Оторва, или Как завоевать сердце бунтарки - Соня Мармеладова

Ознакомительный фрагмент

— Я и так ласков, — глядя мне в глаза, произнёс он, и пристегнул меня ремнём безопасности.

Фыркнула и обернулась назад.

— Ты оставил щенка одного в машине? — удивлённо спросила, как только мажор сел за руль.

— А куда бы я его дел?

— С собой взял, — произнесла очевидное. — Нельзя собак оставлять в машине, знаешь сколько было летальных исходов?

— Нет, откуда мне знать? — бесстрастно поинтересовался этот непробиваемый парень и завёл двигатель. Машина плавно тронулась с места.

Щенок так сладко спал, что улыбка на моих губах появилась сама собой.

— Устал малыш… — произнесла вслух, умиляясь.

Невзоров подозрительно на меня покосился.

— С животными ты другая, — наблюдательно заметил он.

— Животные не ведут себя, как придурки, — отозвалась и отвернулась к окну.

Я делаю это ради щенка. Да, ради него. Этот самовлюблённый индюк ему точно навредит. Вот помогу, а потом наши пути с Невзоровым снова разойдутся… До субботы, блин! Мне же ещё целовать его!

Откинула голову на подголовник и глухо застонала, закрыв лицо ладонями.

— И чего скулишь? — равнодушно поинтересовался он.

— Вспомнила, какой ты… а в общем неважно, — фальшиво улыбнулась и отвернулась.

Невзоров странно хмыкнул и сосредоточился на дороге…

Глава 6

— А это зачем? — не понял Невзоров, взяв из корзинки упаковку пелёнок для собак, которую я туда только что положила.

— Твой хозяин такой недалёкий, — пожаловалась и погладила Малыша по головке. Этот мажор мог бы хоть немного подумать над именем для питомца, оно же на всю жизнь, а назвал тем, что первое в голову пришло. Идиот…

— Прекрати говорить с собакой так, словно меня здесь нет.

Закатила глаза и натянуто улыбнулась.

— До того, как сделают прививки, с собакой гулять нельзя, но ей нужно куда-то… гм… делать свои грязные делишки. Тут в ход вступают пелёнки для собак, ты должен будешь приучить его ходить на пелёнку.

Выражение лица мажора стало таким страдальческим, что мне даже жаль его стало. В голубых глазах читался панический ужас и мучения.

— Но и это не всё, — решила добить, чтобы уж наверняка. — После того, как сделают прививки, сразу выводить собак на улицу нельзя, и ходить в туалет на улице она приучается в течение трёх месяцев примерно. Гулять с ней нужно будет два-три раза в день, по часу.

— По часу? — пришибленно переспросил Невзоров и положил упаковку пелёнок обратно в корзину. Подумал и взял с полки ещё пару.

— Угу, по часу. Ещё лучше, если вы запишитесь в школу дрессировки собак. Это очень важно…

Мажор издал настолько тяжёлый вздох, что даже меня прошибло.

— Ещё у щенка начнут резаться зубки, сразу возьми побольше резиновых игрушек и верёвку, похожую на канат, чтобы грызть, иначе хана твоей мебели.

Невзоров растёр лицо ладонью и пристально посмотрел на меня.

— Слушай, тебе всё равно нужны деньги, приходи, будешь заботиться о нём, а я платить тебе.

Мой рот приоткрылся от такой наглости.

— Эй!.. я учусь вообще-то, как и ты! Мне готовиться к сессии нужно, у меня своих забот хватает.

— Ты учишься? — недоумённо спросил мажор, а я закатила глаза, обречённо застонав.

— Ты серьёзно? — спросила, прищурив один глаз. Поджала губы, чтобы не рассмеяться и погладила Малыша. — Он безнадёжен… — и пошла дальше, разглядывая полки.

— Кто? — не понял Невзоров.

— Шампунь обязательно возьми и средство для чистки ушей, капли для глаз… — проигнорировав, произнесла я. Поверить не могу, что он реально ни разу не видел меня в универе, а ведь мы учимся в одном корпусе! Господи…

— Ты можешь приходить перед учёбой и после, — не отставал он.

Развернулась, поражённо хлопая глазами.

— Ты вообще меня слушал? Я занята, понимаешь? Мне нельзя заваливать сессию, четвёрки тоже не приветствуются, всё остальное время я трачу на группу и помощь в питомнике. Найди себе человека, с твоими деньгами и умением ими разбрасываться, труда не составит.

Мажор неприязненно поморщился.

— Я не могу пустить в дом чужого человека, чтобы найти кого-то подходящего, потребуется время.

— Но я тоже чужая, очнись! — воскликнула возмущённо и покачала головой. — Значит так, я согласилась поработать один вечер, и я свою работу выполняю. Дальше сам, пожалуйста.

Невзоров открыл рот, но закрыл его и вздохнул.

— Ладно, но сегодня ты мне ещё поможешь со всем этим разобраться. Разложить, объяснишь, что нужно делать. Идёт?

— Э-э… то есть идти к тебе домой? — слегка опешила я.

— Да, — просто произнёс он. — Что? Только не говори, что боишься? — устало поинтересовался и потёр уголки глаз.

— Не боюсь, — хмыкнула, дёрнув плечом. — Просто поздно уже.

— Я тебя отвезу домой, — заверил мажор, внимательно глядя на меня.

— Ладно, — сдалась я. — Но потом ты оставишь меня в покое и найдёшь нужного работника по уходу за щенком. И не бросишь его. Понял?

— Ты… ты какая-то странная, — неожиданно усмехнулся Невзоров. — Ведёшь себя так, словно мы сверстники, словно находимся на одном уровне.

— О-о… — протянула изумлённо. — А я должна была робеть перед тобой и преклоняться?

— Э-э… — теперь завис он.

— Забей, пойдём, — дернула его за рукав куртки и направилась дальше.

… корзина стремительно пополнялась.

Миски, поводок, ошейник, игрушки…

На кассе Невзоров за всё рассчитался, не дрогнув, когда кассир подвела итог, а сумма вышла круглой. Зато на нас смотрели, как на парочку, мне так показалось. Смотрели и завидовали, облизывая Невзорова взглядом. Хорош, гад, ничего не скажешь. Одни голубые глаза, глаза демона льда и холода, искусителя, выбивают почву из-под ног… Хорошо, что я крепко стою на своих двоих.

Невзоров взял пакеты, я успокаивала Малыша, поглаживая, мы вышла на улицу и одновременно издали облегчённый вздох и посмотрели в ночное тёмное небо.

— Хорошо на улице… — протянула вслух, даже не думая, что мне ответят.

— Люблю ночь… — глухо отозвался мажор.

Залюбовалась его профилем