Денис Куклин - Танец ангела

- Здесь мы не останемся!- Сказала Алевтина Александровна.

- Что же ты, Стрекалов, устроил?!- Тем временем доносилось из другой комнаты.- Краденое скупаешь, водку разливаешь! На этот раз штрафом тебе не отделаться!..

- Это не мое! Первый раз вижу!..

- Стало быть, мое, да?.. Кто у тебя в гостях был?

- Не помню!..

- А знаете что,- неожиданно предложил Горлов Стрекаловым.- Давайте, я вас на свою дачу отвезу. Я все равно сторожей искал.

- Где находится ваша дача?- Уточнил милиционер.

- В Карнышах. Улица Революционная, дом восемнадцать.

- Соглашайтесь,- поддержал идею Горлова милиционер.- Вам сейчас крыша над головой нужна и время нужно. А человек вам за это еще и деньги будет платить. Вы ведь будете им платить за охрану дачи?- Спросил он Горлова.

- Разумеется,- кивнул тот.- Об этом мы позже договоримся. Но платить буду обязательно.

- Вот и славно,- улыбнулся милиционер.- А вы, Анатолий Сергеевич, не злоупотребляйте! На этом у меня все, можете уезжать. А с братцем вашим мы еще не закончили...

- Вот спасибо вам!- Громко, от всей души поблагодарила Горлова Алевтина Александровна.- Не знаю, что бы мы без вас делали?!

- Значит, вас Любой зовут?- Не слушая ее, спросил Горлов девушку.

- Да,- улыбнулась она.

- Любовь... Вы похожи на богиню любви,- улыбнулся Горлов.- И откуда же вы приехали в Россию?

- Из Узбекистана,- ответила Люба.

- Толя, садись в машину,- тем временем с назиданием говорила Алевтина Александровна мужу.

- Аля, я не понимаю, что происходит?- Жаловался тот.- Мир как будто с ног на голову перевернулся...

- Пить тебе нужно бросать! Сам видишь, до чего водка доводит.

- Садитесь, Люба,- Горлов открыл перед ней дверцу.- Кстати говоря, если вам на первое время нужна работа, я могу помочь. И платят неплохо.

- Вы знаете, я работала воспитателем в детском саду.

- Мне кажется, вы неглупая женщина. А работа учетчицей, в принципе, не требует семи пядей во лбу.

- А куда мы сейчас едем?- Спросил его Анатолий Сергеевич. Он все еще не протрезвел.

- Какое-то время вы поживете у меня на даче,- объяснил Горлов.- Встанете на ноги, гражданство получите...

- А вы знаете этот злой народ – русских?- Начал было Анатолий Сергеевич.- Где еще, в какие времена сородич так ненавидел сородича?! Горе мое...

- Толя, прекрати! Я тебя прошу,- оборвала его супруга.- Вы уж его извините, Василий Львович. У нас в последнее время все вот  так - комом.

- Я вас понимаю,- кивнул Горлов.- Со всеми случается...

В деревенском доме он помог им растопить печь и проводил Любу до колодца.

- Какой чудный вечер,- говорил он ей на обратном пути.- Посмотрите на это небо, на звезды! Ведь мы уже разучились замечать эту глыбу – наш мир!

- Вам интересно будет поговорить с папой,- улыбнулась Люба.- Иногда он говорит что-то подобное.

- Нет, Люба, мне интересней разговаривать с вами. Такие как вы, Люба, – редкость.

- Вы ведь совсем не знаете меня.

- А я бы хотел узнать вас лучше.

Они на какое-то время замолчали и эту неловкую тишину нарушил опять же Горлов:

- Отдыхайте, Люба. Отдохните от всех неприятностей и потрясений. А на неделе я приеду к вам и мы поговорим о вашем будущем уже обстоятельней.

- Хорошо,- кивнула она.- Вы на самом деле очень хороший человек. Помогаете незнакомым людям.

- Я тебе, Люба, помогаю и рад этому. Я буду с нетерпением ждать нашей встречи...

Вернувшись домой, Василий Львович сказал супруге:

- Какой странный случай произошел. По дороге от Матвеева наткнулся на переселенцев из Узбекистана. Предложил им зиму провести на даче. Нам так или иначе нужен был сторож. А тут все-таки семья.

- Ты поселил на даче узбеков?

- Нет, они – русские. Но так получилось, что сейчас им просто некуда податься. Им нужна крыша над головой.

- Надеюсь, они не пьют,- покачала головой Елена Ивановна.- Иначе получится как в прошлом году.

- Нет, что ты. Вполне интеллигентные, разумные люди. Я не думаю, что с ними будут проблемы. Хотя проблемы возникают всегда.

- У тебя неприятности на работе?

- На работе как раз все прекрасно!- улыбнулся Василий Львович.- Скоро запустим новую индукционную печь...

В тот вечер они поговорили еще о каких-то пустяках и отошли ко сну довольные друг другом и жизнью. По крайней мере, Елена Ивановна заснула именно с таким чувством удовлетворенности.

А Василий Львович долго еще лежал в темноте с открытыми глазами. Он как мальчишка вспоминал Любу Стрекалову, не понимая еще, что это не женщина кинулась ему под машину, а сама судьба...

- Как обжились?- Спросил он Стрекаловых при следующей встрече.

- Спасибо вам, Василий Львович,- поблагодарила Алевтина Александровна.- В деревне очень тихо и спокойно.

- Только зимой,- улыбнулся Василий Львович.- А где Люба?

- Вышла прогуляться,- ответила Алевтина Александровна.

- А где ваш супруг?

- Отдыхает.

- Пил?

- Вы знаете как это называется у русских – опохмелялся!

- Мы еще поговорим об этом,- кивнул Василий Львович.

- Василий Львович,- уже возле дверей догнала его Стрекалова.- Я хотела бы поговорить с вами.- Они вышли во двор.- Вы на самом деле решили помочь нам?

- А что в этом удивительного?- Вопросом на вопрос ответил Горлов.

- Василий Львович, я видела, как вы смотрите на Любу. Я прошу вас, не обижайте ее. У нее было не очень много друзей...

- Позвольте вам не поверить,- усмехнулся Горлов.- Она фантастически красивая девушка. Я уверен, на нее всегда обращали внимание.

- Вы же понимаете, красота не всегда благо. Я прошу вас, Василий Львович, вы – зрелый и опытный человек. Не обижайте ее!

- Вы могли бы не просить меня об этом.

- Вы понимаете меня очень хорошо. Вы хорошо понимаете, о чем я говорю. И мы оба знаем, в каком мире живем.

- Алевтина Александровна, я понимаю тревогу матери.

Он вышел со двора. По тропинке от дома тянулся след от острых каблучков. Василий Львович пошел по этому следу и скоро увидел Любу. Она вышла уже за околицу, где начинался зимний лес. И она была чудо как хороша. В пушистой шубке и шапочке похожа была на Снегурочку.

- Добрый день, Люба!

- Здравствуйте, Василий Львович.

- Люба, солнце перед тобой меркнет!

- А вы – мастер говорить комплименты.

- Что ты! Я довольно косноязычный человек. Но глядя на тебя, вспоминаю Афанасия Фета в его шестьдесят лет.

- Вы еще не так стары,- снова улыбнулась Люба.

- Я, вообще, не чувствую своего возраста,- усмехнулся Горлов.- Люба, ты читала Фета?

- В школе наверняка читала, и не только его.

Василий Львович улыбнулся ее немного детскому ответу и начал читать стихи своим красивым баритоном: