Джон Кейн - Актриса года

Сегодняшний вечер три леди начали с посещения кафе на Мелроуз, затем перекочевали в бар «Небеса», где повстречали какого-то каскадера. Он пригласил их на вечеринку в Голливуд-Хиллз. Перефлиртовав со всеми мало-мальски пригодными для этого мужчинами, подружки отправились в заведение Кейт Мантиллини есть чизбургеры. А уже оттуда — домой к Эмбер. Они собирались побаловаться травкой и посмотреть эпизоды из «Банды Брейди». Но Эмбер куда-то задевала кассету с этим самым «Брейди». И Брианна в порыве сострадания — что, кстати, находило на нее крайне редко — поделилась с ней координатами служащего одного ресторана, который отгонял машины на стоянку. А затем, вместо того чтобы смотреть фильм, они вот уже в течение нескольких часов занимались своим любимым делом: сплетничали и перемывали косточки всем знакомым мужчинам.

— А я-то думала, этот писака из «Фрейзер» крутой парень, — заметила Татьяна, пепельная блондинка, недавно сделавшая операцию на мочках ушей, чтобы выглядели более эротичными.

— Как же! — хмыкнула Брианна. — Да у него с желудь, не больше.

— А ты откуда знаешь?

— Да с ним Дженнифер Рейли спала.

— Ты смотри! — удивилась Эмбер. — А я почему-то думала, что она лесбиянка!

— Нет, просто шлюха и пьянь, — ответила Брианна, нос которой подвергался большему числу реконструкций, чем Сикстинская капелла.

Из всей троицы Эмбер единственная ни разу не подвергала свое личико хирургическому вмешательству. Да в том и не было нужды. Татьяна и Брианна часами делали макияж, начесывали и взбивали волосы, одевались как богатые шлюхи в бесплодных попытках походить на женщин… догадайтесь каких! Ну, отгадать не слишком сложно — конечно, на моделей, изображенных на обложках модных журналов. Эмбер же было достаточно натянуть какой-нибудь топ и подкрасить губы помадой с перламутром, чтобы достичь того же эффекта. Совершенно изумительный цвет кожи, россыпь мелких веснушек на носу и грива спутанных рыжих волос. И без всяких усилий она добивалась нужного эффекта: вызывающий, соблазнительный вид, зазывный взгляд, так и говорящий: «Ну же, иди к мамочке!»

Несмотря на то что Эмбер нравилось шляться с Татьяной и Брианной, в глубине души она понимала: обе они лишь краткая остановка на ее пути к успеху. Даже ребенком, еще проживая в Сандаски, штат Огайо, Эмбер была твердо уверена в том, что ее ждет великое будущее. В возрасте семи лет она часами простаивала перед высоким трюмо, корча гримасы и воображая, как эти гримасы когда-нибудь заставят людей смеяться, плакать и падать в обморок. «У меня это есть, — твердила она себе, — точно знаю, что есть».

И вот это самое «это», непосредственность и некую угрюмость в стиле Лолиты, внезапно освещающую личико робкую улыбку, говорившую о том, что, несмотря на замкнутость и кажущуюся мрачность, она хочет и умеет быть любимой, узрел один смекалистый агент буквально через две недели после ее приезда в Голливуд. Эмбер пригласили на прослушивание, и она тут же получила первую роль — няньки-психопатки в фильме «Частокол». Он произвел настоящую сенсацию, потому что ее героиня спала со стариком, роль которого исполнял семидесятилетний Рей Уолстон. Поклонники заваливали ее письмами, но вскоре Эмбер все это надоело, и позднее, во время съемок вестерна, она начала капризничать — уж больно много о себе возомнила. Когда продюсер уволил ее за это, она подумала, что карьере ее пришел конец.

Именно поэтому Эмбер согласилась сняться в малобюджетной картине на независимой студии. Буквально ни за что — ей оплачивали питание, проезд и проживание в гостинице, даже костюмы должны были быть ее собственные. В этом фильме под названием «Как будто… холодно» Эмбер предстояло сыграть избалованную девицу с Беверли-Хиллз, которая временно должна замещать учительницу в Уоттсе[6]. Она устраивает школьной шпане настоящий праздник, ведет их в роскошный магазин «Беверли-центр», а после этого ее вдруг ранит какой-то проносящийся в автомобиле мерзавец. На процессе, который состоялся вскоре после этого происшествия, молодая учительница бросает вызов системе правосудия Лос-Анджелеса, и ее на руках выносят из здания суда черные националисты.

Являющийся смехотворной копией таких картин, как «Вам, сэр, с любовью» и «Поступай правильно», фильм «Как будто… холодно» стал тем не менее своего рода интеллектуальным хитом года. На фестивале в «Сандэнс» он получил приз зрительских симпатий и был отмечен также студией «Мирамакс», которая до небес превозносила и фильм, и Эмбер. К ноябрю сборы от проката картины, которая обошлась всего в миллион долларов, перевалили за тридцать миллионов, а журнал «Энтертейнмент уикли» объявил Эмбер «открытием года».

— Отец говорит, что в ближайшие два года Джулия Робертс достигнет пика славы, — сказала Брианна.

— Да она просто пустышка, никчемное создание! — буркнула Эмбер, очень ревниво относившаяся к любому человеку, чья карьера развеивалась успешнее и быстрее, чем ее собственная.

— Пой, птичка, пой, сердце успокой! — поддразнивала ее Татьяна.

— Да хватит тебе, надоело! — обрезала подругу Брианна. — Что будем делать завтра?

— Мне надо забрать свой джип из ремонта. О Господи! Может, попросить Консуэлу? Пусть съездит.

— Твою служанку зовут Лидия, — поправила ее Брианна. — А Консуэла — это кличка твоей чихуахуа.

— Да какая разница! — фыркнула Татьяна, перекатилась на живот и окунула мороженое «Милки вэй» в миску с кремом, что стояла рядом, на кофейном столике. — И все равно считаю, что этот писатель из «Фрейзер» очень даже ничего.

— А я слышала, у него бисексуальные наклонности, — сказала Брианна.

— Ну и что с того? Раз бисексуальные, трахаться-то с ним можно!

В самый разгар дискуссии на эту животрепещущую тему зазвонил телефон. Эмбер сняла трубку и удивилась, услышав голос своего агента.

— Вообще со всеми этими типами следует теперь быть осторожнее, — продолжила Брианна. — Взять, к примеру, Джони Чеголлэн. Переспала с каким-то придурком из Си-эй-эй и подхватила грибковую инфекцию.

— Да она сама грибковая инфекция! — расхохоталась Татьяна.

— Тише вы! — прикрикнула на них Эмбер.

— А я еще слышала, что ее сняли на видео в каком-то порноклипе, где она занималась мастурбацией, — не унималась Брианна. — В каком-то шоу в «Старбаксе», в Санта-Монике, причем не далее как в прошлую пятницу.

— Ну уж если Джони Чеголлэн выступает в порношоу, то тогда я не иначе как Мадонна! — взвизгнула Татьяна. — Надеюсь, Лидия все же заберет мой джип.

— Заткнитесь вы! — прикрикнула Эмбер.

Татьяна с Брианной, не привыкшие, чтобы на них кто-либо кричал, кроме разве что личных психоаналитиков, в изумлении уставились на нее.