Мне не нужна твоя жалость! - Галина Васильевна Герасимова

того, чтобы обратить на него внимание. А сейчас собиралась бросить.

– Ты хотела уйти раньше, чем я вернусь? – догадался он, и Аврора кивнула, не скрывая очевидного.

Она снова открыла дверь кабинета, приглашая его зайти.

– Давай поговорим. Только умоляю, без криков. Не хочу, чтобы Алекс услышал, как мы ругаемся.

– Он дома? – Бен последовал за женой. Похоже, она заходила сюда, чтобы оставить ему письмо. По крайней мере, она порвала лежащий на столе конверт прежде, чем вернулась к разговору.

– Пришел недавно. Заперся в своей комнате, никого не хочет видеть. Алекс сегодня подрался, и ему хорошо досталось, так что не ругай его сильно за завтраком.

– Ты можешь проследить, чтобы я этого не сделал. Ты всегда его защищаешь.

Попытка провалилась. Бен понял это по её глазам даже раньше, чем Аврора покачала головой.

– Я улетаю. Сегодня ночью.

– Куда?

Последняя надежда отговорить её растаяла как дым. Если бы Аврора была рядом, он мог бы задобрить её конфетами, цветами, приятными сюрпризами. Уделять ей больше времени, возможно, совершить какое-то безумство, женщины ведь падки на такое?.. Они уже ссорились раньше, и он всегда находил способы её успокоить. Но Бен не был уверен, что сможет вернуть её любовь на расстоянии. Как не мог броситься следом за ней – на носу выпуск игры, к которому он готовился целый год.

– Сначала в Тибет, оттуда – куда душа захочет. Я хочу посмотреть мир, – её голос дрогнул, и Бен заметил, что она тоже вся на нервах. Значит, и ей решение далось нелегко. Так, может, у него есть шанс?..

– Послушай…

– Я не хочу, – неожиданно резко оборвала она. – Не хочу больше тебя слушать: твои обещания, что ты будешь уделять семье больше времени, заверения в любви. Я им не верю.

– Но я люблю тебя!

– Возможно. Но не так, как нужно мне. Попробуй понять меня, Бен, – Аврора подошла к нему и взяла его лицо в ладони. – Поверь, ты до сих пор мне очень дорог. И всегда будешь для меня важным человеком. Ты отец моего сына и мой добрый друг.

– Друг? – он сбросил её руки. Каждым словом она ранила ещё сильнее. Лучше бы они на самом деле не увиделись, он бы тешил себя призрачными надеждами на успех! – Значит, ты встретила кого-то другого?

– Да нет же! Не в этом дело, – Аврора потерла виски, словно её мучила сильная головная боль. – Я понимаю, что тебе сложно это признать, но мы давно не похожи на нормальную семью. Деловые партнеры, старые приятели – пожалуй. Мы изредка видимся, нормально общаемся, можем неплохо провести ночь, – она не покраснела на последних словах – а раньше всегда смущалась, когда говорила на интимные темы, – и почему-то именно это спокойствие окончательно убедило Бена в её намерениях. – На этом всё. Понимаешь? Мы живем в разных мирах, у нас нет общих интересов. Я не могу прийти к тебе пожаловаться, не могу просто молча посидеть рядом – я чувствую, что мешаю тебе. И ты никогда не делишься со мной своими проблемами. Ты весь в своих играх, в том виртуальном мире, где мне нет места!

– Я не хотел тебя обременять…

– Вот именно! В этом всё дело. Ты относишься ко мне не как к близкому и родному человеку, а как… к произведению искусства! Я не хрустальная, Бен! Серьезно, я иногда чувствую себя куклой в этом доме! Я не могу так больше.

– Но ты нужна… – он хотел сказать «мне», но понял, что сейчас это не аргумент, и выдавил, пустив в ход последний козырь: – Ты нужна Алексу.

– Он большой мальчик. Я предложила ему поехать со мной.

– Что? – Бен ухватился рукой за столешницу. Он не был готов потерять ещё и сына.

– Не переживай, он отказался, – увидев его состояние, поспешно сказала Аврора. – Похоже, он всё ещё злится на меня. Мы договорились встретиться на Рождество – это всё, чего я смогла от него добиться.

– На меня он тоже злится.

– К этому Алекс привык. Да и ты тоже, – Аврора неожиданно улыбнулась и обняла его с какой-то отчаянной решимостью. – Надеюсь, вы найдете общий язык. Береги себя и его. Я приеду на Рождество. И… я буду скучать.

Она скомкано попрощалась, подняла саквояж и быстрым шагом вышла из комнаты.

***

Неделя пролетела в один миг, и этот миг был настоящим кошмаром. Бен даже не подозревал, сколько обязанностей лежало на Авроре. Когда к нему в первый раз постучалась прислуга, скромно напомнив о положенной оплате за прошлую неделю, он только похлопал глазами и спросил «сколько», понятия не имея, правильную ли ему назовут цифру. Затем ему перестала приходить почта, и оказалось, что надо оплатить и эти услуги. После – всё-таки сходить в школу к Алексу, потому что сын окончательно слетел с катушек и устроил бунт в классе, в результате чего занятия на целый день были сорваны, а мальчишку пригрозили исключить. Дома они вдоволь наорались друг на друга, причем Бен сгоряча пообещал перевести сына на домашнее обучение.

При всех этих заморочках Бену надо было справляться с проблемами на работе: отдел рекламы, где работала его жена, внезапно лишился руководителя, и пришлось срочно искать замену. Бегая по всему зданию и пытаясь не превратить рабочий процесс в хаос, Бен постоянно слышал шепотки за спиной и злился ещё больше.

На пятый день он напился и продрых до полудня, проспав работу, встречу с важными партнерами и общее собрание руководителей отделов. Придя в офис, он не придумал ничего лучше, чем списать свои неудачи на помощника, не напомнившего ему о делах – и его не волновало, что тот не смог до него дозвониться! – и уволить его ко всем чертям.

– Бен, может, тебе стоит денек-другой отдохнуть? – за обедом дружески предложил ему старый приятель, владелец крупной туристической фирмы, Итон Мориц. – Съездить на рыбалку или на горнолыжный курорт, отвлечься. Когда меня бросила жена, я именно так и поступил.

– Это было семь лет назад, ты плохо помнишь, – при упоминании об уходе Авроры Бен скривился, но орать на Морица не было смысла – во-первых, тот сам пережил