Маленькая ложь (СИ) - Доронина Слава

Разве Сергей захочет помогать мне в этой ситуации и противостоять вместе со мной прессингу бывшего мужа в опеке над ребенком? Может быть, Олег все же одумался и не станет предпринимать никаких категоричных поступков в отношении меня и сына? Ведь это будет стресс для нас обоих, а я и так не находила себе места. У меня полностью пропал аппетит, а от мысли, что он заявится на порог маминой квартиры, кружилась голова и подгибались ноги.

— Что сказал Сергей? — мама заметила, что я уже несколько минут стою у окна и смотрю отрешенным взглядом на улицу. — Все хорошо? Вы не поругались?

— Ему предложили работу. В Москве.

— А может, это к лучшему? — мама присела на стул и погладила меня по руке. — Ведь Олег имеет право видеться с сыном. Сейчас начнет ездить к вам в Иваново и обивать пороги твоей квартиры, а у вас с Сергеем ссоры на этом фоне могут начаться…

— Вот именно, мам. Сергею такой расклад не понравится. Я же сказала, что отец Дани нас бросил. А Олег… В Иваново особо не наездится. А вот в Москве мы, считай, рядом будем. Он к нам как к себе домой начнет приходить.

— Ну не знаю… А как, ты думала, обычно все происходит? Он тоже отец. Изменил, предал, сделал больно. Но отец. И пусть помогает вам, видится с ребенком. Что плохого?

— А если он отнять его захочет? Олег далеко не тот тип мужчины, который будет воскресным папой, а при встречах с Сергеем пожимать ему руку и спрашивать, как дела. Я больше не знаю, чего от него ждать. Судя по тому, что видела и слышала в больнице неделю назад, то ничего хорошего.

— Ох, Лера… — тяжело вздохнула мама. — Поговорить вам нужно. Не о прошлом, нет. Что о нем теперь говорить. А о том, как вы дальше будете сосуществовать. У тебя Сергей, у Олега, наверное, тоже есть женщина, он мужчина видный. Рядом с вами другие люди сейчас, понимаешь? И к ним нужно с уважением отнестись. Они не виноваты в вашей размолвке…

Договорить мы с мамой не успели, потому что раздался звонок в дверь. Я вздрогнула всем телом и беспомощным взглядом уставилась в сторону прихожей.

— Я открою. Соседка должна была зайти, не дрожи так, Лера, — похлопала мама меня по плечу и усмехнулась. — Трусишка. Не приедет он никуда.

Хорошо, если это будет действительно Марина Сергеевна, мамина подруга. А если это приехал Олег? Или его адвокат, который занимался нашим бракоразводным процессом?

Когда я услышала знакомый голос, который донесся из прихожей, мое сердце тяжело замерло в груди, а потом забилось как в лихорадке. Я не могла сделать и шага, стояла и смотрела в сторону двери, ощущая, как по спине катится холодный пот. И лишь когда высокая мужская фигура заполнила значительную часть кухни, отмерла и сделала глубокий вдох. Олег стоял напротив, и его лицо было страшно напряжено.

От взгляда, которым он смотрел на меня, закружилась голова. Я еще раз попробовала глубоко вздохнуть, но это не помогло. Ноги подогнулись, и я бы упала, если бы не схватилась за край стола. Зачем он приехал? Увидеть сына? Сказать, что забирает его? А что, если внизу был тот самый охранник и они сейчас увезут моего мальчика?

— Вроде в аварии побывал я, а выглядишь неважно ты, — сказал он небрежным тоном.

Олег подошел и присел на стул, на котором несколько мгновений назад сидела мама.

— Собирайтесь, Лера. Я приехал за вами.

6

Меня захлестнуло раздражение, смешанное с яростью. Я обхватила себя руками — так мне легче было сохранять контроль над собой.

— Нет, — твердо ответила я, когда немного оправилась от шока. — Ты больше не имеешь права вот так врываться в мою жизнь и диктовать свои условия. Мы в разводе. Ты же говорил, что это не твой ребенок! Кто ты такой, чтобы приходить и говорить сейчас такие слова? Я не поеду с тобой никуда и сына тебе не отдам! — я продолжила уже немного спокойнее, но внутри много чего накопилось, чтобы бросить ему в лицо.

— Твоя вещь? — он протянул мне маленький медальон, смотря снизу вверх непроницаемым взглядом. Кажется, его совсем не трогали мои слова?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Весь дом я перерыла, каждую комнату и укромный уголок, когда заметила его пропажу, но так и не нашла, хотя никогда не расставалась с этой вещью. Резко выхватив вещь из рук Олега, я раскрыла медальон. Внутри лежали темные локоны волос моего сына. В годик я подстригла его наголо, а несколько прядок положила в эту милую вещицу вместе с крошечным снимком. Медальон я носила на шее вместо украшения и очень редко снимала.

— Я ничего не трогал, — сказал он, заметив, как я коснулась пальцами снимка и волос.

Решил, что я специально его обронила, чтобы упростить ему задачу по установлению отцовства? Как бы ни так!

— Я не трогал волосы в медальоне, — будто прочитав мои мысли, сказал Олег. — Пошел немного другим путем. Ваша соседка принесла мне пустышку мальчика. Вчера утром я получил результаты теста. Он мой сын. И в этом сомнений у меня теперь нет. Но есть вопросы.

— Ты уже давно во Владимире? — тихо спросила я, взглянув на него.

— Три дня. Мой водитель приглядывал за вами, пока я был в больнице.

Так значит мне не мерещилось, а на прогулках с сыном, за нами следил человек Олега? А я уж полагала, что у меня развилась паранойя.

— Я никуда не поеду, Олег. Ты не можешь вот так появиться после всего, что было. У меня сейчас другая жизнь и…

— Могу, — резко обрубил меня бывший муж. — Ради ребенка очень даже могу. Я дал себе обещание в детстве, что мои дети не будут расти без отца. Сомневаюсь, что ты об этом забыла, Валерия, — сухим и отстраненным голосом сказал Олег.

Я только сейчас обратила внимание, что выглядел он ничуть ни лучше моего. Под глазами пролегли круги и он все время придерживался рукой за грудь. Наверное он еще полностью не отошёл от аварии. Но мне на это было наплевать.

— Мы с сыном никуда не поедем, Олег. Ты можешь его видеть и общаться с ним. Я не планировала его скрывать от тебя. Так получилось… Что бы в прошлом между нами не случилось, мне необходимо было сообщить тебе, что ты стал отцом, но я этого не сделала.

Олег поднялся на ноги и окинул кухню внимательным взглядом. Затем коротко, слегка хрипло рассмеялся.

— Вижу деньгами ты не воспользовалась? Ремонт здесь не делался черти сколько времени. А та халупа, в которой ты живёшь в Иваново? Мой сын не будет расти в таких условиях. Если не поедешь сейчас, то это всего лишь отсрочка времени, потому что я не привык отступаться от своего.

— Жаль, что я не относилась к числу твоих истинных привязанностей и от своих чувств ко мне ты очень быстро отступился. Ехать в Москву, чтобы жить с Миланой под одной крышей? Такого никогда не будет! Я не буду жить с человеком, к которому у меня больше нет доверия! Мы с сыном справимся сами.

Олег криво ухмыльнулся и подошел ко мне, а я снова ощутила ступор и головокружение. Во рту сделалось сухо. Да, я первое время после рождения сына представляла нашу встречу, и что скажу Олегу от ребенке. Увижу раскаяние в его глазах. Но его ни было ни капли. А я никогда не забывала о словах Олега, что он не оставит своего ребенка. Наверное поэтому так долго тянула с правдой, потому что он захотел бы отобрать у меня мое сокровище.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты напрасно переживаешь, что вы будете делить с ней жилплощадь, — сухо сказал он, внимательно рассматривая мое лицо. — Где ребенок, Валерия? Я хочу увидеть сына.

В глазах Олега промелькнула боль, будто он с трудом удерживался, чтобы не схватить меня за плечи, и хорошенько встряхнуть. Господи, я ничего не забыла! Помнила выражение этих черных глаз и сейчас от них исходила угроза. Я вжалась в подоконник, разъединяя между нами дистанцию.