Босс и недотрога (СИ) - Радова Вероника

Черт, если бы не водитель, давно бы набросился на ее. У меня есть и личный автомобиль, но в рабочее время езжу на машине фирмы. Не зря же я оплачиваю услуги водителя? Притом так солиднее, а мне нравится видеть нескрываемое восхищение в глазах других людей.

— Зачем нужна такая огромная махина? — будто читая мои мысли, спрашивает Кира, оглядывая салон. Ответ очень прост, мне нравятся крупные тачки. Сам я езжу на белом БМВ, а для работы приобрел черный джип — выглядит так по-бандитски, пусть меня уважают, но боятся.

— Детка, поверь, у меня не только машина огромная! — делаю недвусмысленный намек и самодовольно дергаю бровями.

Кира упирается своим кулаком в подбородок и смотрит на меня, как на придурка.

— Если ты надеялся меня этой фразой смутить, то у тебя ничего не получилось. Я не недотрога, если ты так подумал. И темы секса меня не пугают. — А потом скалит зубы и добавляет. — Если бы лично не прикасалась к твоему члену, заметь, по твоей инициативе… Может быть бы и поверила, что он у тебя огромный. А так — обычный среднестатистический член, так что не обольщайся! — отворачивает от меня лицо и смотрит через тонированное окно на дорогу. Но даже не видя ее, я знаю, что она сейчас улыбается.

Чего? Она решила обидеть моего маленького друга (блядь, немаленького — нормальный у него размер)? Она в своем уме вообще, говорить подобные вещи мужику? Сучка…

Глава 5.

Вхожу на фабрику и понимаю, что рабочий процесс остановлен. Вместо этого вижу десятки недовольных лиц. Они словно грифы — ждут, кого бы сожрать. И я чувствую, что этот кто-то я, они готовятся прикончить меня, а потом растерзать на маленькие кусочки.

Спрашивается, что я такого сделал, чтобы так меня ненавидеть. Я вообще редко приезжаю на фабрику. Здесь есть начальник, которому я плачу, и который занимается всеми насущными вопросами. Откуда такая агрессия по отношению к моей персоне?

Устало потираю глаза. Вся моя жизнь идет наперекосяк со вчерашнего дня. Чем я провинился, что Вселенная так наказывает…

— Мы требуем уменьшения количества рабочих часов, требуем почасовую оплату труда, — начинает говорить крупная женщина. Насколько я понимаю, предводитель этого «движения».

— Я достаточно вам плачу, это не обсуждается… — ровно отвечаю я. Подумаешь, незаменимых людей не бывает. Эти откажутся работать, найду тех, кто согласится.

— Вы выполните все наши условия, а иначе Инга подаст на Вас заявление! — хмурю брови. Какая Инга, и какое еще заявление? — Вижу, Вы не понимаете. Инга, подойди сюда. — К женщине выходит симпатичная блондинка, где-то я ее видел. — Она может предъявить Вам обвинения за домогательство на рабочем месте! — не унимается пышечка. Вспоминаю, где видел малышку. Это та самая девочка, с которой я спал пару дней назад.

Шантажировать меня вздумали? Было бы смешно, если б не было так грустно. Кто они, а кто я… И они все равно решили пойти против меня.

— Это бред. Я не спал с ней на рабочем месте, поэтому ей нечего мне предъявить. А то, что у меня с ней был секс, еще ничего не означает. Я свободный мужчина и могу спать, с кем захочу. — Смотрю на блондинку и понимаю, что она не вызывает во мне ни единой эмоции. — Я понятия не имел, что ты работаешь на меня. А вот ты, я уверен, знала, с кем делишь постель. Так что это я должен предупредить вас всех — не играйте с огнем.

— Тогда мы все увольняемся! — снимает свою спецовку Инга, а вместе с ней и та самая пышечка. Бросают вещи на пол и смотрят на остальных женщин. Те опустили глаза в пол, пряча их от своих «предводительниц». — Ах вы, предательницы. Как услышали о возможном повышении зарплаты, так сразу выступили за. А теперь даете заднюю. Так не делается! — Инга с женщиной уходят, а я обращаюсь ко всему коллективу. — Надеюсь, подобной ситуации больше не повторится? Можете приступать к работе.

Женщины расходятся, а Кира подходит ко мне ближе и говорит так, чтобы смог расслышать только я:

— Говоришь, не смешиваешь работу и сексуальную жизнь? Ну-ну, — опять что-то записывает в своем блокноте.

— Я, правда, не знал, что она работает на моей фабрике. Честно, я даже не помню, как выглядит директор. Потому что банально видел его всего пару раз и то мельком. Ты думаешь, я должен запоминать лица всех своих сотрудниц. Ты видела, сколько их… И это они сами вешаются на меня, притом заметь — в нерабочее время. Мне что, отказываться? Я никогда не принуждал никого к сексу со мной, никогда не угрожал. Намеки делал, это да. Но дальше — выбор за девушкой. Если она не захочет, я не буду настаивать. — Смотрю на Киру, а она, действительно, вслушивается в мои слова.

— Ладно, я тебе верю. Но знаешь, Алексей, будь осторожнее впредь. Ведь если ты бы переспал с кем-то на работе и у этого кого-то были бы доказательства, он мог бы обратиться на тебя в суд. Обычно судебные разбирательства отрицательно сказываются на репутации…

— Что это? Ты волнуешься за меня? — издает едва заметный смешок.

— Еще чего… Просто не хочу, чтобы твоя фирма закрылась. Мой дядя, хоть и сомневается в тебе, но возложил на твою фирму большие надежды. Ладно, давай осмотримся здесь. Расскажешь?

— Да без проблем! — принимаю на себя роль импровизированного гида. — Это моя первая фабрика, которую я открыл чуть больше 10 лет назад. Точнее, тогда она еще не была фабрикой. Так, мелкое производство, здание брал в аренду. Самостоятельно шил первые комплекты.

— Ты — шил? — прыскает от смеха, а я злюсь на эту женщину. В который уже раз!

— Шил, и даже сам создавал первые дизайны. Послушай, Кира, если сама попросила сделать историческую справку, хотя бы не перебивай… — злобно кошу на нее свои глаза, бесит. — Так вот, первая партия состояла всего из 50 комплектов женского белья, которое я сшил по индивидуальному дизайну. Тогда еще не было нужного оборудования, поэтому все делал вручную…

— Эх, честно Алекс, у меня не вяжется в голове то, что ты рассказываешь… Это так странно звучит.

— Да ничего странного… Каждая девушка хочет быть сексуальной. А я, как человек с большим опытом в рассматривании и снятии женского белья, знал, что именно нравится мужчинам. Вот поэтому и смог попасть в яблочко, как говорится…Потом начал сотрудничать с различными магазинами, спрос на товары рос, расширил штат сотрудников…Через год выкупил здание и приобрел все необходимое оборудование. А еще через пару лет открыл фабрику в другом городе — всего у меня 5 фабрик по всей стране… Но я планирую развиваться и дальше.

Мы подходим к манекенам, на которых надеты все модели из новой коллекции. Кира осматривает каждый комплект. Я вижу ее восторженный взгляд. Ни одна девушка не останется равнодушной при виде красивого и эффектного белья.

Мы подходим к модели, расположенной отдельно от всех остальных. Кира аккуратно притрагивается к бледно-сиреневой ткани шелковых трусиков. От этого ее жеста меня начинает штормить. Вот бы эти трусики были надеты на нее, и я смог так же прикоснуться к ним.

— А почему этот комплект расположен отдельно? — искренне интересуется она, продолжая разглядывать его.

— Потому что это самый неудачный вариант. Один из моих первых дизайнов, мы так и не пустили его на массовое производство. Комплект перед тобой — единственный в своем экземпляре.

— Но почему?

— Ни один заказчик не захотел заказывать эту модель. Сочетание несочетаемого — шелк, кружево, велюр, джерси… Говорят, это вещь для частного потребительства. Только очень смелая девушка сможет носить что-то подобное…

— Не знаю, а мне очень нравится! — слегка касается моего плеча, чтобы приободрить. Машинально облизываю губы, потому что они капец как пересохли. От ее касания чувствую непонятный импульс по всему телу. Он приятный и пугающий одновременно. Впервые в жизни я испытываю что-то подобное от одного только касания…

Мы еще некоторое время проводим на фабрике. Кира знакомится с рабочими, с некоторыми даже о чем-то разговаривает. Я нахожусь в стороне, но по смешкам, которые она бросает в мою сторону, догадываюсь, кто является темой беседы.