Мы слишком разные (ЛП) - Хиггинсон Рейчел

С другой стороны, мне не нужно было, чтобы Эзра восхищался мной или воспринимал серьёзно. Я не работала на него, и если бы не вечеринка, я бы ни за что не захотела бы работать с ним. В основном, я просто хотела, чтобы он навсегда забыл о моём существовании.

Эзра посмотрел на Уайетта так, как будто бы он был удивлён увидеть его на своём месте. На самом деле, он выглядел непривычно растерянным. Откашлявшись, он сказал:

— Я пришёл поговорить с тобой о... это может подождать, — он переключил своё внимание на меня, и я почувствовала, что готова рухнуть на пол и поползти к выходу. — Молли, что ты здесь делаешь?

Каким-то образом я осталась стоять на ногах и осмелилась ответить ему, хотя инстинкт говорил мне бежать.

— Пробую блюда, — услышала я свой голос.

Его широкие плечи шевельнулись и приподнялись. Было видно, как он старается сохранить терпение. Затем он сказал:

— Что, прости?

Я махнула рукой на накрытый стол:

— Для помолвочной вечеринки. Уайетт хотел, чтобы я попробовала блюда.

Эзра сощурил глаза.

— Уверен, что Уайетт и сам способен составить меню. Тебе запрещено находиться на моей кухне во время рабочих часов, Молли. Ты здесь не работаешь. Я прошу тебя уйти.

Меня тут же захлестнуло волной стыда и смущения, да так сильно, что я уже хотела отменить вечеринку. Или, по крайней мере, перенести её в другое место.

В любое другое место.

Например, в боулинг.

Или на Луну.

Это преподало бы ему урок.

Я откашлялась и выдавила из себя слабое:

— Да, конечно.

Подняв свою сумку с пола, я постаралась спокойно уйти через ту же боковую дверь, через которую пришла.

— Не туда, — прозвучал его голос в гробовой тишине кухни.

Весь персонал застыл, с интересом и страхом наблюдая за тем, как их ужасный босс напал на бедную и беззащитную меня. Ну, хорошо, может быть я и нарушила правила, и Эзра имел полное право вышвырнуть мою задницу с кухни, но разве ни один из них не хотел заступиться за несчастную девушку?

Где же ты мой рыцарь в сияющих доспехах?

Мой бунтарь без причины?

Я глазами попросила помощи у Уайетта, но всё что он смог сделать, это бросить в мою сторону извиняющийся хмурый взгляд.

Предатель.

Я закрыла глаза. Я была бы не против, если бы меня прямо сейчас похитили инопланетяне. Или банда жестоких пиратов? Или лучше Годзилла? Я была даже согласна на Годзиллу из того старого фильма. Всё что угодно, что могло бы избавить меня от гнева Эзры.

Повернувшись на каблуках, я подняла подбородок вверх, хотя мне очень хотелось опустить голову, точно я пристыженный ребёнок. Я прошла через всю кухню, стараясь сохранять равновесие, насколько это было возможно, хотя мои ноги устали от высоких каблуков ещё три часа назад. Думаю, не стоит и говорить, что это был не самый изящный мой выход.

Эзра Батист был один из самых невыносимых людей, которых я когда–либо встречала. Высокомерный, презрительный, но при этом до неприличия красивый, он имел все те качества, что я старалась избегать в людях. И не только это. Однажды он оскорбил мой профессиональный вкус, и за это я не простила бы его никогда.

Мы были вынуждены взаимодействовать, потому что имели общих друзей, но в последние несколько месяцев я очень успешно его избегала. Не то чтобы это было сложно. Он владел тремя успешными ресторанами в Дареме и был совладельцем ещё одного. Он был состоятельный и занятой, и было бы странно, если бы мы общались с одними и теми же людьми.

Он был весь такой крутой и важный бизнесмен. Я же большую часть времени ощущала себя ребёнком, который притворяется взрослым. Я платила по счетам, ходила на работу и жила одна. И всё это как будто мне не подходило, как те мамины платья, которые я примеряла, будучи маленькой девочкой.

Эзра был человеком, который знал, кто он такой и чего он хочет от жизни. А я была просто девочкой, которая даже толком не может проверить масло в машине.

Он прошёл за мной через всю кухню, мы обошли его офис. Я подумывала удрать через парадную дверь. Последует ли он за мной? Нет. Он был слишком сдержан для этого. Наверное, подаст на меня в суд за нарушение общественного порядка. Стоит ли оно того?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я втянула свою нижнюю губу и решила, что да. Оно того стоит. Но затем я вспомнила, что мне надо поговорить с ним о вечеринке, которая должна была состояться в его ресторане. Поэтому я неохотно подавила свой страх и последовала за ним в небольшое, но хорошо организованное, пространство офиса.

Он развернулся и положил руки на бёдра. Он выглядел очень элегантно в своём костюме, и это при том, что пиджак висел на спинке его кресла, а галстук был слегка ослаблен. У меня возникла странная необходимость провести большим пальцем по его скуле.

Я содрогнулась и попыталась отбросить это нелепое и жалкое чувство.

Мысленно напомнив себе о том, кто он такой, я заговорила, прежде чем он успел открыть рот:

— Извини, Эзра. Этого больше не повторится.

Он уставился на меня:

— Я надеюсь, ты понимаешь, что я не могу позволить людям, не являющимся сотрудниками, болтаться на моей кухне в рабочие часы. Санинспектор будет очень рад поймать тебя здесь и прикрыть меня.

К чувству стыда добавилось теперь ещё и чувство вины, моё сердце сжалось от огорчения. Я подняла руки вверх.

— Я понимаю. Правда.

Посмотрев на дверь, затем на меня, он сделал медленный выдох.

— Так что, ты готова к пятнице? От меня что-то ещё требуется?

Это была идея Уайетта устроить вечеринку в "Лилу", и именно он договорился об этом с Эзрой. Я каждый день пинала себя за то, что он уговорил меня ввязаться во всё это. Конечно, это место особенное для Веры и Киллиана, но как же я? Все, что я от этого получала — неловкий разговор с этим человеком и огромная порция вины из-за того, как много вкладывали в эту вечеринку Уайетт и Эзра.

Я имею в виду, что это, конечно, была моя вечеринка. Я уже отправила приглашения и нашла милое платье на распродаже.

— Думаю, мы готовы. Я приеду днём в пятницу, чтобы всё украсить, если тебя это устраивает?

Он кивнул.

— Ты уверен, что для тебя не будет проблемой закрыть "Лилу" на весь вечер?

Его лицо расслабилось, и взгляд стал мягче.

— Я рад помочь.

Я хотела поспорить с ним, но прикусила язык. Именно он предложил дату. Это он выбрал пятницу, не я.

Я нашла в себе смелости и попросила его ещё об одной услуге.

— Есть ещё один момент, — начала я.

Он прищурил глаза, губы его сжались.

— Даже не знаю, как начать. Я вот думаю, а ты не мог бы придумать какой-нибудь предлог и пригласить их? Например, позвонить им под предлогом вымышленного форс-мажора, который ты не можешь уладить без них?

Высокий и темноволосый, Эзра Батист был воплощением мужской красоты. Он всегда был аккуратно пострижен, а его прическа просто кричала о том, какой он важный. Его лицо было всегда чисто выбрито, и он носил одежду идеального кроя, которая всегда была мастерски наглажена. По сути, он был полной противоположностью своего лучшего друга Киллиана.

Но сейчас он был в полном недоумении, вся его деланная отчуждённость, над которой он так усердно работал, стёрлась.

— Ты хочешь, чтобы я позвонил им?

— Можешь отправить сообщение, — предложила я. — Как тебе больше нравится. Просто придумай правдоподобную причину, чтобы они прибежали сюда.

— Лучше, наверное, если это сделаешь ты, — возразил он. — Мне кажется, что у тебя это хорошо получится.

Что он этим хотел сказать? Что у меня хорошо получается врать?

— При каких таких обстоятельствах я могу позвать их в "Лилу"?

Его челюсть сжалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я не люблю врать своим друзьям.

Я откашлялась. Я ненавидела его за то, что он заставил меня чувствовать себя виноватой лишь потому, что я хочу устроить сюрприз друзьям в виде классной вечеринки. "Я делаю хорошую вещь", — напомнила я себе. Это была совсем даже не ложь.