Тройной сюрприз для шейха - Рин Скай

странно легко и непринужденно. Я пробую разные блюда, и довольно скоро насыщаюсь.

— И правда, повар у вас отменный. — сыто улыбаюсь я, откинувшись на подушки.

Жизнь уже не кажется мне такой страшной и пугающей. После всех волнений у меня наступает самый настоящий отходняк. Все, что произошло накануне уже кажется каким-то далеким и нереальным.

Да и сейчас мне не верится, что я сижу за одним столом с настоящим шейхом, в его собственном отеле, в незнакомом городе, в чужой стране. А завтра все это исчезнет. Я вернусь домой, к маме, и эта восточная сказка останется далеко позади… на задворках моей памяти.

— Загрустила, Снежная Лилия? — тут же угадывает мое настроение шейх. — А ты когда-нибудь гуляла по пустыне ночью?

— Нет…

— Пойдем, пройдемся.

* * *

ЛИЛИЯ

Это, конечно, безумие, но так не хочется, чтобы этот волшебный вечер заканчивался…

Шейха я уже совсем не боюсь. У него был миллион возможностей причинить мне боль, или взять силой, но ни одной из них он не воспользовался. Погулять с ним по пустыне, когда завтра я вернусь в холодную Москву, почему бы и нет?

Шейх выводит меня в сад отеля прямо из наших апартаментов.

На востоке ночь просто волшебная. Теплое дуновение ветра приносит ароматы цветов и специй, цикады поют в кустах. В небе искрятся звезды.

Шейх берет меня за руку, и я следую за ним. Мы минуем длинный сад, выходим в заднюю калитку в заборе, и практически сразу попадаем в пески. Дорожка, змеящаяся вдоль барханов еле различима.

— Здесь не страшно ночью? — нарушаю я тишину.

— Со мной тебе нечего бояться. — повторяет шейх.

Он останавливается, указывает рукой прямо.

— Знаешь, что там вдалеке?

— Нет.

— Море.

— Серьезно?

— И заброшенный пляж. Хочешь, дойдем туда?

— Хочу. — просто говорю я.

Над горизонтом всходит полумесяц Луны. Его света еще очень мало, но почему все хорошо видно вокруг. Я поднимаю глаза к черному небу, чтобы разгадать эту загадку, и обомлеваю. Даже останавливаюсь, как вкопанная.

— Что это?! — восхищенно всматриваюсь в скопления миллиардов звезд, и будто юы багровые переливы пыли меж них.

— Это — млечный путь, красавица. — поясняет шейх. — Никогда не видела такое?

— Никогда. — подтверждаю я. — В моем городе такое точно не увидишь.

* * *

Черные волны теплого моря нежно ласкают мои ступни. Мы гуляем по берегу, разговариваем. Сын шейха оказывается интересным собеседником. Он расспрашивает меня о Москве, о танцах, о моей жизни. Слушает с искренним интересом.

В какой-то момент я наступаю на ракушку и, вскрикнув падаю прямо на него.

Шейх ловит меня, усаживает на песок.

— Позволь посмотреть.

Мы оба понимаем, что я поранилась. Острый край раковины раскровил мне ступню.

— Придется мне отнести тебя обратно.

Шейх легко поднимает меня на руки.

Еще какое-то время мы стоим и любуемся на море, слушаем песню волн.

Вся эта волшебная атмосфера — и берег моря, и звезды, и глаза мужчины, все пьянит меня, и кружит голову.

Шейх наклоняется ко мне, и его губы нежно целуют меня.

— Стань моей, Снежная Лилия, — ласкает его хриплый шепот, — В эту ночь!

Я в ступоре. С одной стороны мне очень страшно, ведь я же девственница, и никогда до этого не была близка с мужчиной, с другой, шейх мне очень нравится. Он нежен, обходителен, он привлекателен, как мужчина. Мне всегда хотелось, чтобы первый раз у меня был с достойным парнем. Кажется, шейх самый, что ни наесть достойный… Может быть потом, когда очарование этой ночи, пустыни, моря и мужчины пройдет я пожалею об этом. Да не может быть, а точно пожалею, но сейчас…

Шейх опускает меня прямо на песок. Любуется мною.

— Ты — такая красивая, Снежная Лилия! Ты — самая красивая девушка, из всех, кого я встречал.

Он покрывает меня поцелуями, его рука опускается мне на бедро, слегка сдавливает, вторая тянется к поясу его брюк.

ГЛАВА 7

ЛИЛИЯ

Шейх осторожно несет меня через пустыню, возвращаясь обратно в отель. Если мне и было больно, то только немного, потому что мужчина оказался очень осторожным и внимательным. Он сделал все аккуратно и нежно, ему даже удалось доставить мне удовольствие, чего я никак не ожидала!

Мне неловко и стыдно, но шейх продолжает заботиться обо мне, даже после того, как получил самое главное.

Он так же осторожно возвращает меня в апартаменты через черный вход. Несет в ванную комнату.

Теперь мы уже вместе вдвоем лежим в теплой воде. Она тоже действует на меня расслабляюще, и убирает ноющий дискомфорт в том самом месте.

Шейх нежно поглаживает меня, словно бы благодаря за доставленное удовольствие. Покрывает поцелуями лицо, шею и грудь.

А я внезапно осознаю, что даже имени своего первого мужчины не спросила. Все шло так гармонично и правильно, что надобности в этом не было.

— Ты знаешь мое имя… — улыбаюсь я, — а как тебя зовут?

— Господин! Господин!!! — вдруг начинают стучаться в дверь.

Встрепенувшись я беспомощно смотрю на шейха. В ванне мы лежим голые, а тут кто-то рвется. Хорошо, хоть дверь закрыта.

— Что случилось? — не понимаю я.

— Сейчас узнаю. — шейх спокойно поднимается во весь свой двухметровый рост.

Невольно любуюсь им. У него прекрасное великолепное тело. Бронзовая смуглая кожа, длинные мускулистые ноги, крепкие ягодицы, восемь кубиков пресса и широкий торс. Про его главное достоинство я молчу. Мне просто не верится, как при таких размерах, оно смогло поместиться во мне и не разорвать…

Шейх надевает брюки, облачается в тунику, и я тоже залипаю, любуюсь на это.

— Господин!!! — стук в дверь повторяется.

— Я сейчас приду. — говорит мне мужчина, выходя за дверь.

Мне же жутко некомфортно. За дверью я слышу, как взволнован слуга, как он что-то эмоционально рассказывает шейху, но о чем именно, я не пойму.

Встаю из воды, вытираюсь. Замечаю на полотенце несколько капелек крови.

Что ж… останется шейху такое небольшое доказательство моей невинности, хотя уверенна, что он понял все и так.

Одеваюсь. Слышу, что слуга хлопает дверью.

Выхожу из ванной.

Шейх, бледный, по цвету лица сравнялся со своей туникой. На нем лица нет. Губы посинели от того, как сильно он их смыкает.

— Что-то случилось? — всматриваюсь в него.

Его глаза неестественно блестят, и в них столько боли, что я ощущаю ее физически.

— Мой отец… — голос его срывается. — Умер… мне только что сообщили.

— Мне очень жаль… — подаюсь к нему. Обнимаю. Хочу утешить, хочу помочь, но не знаю, как.

— Прости, Снежная Лилия… но я должен уехать!

— Конечно. — понимаю я.

Шейх