Рене Манфреди - Выше неба

– Как там погода? – спросил он, когда Джейн вошла.

– Снежная. Кажется, будет буря.

– Садись. – Он взял кучу папок на диване и переложил их на кофейный столик. – Что будешь пить?

– Ничего, спасибо. Я ненадолго. У нас с Лейлой планы на сегодняшний вечер.

– Как дела у Лейлы? – спросил он из кухоньки, где перелил вино из бутылки в графин и взял два бокала.

– У нее все хорошо. И у нас все хорошо. Она передает привет, и Стюарт передает тоже.

Каждую неделю Джек не мог удержаться, чтобы не спросить про Стюарта. Они не общались с того самого дня, как Джек переехал, – уже почти месяц.

– У него все в порядке. Вчера вечером мы ходили к ним на ужин.

На секунду Джек застыл. Он протянул бокал Джейн, которая, отпив ради приличия, отставила бокал.

– К ним? – Джейн медлила, но Джек быстро заговорил: – Вот и все. Больше ничего не будет. Я рад, что он кого-то встретил. Стюарт заслуживает того, чтобы быть счастливым.

Джейн кивнула:

– Я скажу, что ты передаешь ему наилучшие пожелания.

– Кто он? – спросил Джек, прежде чем смог остановиться. Самое смешное, что он не видел Гектора с тех пор, как переехал. Он говорил себе, что это из-за болезни, но ночью, наедине со своими желаниями, он понимал, что кроме Стюарта ему никто не нужен.

– Ты действительно хочешь, чтобы я ответила на этот вопрос? – спросила Джейн.

– Нет. Я думаю, что знаю ответ. Это тот библиотекарь, с которым работает Стюарт. – Он взял бокал вина и осушил его. – Ладно. Сейчас это его личное дело. Послушай, я хочу устроить вечеринку накануне Рождества. Вы с Лейлой приглашены. – Джек и не думал ни о чем подобном, но почему бы и нет? Можно пригласить четверых или пятерых людей, этого будет достаточно, чтобы заполнить маленькую квартирку.

– Я бы с радостью, но, к сожалению, у нас уже есть планы. – Джейн встала, взяла пальто и поцеловала Джека в щеку. – Позвони, если тебе что-то понадобится. – Она взяла папки.

– Позвоню, – пообещал Джек. Когда девушка ушла, он вылил остатки вина в свой бокал. Больше всего ему нужны люди. Почему он прежде не беспокоился о том, что таит в себе дружеское участие? Неужели он так и проведет остаток дней? Ему нужно заставить себя действовать, несмотря на то что большую часть времени он чувствует себя больным; иначе он никогда не будет общаться с людьми. Встреч с врачом и походов в магазин явно недостаточно.

Джек лег на диван, поставил бокал на грудь и принялся слушать, как по соседству ссорилась индийская пара. Жена пилила мужа почти всю ночь. Джек предпочитал громкие ссоры затяжным рыданиям, которые как раз вступили в начальную стадию. Он сел, задул свечи и надел ботинки.

Он поехал в Бостон, не имея ни малейшего представления, куда именно направляется. Все магазины были украшены к Рождеству. У магазинчика, где он каждый год покупал Стюарту красный свитер, Джек остановился, вошел и выбрал еще один. Он пошлет его Стюарту после праздников, и тот не будет чувствовать себя обязанным. Может быть, стоит выбрать подарки для Джейн и Лейлы. Стюарт всегда им что-нибудь дарил – Стюарт всем что-то дарил, – но Джек понятия не имел, что нужно девушкам.

Он добрел до Кембриджа, постепенно подойдя к большому навесу в Гарвардском дворе. Под ним шел какой-то фестиваль народной музыки. Джеку не очень нравилась такая музыка, но он уже устал гулять. Вокруг вились стайки ботаников-интеллектуалов. Шерил Вилер пела, что в Новую Англию пришла осень, хотя из-за шума улицы и криков лоточников он не мог различить многих слов.

Джек услышал голос Анны еще до того, как увидел ее, она возмущалась в очереди за хот-догами: «Боже мой, сколько можно готовить этот хот-дог? Я стою в этой очереди уже достаточно, чтобы перестать ходить в церковь, отречься от нее, а потом снова креститься».

Джек трижды ее позвал, пока она медленно двигалась сквозь толпу, глядя на музыкантов и медля, словно не была уверена, стоит ли оставаться.

Наконец она его услышала и обернулась:

– Джек! Ты даже не представляешь, как часто я о тебе думала. Я собиралась позвонить.

Он обнял Анну, вдыхая свежий запах ее одежды и опьяняющий запах духов, напоминающий какие-то экзотические цветы.

– Как ты? Куда собиралась? Ты в городе ненадолго, или есть время что-нибудь выпить? – Оба засмеялись над тем количеством вопросов, которые выпалил Джек. – Все что я хотел сказать: не уходи от меня, Анна, я этого не перенесу. – Он снова рассмеялся, но так и не смог добиться того непринужденного тона, которого хотел. – Не говори мне, что ты куда-то собираешься.

– Ну, здесь все куда-то собираются. – Она откусила кусок хот-дога. – Я как сумасшедшая ношусь по магазинам перед Рождеством, поскольку утром мы уезжаем в Мэн. Флинн и я. Марвин приедет позже.

– О? Ты наконец продала свой дом? – Джек на прошлой неделе увидел объявление в газете. Он пытался шагать рядом с ней, поддерживая дыхание в норме; женщина ходила быстрее, чем все, кого он когда-либо знал.

Анна покачала головой:

– Марвин остается там, пока дом не купят. Он будет приезжать к нам на выходные.

– Хорошо. Звучит хорошо.

– Я надеюсь. – Она остановилась у бара, который выглядел просто первоклассно, с медными отполированными перилами и бизнесменами в строгих костюмах внутри. – Не желаешь бренди?

Джек кивнул и прошел за ней в кабинку у окна.

– Я так рада, что встретила тебя. Сейчас настали такие сумасшедшие дни, что даже нет времени позвонить, – сказала Анна.

– Все в порядке. Я тоже никому не звоню. Анна поднесла свой бокал к его:

– CentAnno. За следующие сто лет, как говорят итальянцы. – Она глотнула. – Я пью «Гранд Марнье» только по праздникам. Я так люблю Рождество, а ты?

Почувствовав комок в горле, Джек кивнул.

– Все в порядке?

– О, ты же знаешь. Большое горе, СПИД, безработица, злые индийские соседи – все как обычно.

Он допил бренди и подозвал официанта. Затем взглянул на Анну и увидел в ее взгляде ту же силу, которую он видел в выражении лица Флинн. Джек часто думал о девочке, удивляясь самому себе, потому что он не любил детей. Но что-то в этой девчонке – напряженный взгляд, понятливость, некоторая странность – напоминало ему собственное детство, то как он хранил свои секреты, даже не понимая, в чем они заключаются.

Анна прикурила сигарету и посмотрела на него сквозь колечки дыма:

– У тебя, наверное, полно работы сейчас, как и у всех остальных, но мне бы очень хотелось, чтобы ты приехал в Мэн на часть праздников. Мы с мужем раньше устраивали ежегодные рождественские вечеринки в нашем доме, и я решила возобновить эту традицию, хотя и в меньшем масштабе. Все будет вполне спокойно, но я заказала поставщикам из Бостона кое-какие продукты. Приедут Грета с дочкой. Марвин тоже будет.