Ее друг (СИ) - Алена Февраль

После того, как девушка вышла, Миша шагнул ко мне и, сложив руки за спиной, сказал.

— Ты не устала? Может покатаемся по городу? Или на горку съедем?

— Не поняла… На горку?

— Ну, да, — пожимая плечами, ответил друг.

— Я… вроде как…. не одета для горки, — грустно продолжила я и опустила глаза.

Скорее всего Мишу попросили выгнать меня из дома и он теперь не знал, как это сделать помягче. Он ведь дипломат — на чистоту сказать не сможет.

— Мне что надо уйти? — нервно уточнила я у друга, — ты так и скажи… Не надо этой чёртовой дипломатии. Я и так всё поняла…

В ответ Миша быстро подошел ко мне и попытался приобнять, но я сразу увернулась от его рук.

— Маш-ш, не выдумывай. Ничего такого не было, — стал оправдываться друг, пытаясь поймать меня в кольцо своих рук, — не хочешь кататься — останемся дома.

Мишка всё таки успел меня поймать. Его горячие пальцы сомкнулись на моей талии и прижали к себе очень крепко. Я перестала уворачиваться и пытливо заглянула ему в глаза.

— Ты обещал мне не врать, Миш, а сам обманываешь… Я ведь никому не понравилась, так? Твоя семья меня не приняла. Конечно, я сама в этом виновата и…

— Тшшш, — прошептал молодой человек и осторожно прошёлся ладонью по моим волосам, — не утрируй, Маруся. Какая же ты у меня мнительная. Я тебя никогда не обманывал и сейчас говорю правду. Из дома тебя никто не выгонял, а к твоим… ммм… особенностям скоро все привыкнут.

Друг наклонился и еле касаясь, чмокнул меня в висок.

— А если не привыкнут? — растерянно спрашиваю я и затаив дыхание жду ответа Миши.

Если меня не примут Решетниковы, значит нашей дружбе конец. К тому же Арсений наверняка не захочет серьёзных отношений со мной и это станет настоящей катастрофой.

— Ну-у… значит мне будет всё равно… — как-то грустно начинает молодой человек, а потом продолжает очень серьезным, суровым тоном, — семья не поменяет моего отношения к тебе, Маша.

Я вначале теряюсь от непривычных нот в голосе друга, но потом его слова меня немного успокаивают. Интересно как-бы Арсений ответил на мой вопрос? Теперь я знаю, что Миша меня не оставит, а как бы поступил его брат? Что там Арсений говорил мне сегодня — чтобы я к нему обращалась.

— Миш, твой брат мне сегодня помощь предлагал… — издалека начала я, но тут же пожалела о выскользнувших с языка слов.

— Не понял? Кто предлагал? — перебил меня Решетников.

— Арсений.

Миша на пару секунд словно закаменел. Руки, лежащие у меня на талии ненадолго сжались, а потом друг непривычно резко спросил.

— С чего бы это..?

Я даже рот раскрыла от удивления. Откуда такая реакция у Миши? Если б я знала, что он так отреагирует, не за что бы не подняла тему с Арсением.

Пока я молча размышляла, друг пронизывал меня внимательным взглядом и не давал прервать наш зрительный контакт не на секунду.

— Что он тебе сказал и когда, Маш?

— Он сегодня сказал, что я к нему могу обращаться… — уклончиво стала оправдываться я, стараясь при этом и не обмануть друга, но и не раскрывать ему всех подробностей.

Снова я навела на себя смуту. Язык мой враг.

— Забудь! — жёстко перебил меня Миша и я вновь по новому взглянула на друга.

Молодой человек очень редко выходил из себя — чаще всего он сдерживался и старался решать вопросы на «холодную голову», как любил вырожаться друг. Мишка и будущую профессию себе выбрал подходящую — юридическую, поскольку всегда считал, что все вопросы можно и нужно решать путём переговоров и в рамках закона.

— Может и правда прокатимся… — переводя тему, сказала я и судорожно выдохнула, когда Мишины глаза стали постепенно теплеть.

Глава 9

С тех пор как Миша получил права совместные вечерние поездки по городу на машине, стали нашим любимым занятием. В машине я обычно не умолкая болтала, а друг напротив — больше слушал или улыбался, но главное нам всегда было хорошо. В душе я даже завидовала его будущей девушке — если он для друга столько всего делает, то на что пойдёт ради любимого человека. А в том, что некая девушка у друга очень скоро появится, я была уверена. Мишка всегда пользовался популярностью у девчонок. В старших классах за его внимание даже драки случались и один раз мне пришлось самолично разнимать двух особенно преданных поклонниц моего Медведя. Девочки ругались, лезли к Мишке, а ему хоть бы что: смотрел на поклонниц равнодушно или пытался дипломатично отваживать их от своей светлоглазой персоны.

Я друга понимала. Ведь пока я не влюбилась в Арсения, я как и он не замечала парней в принципе. Пожалуй я сейчас и не вспомню были ли у меня раньше поклонники. Возможно парней отпугивало то, что я редко где-то бывала одна — со мной всегда был Мишка.

Мы и в колледж поступили в один, хотя родители друга настаивали на «вышке», но младший Решетников упёрся и решил вначале закончить колледж. В итоге Мишка поступил на юриста, а я пошла на делопроизводителя. Наш друг Колька часто подтрунивал над нами, что даже здесь мы всё просчитали на будущее: когда у Мишки будет своя юридическая фирма, меня он конечно возьмёт к себе секретарём. На самом деле никакого расчёта не было, просто бюджетных мест на делопроизводстве было больше всего, а с моим неидеальным аттестатом это было подарком судьбы.

Как правило после пар Мишка вёл меня обедать, а после мы до вечера расходились. Друг все чаще стал пропадать в фирме отца, а я неслась на очередную подработку. Вечером — около восьми — Решетников на машине заезжал за мной и мы снова были вместе.

Сегодня мы катались дольше обычного и болтать как раньше мне совсем не хотелось. Миша сосредоточенно вел машину, иногда бросая в мою сторону задумчивые взгляды. Он сейчас был какой-то другой, хотя, если быть честной, то и во мне сегодня что-то изменилось. Пока не знаю что именно, но в том, что сегодняшний день отразится на моей дальнейшей жизни, я не сомневалась. Словно я что-то предчувствовала, ощущала, но пока не могла понять плохое или хорошее меня ждет впереди.

— Можно сделаю пару затяжек? — спросила я у друга, прежде чем открыть бардачок.

В бардачке была пачка тонких сигарет, к которой я редко, но прикладывалась. Миша это совсем не одобрял, но некоторое время назад мы