Ребёнок для олигарха (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна

Может ему кто-то слил информацию о том, что у меня не было еще сексуального опыта ни с одним мужчиной, а этому придурку вдруг захотелось как то разнообразить свой досуг и он решил, что девствиница как раз подойдет для этого.

Точно! Так оно и есть. Это самое логичное объяснение.

На задворках разума мелькает второй не менее важный вопрос, кто же мог оказаться доносчиком? Но вариан всплывает только один: Паша. Гребанный мудак. Как только доберусь до него, получит сполна за своей язык.

Внезапно тишину спальни нарушает короткая вибрация телефона. Я вздрогнув, замерла. Что это? Кто так поздно мог мне прислать смс?

Спускаюсь с кровати и перемещая с трудом ноги, иду в ту сторону откуда доносился звук и где по моим меркам лежало мое пальто.

В груди сердце срываясь с места начинает свой забег.

Много страшных мыслей лезет в голову. И остановить их напор не получается.

Может, что-то случилось с Димой?

Опустилась на колени, пошарила по полу ладонями нащупывая пальто и когда уже взяла трубку в руки, он вдруг опять издал сигнал вибрации.

От неожиданности чуть не вскрикнула. Да что же такое?

Страх словно удавка сдавила горло. Я задышала короткими резкими вдохами — слишком частыми для того, чтобы спокойно реагировать в данной ситуации.

Открывала оповещение и … мои глаза округлились в размере max.

Смс было от банка. В теле смс была указана сумма, а точнее две, которые мне капнули на счет. Перед глазами замельтишили красные пятна и мне пришлось сесть на задницу, чтобы не завалиться на бок.

В груди внезапно образовалась такая пустота, что хоть вой. Слезы набежали на глаза так быстро, что не успела их остановить. Я не верила себе. Не верила в то, что я сделала это. Взяла и сделала. Отдалась незнакомому мужчине за полмиллиона рублей. Я чувствовала себя проституткой, продавшийся за баснословные деньги.

Мозг пульсировал в черепной коробке с такой силой, что казалось вот-вот и кровь пойдет носом. Накрыла его ладонью, горько всхлипнув.

Открыла следующее смс и обалдела.

У тебя десять минут. Одевайся. Тебя проводят. Мне не пиши. Если понадобится сам с тобой свяжусь.

Каждое слово как будто огненное клеймо выжигало на моей коже позорное “проститутка”.

Тяжело встала на ноги. Они оказались такими слабыми, что еле смогла удержаться.

Посмотрела в сторону душа. Хотелось бы помыться, после дикого сношения мне не дали возможности сходить в душ. Но глянув на часы я поняла, что времени у меня на это совсем нет.

Натянула на немытое тело нижнее белье, я накинула на плечи пальто и во время. Дверь распахнулась и в проеме появился мужской силует.

— Готова? — голос явно мне был знаком. Мои сопровождающим оказался все тот же мужчина.

— Да, — сипло ответила.

— Надень повязку, — перед моим лицом скользнула темный кусок материи.

Я без всяких препираний взяла повязку, закрыла глаза и тут же полыхнул свет, который я ощутила бы даже кожей.

В этот раз мы шли молча. Я погрузилась в свои ощущения и практически не заметила, как мы спустились на первый этаж и оказались возле входной двери.

— Надеюсь больше не увидеть тебя здесь, — все таки не сдержавшись ввернул колкость циничным голосом мой провожатый.

— Не увидите, — крякнула в ответ и тут же меня обдало холодом пахнувшим через открытую дверь.

Я оказалась выставленной на улицу в считанные секунды, а через несколько минут сидя в салоне автомобиля заливалась слезами, обвиняя во всем что со мной случилось Димку.

Глава 4

— Вот искренняя уважуха у меня к таким как ты, девочка, — как бы хвалил меня, старик, шелестя деньгами, пересчитывал их.

Я скукожившись сидела на заднем сиденье черного внедорожника, трясясь то ли от холода, то ли от страха. Черт, разберешь.

— Там ровно десять тысяч, — проговорила, всеми силами унимая дрожащую челюсть.

— Нет, девочка. Денежки любят счет. Я не привык доверять словам, — холодно произнес старик. — Тем более твой брат, сильно подвел меня. А ты куда-то торопишься?

Я решила не отвечать на его вопрос. Не его это дело. Отвернулась к окну наблюдая за тем, как кружатся редкие снежинки в воздухе. Так странно видеть снег, когда еще сегодня днем жаром пригревало воздух солнце.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Эй, ты что оглохла? — в голосе старика услышала недовольство и в зеркало заднего вида увидела, как зло сверкнули его глаза.

— Нет. Не спешу, — скупо ответила.

Если ему так интересно, то лучше не буду нарываться. Может так быстрее отпустит.

Старика видимо удовлетворил мой ответ, поэтому он больше не лез ко мне с расспросами, продолжил считать купюры.

Напряжение в салоне нарастало. Уже через несколько минут шелест бумаги в буквальном смысле взвинтил мои нервы до предела.

Мне хотелось заткнуть уши и пробкой вылететь из этого замкнутого ада.

Я до сих пор только и могу то делать, так это думать о том, что я стала продажной девкой.

Даже то что пошла на это рази брата и себя, никак не умоляли моих чувств презрения к себе.

— Ну, что девочка. Все верно. Теперь можешь быть свободна. Брату передай, что если не хочет больше попадать в неприятности, пусть найдет работать грузалём и не лезет туда, где ему не место, — пробухтел старик густым басом, а я уже открыла дверь автомобиля, и выскользнув на улицу захлопнула ее.

— Но с тобой я бы не против был поработать. Так что если надумаешь. Спроси у брата, как меня найти. За деньги не волнуйся я своих не обижаю.

Я мчалась к подъездной двери, а слова старика все били и били мне в спину, оглушали.

Ненавижу! Ублюдок! Если бы не он! Мне бы не пришлось идти на такое унижение!…

Мои легкие рвало от немого крика.

Я игнорируя лифт забежала на свой этаж по лестнице.

Задыхаясь ввалилась в квартиру и захлопнув за спиной дверь тут же осела на пол, уткнулась лицом в колени и заплакала.

— Эй, солнце, что-то не так? — Марина села передо мной на корточки, когда я ссутулившись села на край стула, зависла.

— Что? — вскинула голову.

Подруга пытливо смотрела на меня, не отводя взгляда.

— Ничего Мариш. Это все из-за Димки. Ты же знаешь, как я за него переживаю. До сих пор из больницы не выписали, — сетую на своего непутевого.

А в голове совсем другие мысли крутились. Мне необходимо было с кем-то поговорить. Кому-то открыться, высказать все то, что накопилось, но у меня таких подруг увы не было. Даже Маринке не могла рассказать. Девушка бы точно меня осудила. Ведь я по-сути лишила ее денег, не отдав визитку.

— Вот, гаденыш. Все нервы тебе повымотал. Сукин сын. Ну ничего, как поправится. Мы его проучим, не переживай. Будет как шелковый ходить, — пообещала подруга.

На том и разошлись. Рабочий день тянулся так долго, что мне казалось он никогда не закончится.

Пару раз, в перерывах, звонила Диме. Парень брал трубку, но разговаривал со мной неохотно и таким тоном, как будто хотел послать меня. Я сжимая от досады зубы, больше не стала надоедать ему. Может он и прав. Может я зря над ним трясусь? Ну не яйцо же он куриное в конце-концов?

Чем больше проходило времени с той встречи с олигархом, тем нереальнее она мне казалась. Чувства тревоги постепенно уходило. И я даже в какие-то моменты вообще забывала о том, что мою девственноть купили за деньги.

— Светик, а давай сегодня куда-нибудь вечером сходим? — неожиданно мне предлагает Марина, когда мы натираем посуду возле барной стойки.

— Ой, Мариш, не очень хочется. Да и денег особо нет у меня. Пришлось на Димку все сбережения потратить, — досадливо поджимаю губы, а в голове тут же напоминалка вспыхивает и память вытаскивает с задворков разума на передний план, куда на самом деле ушли все мои сбережения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да ладно тебе, подруга, — толкает меня попой Марина. — И повод сегодня есть. Почему бы не выпить?

Скосила взгляд на подругу. Улыбнулась одними губами. А может и права Маринка. Я в последние месяцы только и знала, что о брате пеклась, совсем о себе забыла. Даже в кафе не ходила.