрожал. Он знал, что впереди его ждёт борьба не только с Лимой, но и с самим собой.

Глава 17

На следующий день Джеймс не мог найти себе места. Мысли о Лиме и Эмили не оставляли его в покое, но ещё больше его терзала мысль о Викторе — человеке, который, судя по всему, занял место в их жизни.

Он понимал, что не может просто стоять в стороне. Если Лима и Виктор действительно были вместе, ему нужно было это увидеть своими глазами. И, возможно, разобраться в том, есть ли у него хоть какой-то шанс.

Джеймс приехал в ресторан Виктора около полудня. В помещении было немного посетителей — время между обедом и ужином позволяло владельцу уделить внимание организационным вопросам.

Виктор стоял у стойки, обсуждая что-то с барменом, но, увидев Джеймса, тут же нахмурился.

— Добрый день. Чем могу помочь? — начал Виктор, его голос был ровным, но в нём слышалось напряжение.

— Я хотел бы поговорить, — ответил Джеймс, подходя ближе.