Мария Феррарелла - Кусочек рая

Выйдя из кабинета со своими вещами, собранными в картонную коробку, Аманда обнаружила, что коридор полон людей, которые имели кое-что общее – вопросы к Аманде.

И первый вопрос не заставил себя ждать.

– Ты действительно собираешься возбудить дело против студии, Аманда?

Она решила ничего никому не говорить. По крайней мере пока. Элемент неожиданности был ее главным оружием в этом деле. Она не хотела, чтобы кто-нибудь раньше времени раскрыл ее намерения Гримзли.

– Я еще не решила.

– А как насчет Гримзли? – спросили из толпы. – Будешь преследовать и его?

И снова ей захотелось ответить утвердительно. В конце концов, это были люди, с которыми она вместе работала. Но это было бы неблагоразумно, и Аманда заставила себя сдержаться.

– Я обязательно сообщу вам, когда решу, что делать.

На пути у нее встала женщина из вечернего выпуска, имени которой Аманда не помнила, хотя и знала ее в лицо.

– Это правда, что вы собираетесь возбудить против Гримзли дело о злоупотреблении служебным положением?

Ошеломленная агрессивностью женщины, Аманда даже не нашлась, что ответить.

– Я…

– Он пытался переспать с тобой взамен на то, чтобы оставить тебя на студии? – перебил знакомый репортер.

Что они делают? Ведь все эти люди знают Аманду. Так почему сейчас они ведут себя словно голодные доберманы, которым бросили кусок мяса?

– Ну, он…

Джанин из утреннего ток-шоу спросила ее с ехидной улыбкой:

– А как ты вообще получила работу комментатора?

– Да, не так просто проделать путь от маленькой студии новостей в Нью-Мексико до шестичасового выпуска в Далласе, – подхватил Кайл Уильямс, который в ожидании места комментатора пока читал в одиннадцатичасовом выпуске спортивные новости. – Так чем тебе пришлось расплатиться, чтобы попасть сюда? – Сам вопрос уже как бы содержал в себе ответ.

Аманда резко повернулась к Кайлу, возмущенная его хамскими намеками. Перехватив коробку одной рукой, она оттолкнула его с пути.

– Годы напряженной работы и немного удачи.

Голоса гудели вокруг нее, словно рассерженные пчелы, вылетевшие из улья.

– И что же это за удача, Аманда?

– Ты говоришь о мужчине?

– Ты спала с Гримзли?

– Это правда, что вы просто поссорились и теперь он мстит тебе?

– Все это из-за дела Грейнджера?

Аманде хотелось закричать им, чтобы они оставили ее в покое. Она поняла вдруг, испытав при этом легкое чувство вины, что такое находиться по другую сторону микрофона. Неужели она ведет себя примерно так же, когда берет интервью? Аманда надеялась, что нет.

– Никаких комментариев. – Аманда подняла над головой коробку. – Я просто пришла забрать свои вещи.

Кто-то протянул руку к коробке, но Аманда тут же отодвинула ее.

– Это означает, что ты сдаешься без борьбы?

– Так Гримзли был прав? – произнес голос за спиной Аманды. – У тебя действительно низкий рейтинг?

Аманда резко обернулась. Глаза ее горели от гнева и обиды. Она не знала, кто задал вопрос. Это было все равно. Она ненавидела этих людей. Они не были больше ее коллегами. Это была самая обычная толпа.

– Неужели у вас нет других занятий, кроме как пытаться превратить меня в героиню скандального шоу, устроенного вами самими для собственного удовольствия? Ведь на моем месте мог быть любой из вас.

– Но сейчас на нем ты, – заметили из толпы. – И это одна из последних новостей.

– Хватит! Вы разорвете ее на части.

Аманда повернулась на голос, который узнала бы среди тысячи других. Пробравшись сквозь толпу, Пирс с покровительственным видом взял ее за руку.

– Пойдем, Мэнди.

– Эй, Пирс, это правда? – сразу же сменил объект внимания Райан Ричардс. – Ты будешь теперь работать вместо Аманды? Ну и как ты себя чувствуешь, готовясь занять ее место?

Пирс не собирался позволять втягивать себя во все это.

– Спросите меня об этом после выхода в эфир, – с улыбкой произнес он. – А сейчас дайте леди пройти.

Со всех сторон на них продолжали сыпаться вопросы, но ни Аманда, ни Пирс не отвечали на них. Открыв перед Амандой входную дверь, Пирс обернулся, и по взгляду его легко было прочесть: он не советует кому бы то ни было следовать за ними.

Они вышли, и Пирс взял из рук Аманды коробку. Не говоря ни слова, дошли до ее машины.

Аманда повернулась и внимательно посмотрела на Пирса, испытывая при этом самые противоречивые эмоции. Она понимала, что должна что-то ему сказать.

– Думаю, мне следует поблагодарить тебя.

Пирс поставил коробку на капот машины.

– Если не хочется, не благодари. – Ему не нужна была неискренняя благодарность.

Аманда открыла багажник.

– Что заставило тебя прийти мне на выручку?

Пирс поставил в багажник коробку с ее вещами.

– Мне всегда нравилось изображать из себя героя.

Закрыв багажник, она уселась на место водителя и вставила ключ в замок зажигания. Но дверь была по-прежнему открыта.

– Ты уже второй раз играешь в героя за последний месяц. Но только меня никто не собирался пристрелить.

– Могли и пристрелить, если бы я позволил тебе войти в тот винный магазин.

«Позволил тебе?» У Аманды округлились глаза.

– Так ты сделал это для меня?

Пирс ехидно улыбнулся.

– Конечно же, нет. Разве ты забыла – я сделал это для почестей и славы.

Так неужели Пирс рисковал жизнью, чтобы она оставалась в безопасности? Ей никогда бы не пришло в голову ничего подобного.

– Никак не могу понять до конца, что ты собой представляешь.

– Взаимно, – лицо Пирса расплылось в улыбке. – Наверное, нам обоим лучше перестать так стараться. – Он коснулся ее щеки. – До завтра, Мэнди. Поезжай домой, а то наши друзья репортеры могут накинуться и на машину.

Закрыв дверцу, он сделал шаг назад.

Аманда медленно ехала к дому, думая о том, что окончательно перестала понимать, что происходит. То ей казалось, что Пирс использовал ее, а теперь вот он помог ей и отказывается от благодарности. Этот человек сводит ее с ума. Впрочем, возможно, это входило в планы Пирса.

33

В свои пятьдесят семь лет Джефферсон Стоун давно уже утратил внешние данные кинозвезды. Это был высокий мужчина с худым лицом и телом, напоминающим металлическую вешалку для пальто. Аккуратно причесанные светлые, с проседью, волосы плотно прилегали к грушевидной формы черепу. Едва он открыл рот и произнес несколько слов, Аманда тут же прониклась к нему доверием.

Хотя сначала, когда секретарша ввела Аманду в кабинет Стоуна, она решила было, что отец сыграл с ней одну из своих злых шуток. Сидящий перед ней человек напоминал карикатуры на чудаков-профессоров.