Дорогая, я не изменю(сь) (СИ) - Попова Елена

Димон взглянул на наручные часы.

– Пятнадцать минут третьего, – пожал он плечами. – Да ладно тебе, Герыч, мы ж и раньше…

– Раньше – это было при Петровиче, – строго отрезал я. – А теперь будь добр соблюдать рабочий режим. Если не хочешь остаться без премии, конечно.

– Все ясно, – вздохнул Макаров. – Кто-то сегодня не в духе. С Полинкой поссорился?

– С чего бы вдруг? – фыркнул я. – У нас все в порядке.

Макаров хитро улыбнулся и нагнулся ко мне через стол.

– У меня, кажется, тоже кое с кем наклевывается, – шепнул он и кивнул на дверь. – Любаня такая классная! Хочу пригласить ее вечером на ужин.

Кресло под моей задницей вмиг стало горячущим. Кровь закипела, лицо обожгло жаром.

«Видит бог, я этого не хотел. Но он меня вынудил…»

Уволю этого говнюка к чертовой матери. Но не сегодня. Сначала нужно найти причину.

– Все, иди работай, – велел я.

Как только дверь закрылась, я нервно побарабанил пальцами по столу.

«Значит, на ужин он ее собирается пригласить? Что ж… боюсь, у нее на сегодняшний вечер будут другие планы».

Быстро придумал, что соврать жене и нажал на офисном телефоне кнопку.

– Эльза Михайловна, передайте Стрельниковой из бухгалтерии, чтобы срочно зашла в мой кабинет!

Глава 6. Вот это встреча!

Гера

Люба с деловым лицом вошла в кабинет, села в кресло и положила ногу на ногу.

Я не удержался: скользнул взглядом от острых носков ее туфель, затем очертил невидимую линию по тонкой щиколотке и до края юбки.

«Хороша», – признал я, медленно проведя рукой по небритой щеке.

Она заметила, как я изучаю ее взглядом и сердито посмотрела на меня поверх очков.

– Прости за тот спектакль в ресторане? – вздохнул я, садясь в кресло напротив.

– Прости? – усмехнулась она. – Герман Андреевич, вы считаете нормальным, когда мужчина и женщина вместе приходят в ресторан, вместе садятся за столик, а затем мужчина совсем неожиданно убегает за другой столик к другой женщине?

– Люб…

– Я выглядела полной дурой! – перебила она дрожащим голосом. – Вы… Да вы выставили меня в таком свете, что хотелось сбежать из этого ресторана!

– Любаш, ну я же все объяснил, перед тем, как пересесть, – положил я руку на сердце. – Не мог же сказать жене: «извини, дорогая, я тут обедаю со своей секретаршей», верно?

– Не с секретаршей, а с бухгалтером, – неожиданно поправила меня Люба. – Я приняла решение остаться на своей должности.

У меня аж ладони взмокли от этой новости.

– Любаш, не надо принимать поспешн…

Только хотел отговорить ее, как в голову пришла отличная мысль.

– Слушай, а давай-ка мы с тобой обсудим это за бокальчиком вина в каком-нибудь уютном ресторанчике, м? – предложил я и в знак примирения протянул ей руку.

Уголки ее пухленьких губ приподнялись, взгляд стал гораздо мягче.

Ї Сегодня в восемь удобно будет? – уточнил я.

Люба секунд пять молча смотрела на мою руку, приподняла бровь, лукаво прищурилась.

«Издевается надо мной?» – мысленно рассердился я, одновременно понимая, что это меня чертовски заводит.

Наконец, она накрыла руку своей теплой ладонью и обворожительно улыбнулась.

Ї Так и быть, Герман Андреевич, так и быть… Ї вздохнула она, словно делая мне одолжение.

* * *

Ї … Гер, ну ты даешь! Ї Поля счастливыми глазами смотрела на билеты в Сочи.

Горячо поцеловала меня в губы и сомкнула руки за моей спиной.

Ї А может, ты все же попробуешь вырваться на недельку, а? Только представь, как нам будет здорово. Море, горы, свежий воздух, только ты и я… – заманчиво говорила она.

Ї Малыш, я на этой должности без году неделя. Какой мне сейчас отпуск? – Я чмокнул ее в щеку и прижал к себе. – Так что ты давай-ка там отдохни за нас обоих, договорились? Ї наигранно-сердито, спросил я.

* * *

Жена в приподнятом настроении накрывала на стол, что-то напевала себе под нос, а я приступил к осуществлению своего плана.

Заранее завел будильник на шесть тридцать, поставил на него мелодию входящих звонков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

«Вот-вот зазвонит», – ждал я, гипнотизируя настенные часы.

Ї Гер, кажется, там твой где-то пиликает, Ї сказала Поля, и плюхнула в салатник нарезанные овощи.

Выйдя из-за стола, прошел в коридор, достал из кармана пальто телефон.

Ї Алло? Ї ответил я будильнику и нарочно подошел поближе к кухне.

Ї ***

Ї О, привет, Славик!

Ї ***

Ї Да все потихоньку. Дом, работа, работа, дом. Ты как?

Ї ***

Ї Куда сходить?

Ї ***

Ї О-о, эт навряд ли. Обещал Полине побыть с ней дома.

Ї ***

Ї Ну, ничего… Как-нибудь в другой раз.

Ї ***

Ї Ага, давай, дружище, не теряемся.

И убрал телефон обратно в карман пальто.

Ї Славик звонил? Ї спросила Поля, как только я вернулся за стол.

Ї Ага. Звал поиграть в бильярд, Ї соврал я, и приступил к еде.

Полина о чем-то задумалась, молча прожевала спагетти, взглянула на часы.

Ї Хочешь сходить развеяться? Ї просила она.

Ї Даже не знаю… Ї вяло ответил я и пожал плечами. Ї Мы с тобой собирались посмотреть кино…

Полина взяла меня за руку, крепко сжала ее и, по-доброму глядя в глаза, улыбнулась.

– Ну, сходи если хочешь. А кино никуда не денется, – подмигнула она, и, убрав руку, накрутила на вилку спагетти.

Я знал, что так будет.

Сам не понимаю: как это вообще работает?

Всякий раз, когда я говорю жене, что собираюсь встретиться с друзьями, она тут же начинает обижаться. Говорит, что я обещал провести вечер с ней и все такое. А как только делаю вид, что в первую очередь думаю о ней, она вдруг сама предлагает мне пойти развеяться.

Женщины…

Наверное, я никогда не пойму, как устроен их мозг.

«Ну что ж, отлично! Все идет по плану, – мысленно торжествовал я. – Остался последний штрих и тогда я смогу ни о чем не беспокоиться вплоть до самого рассвета».

* * *

Поля

Утром голова была словно чугунной.

«Неужели это после вина? Вроде за ужином выпила всего один бокальчик…» – подумала я, с трудом соскребая себя с кровати.

Наклонилась, чтобы поцеловать спящего Геру и поморщилась от сильного запаха перегара.

«Бог ты мой… – Я прикрыла губы ладонью и помотала головой. – И как же ты в таком состоянии поедешь на работу?»

Интересно, во сколько он вернулся домой? Я даже не слышала. Спала, как убитая.

Все, что помню из вчерашнего вечера, как убрала со стола посуду, легла в кровать, хотела начать вышивать, и…

Видимо отключилась.

«Со мной такое впервые», – удивлялась самой себе, шагая на кухню.

Достала из шкафчика бутылку с вином.

«Французское, сухое, красное… И градусов совсем немного…» – Я покрутила бутылку в руке и запомнила этикетку, чтобы впредь обходить это вино стороной.

Пока Герман спал, я кое-как привела себя в порядок, приняла душ, приготовила завтрак и, как только стрелка переместилась на семь часов, разбудила его

– Ге-е-р, – тихонько потрепала его по плечу. – Гер, не проспишь на работу?

Из-под одеяла послышалось мычание, муж лениво вытянул одну ногу, затем – вторую, приоткрыл один глаз.

– А ты чего встала в такую рань? – взглянув на часы, спросил он.

– Ну как же? – хохотнула я. – Мне так-то завтра вылетать в Сочи, а у меня ни маникюра, ни педикюра. Слава богу, у моего мастера было окно на восемь утра. А не то пришлось бы сдавать билеты, – смеясь, закончила я и, присев на край кровати, прищурилась.

– И во сколько это мы вчера пришли?

Гера, зевая, почесал голову.

– Около двенадцати вроде.

– И что же такое ты выпивал, что до сих пор так сильно разит?

– Виски… – тяжело вздохнул муж. – Не хотел, но ты ж знаешь Славика – он кого угодно уговорит.

– Привет ему передал?

– А как же!

– Слушай, а когда у него жена рожает? В мае? – спросила я.