Барбара Брэдфорд - Власть женщины

– Да. Операция длилась почти три часа. Хлою оперировал один из лучших нейрохирургов страны и, наверное, мира, мистер Лонгдон. Сейчас Хлоя в Лидсе, в лучшей больнице Йоркшира. В отделении интенсивной терапии.

– А Тамара? Как она?

– Тамара там же. Она ранена в грудь. Несколькими пулями. Пули тоже удалось извлечь, но и Тамара пока без сознания. И очень слаба. Она потеряла много крови.

– Они выдержат, Дерек? Они будут жить?

– Мы надеемся, дорогая. Мы молимся за них.

Блер взяла руку дочери и сжала ее.

– Все будет хорошо, Стиви. Я чувствую это. Верь и молись, и все будет хорошо.

Стиви только кивнула в ответ – говорить она не могла. Через некоторое время она прошептала:

– Значит, они не в Хэррогейте. – Она закусила губу. – Ну, может, это и к лучшему, ведь Лидс – крупный медицинский центр.

Дерек кивнул:

– Вот именно. Сначала их отвезли в Хэррогейт, но из-за серьезности положения пришлось срочно вызвать вертолет и переправить их в Лидс. Все было сделано очень оперативно. В два часа их обеих уже подготовили к операции.

Стиви кивнула.

– Не забывай, что это одна из лучших больниц в Европе. Там самое современное оборудование. Для наших девочек сделают все, что возможно.

Наступило напряженное молчание. Через несколько минут Стиви снова спросила:

– А родители Тамары? Кто-нибудь сообщил им? Они собирались уехать на Пасху. Кажется, на Дальний Восток или в Китай, я сейчас уж и не вспомню.

– Они и уехали, – сказала Блер. – Гидеон просил Брюса послать факс на теплоход. Найгел вспомнил, что именно в пятницу они прибывают в Гонконг и пробудут там несколько дней.

– А как чувствует себя Брюс? – спросила Стиви у Дерека.

– Как можно себя чувствовать в таких обстоятельствах?! Конечно, его это ужасно потрясло, он хотел сегодня лететь с нами, но я сказал, что будет лучше, если он приедет завтра. Мы уже заказали ему номер в «Квинс». Мы все там остановимся.

– Гидеон разыскал Майлса в Париже, он остановился в «Плаза Атене». Майлс сразу вылетел сюда. Он, наверное, уже в Лидсе, – сказала Блер.

– Найгел, должно быть, в ужасном состоянии. – Стиви покачала головой. – Он просто обожал Тамару. Представляю себе, в каком он отчаянии. А где малыши, мама? – Стиви повернулась к Блер.

– Ленор забрала Арно и Натали к себе в Линден-хилл, как только они приехали из Рипона в то утро. Ленор даже не дала им выйти из машины. Они там вместе с Агнес. Агнес – молодец, она все понимает и оказывает большую помощь. Сегодня она ездила в Эсгарт-Энд за вещами и игрушками. Пока мы не вернемся в Лондон, дети будут в Линденхилле.

– Да, это самое лучшее, что можно придумать, – согласилась Стиви.

– Я разговаривал с Ленор в пять часов, – сказал Дерек. – Когда мы с Блер приехали в аэропорт. Она и сказала мне о состоянии Хлои и Тамары. Гидеон попросил Ленор быть все время около телефона в Линденхилле. У нее будет вся информация, и через нее мы все держим связь.

Стиви кивнула. Она поерзала в кресле, выпрямилась, затем снова нервно откинулась на спинку. Через минуту она тихо сказала Дереку:

– Я так поняла, что никто точно не знает, что же на самом деле произошло? Почему началась стрельба? И кто это сделал?

– Поскольку обе наши девочки без сознания, они ничего не могли рассказать ни Найгелу с Гидеоном, ни полиции. Однако мужчина, который стрелял в них, опознан. Это бывший муж Тамары. Серджио Манцони.

– Какой ужас! Но почему? Зачем он стрелял? Я знаю, что Тамара уже несколько лет ничего не слышала о нем. Он уехал куда-то далеко, кажется, в Японию, или вернулся к себе на родину.

– Да, именно это Найгел сказал Гидеону и полицейским. Они с Тамарой ничего не знали о нем. – Дерек тяжело вздохнул. – Теперь уж мы вряд ли узнаем, почему он это сделал.

Стиви закрыла глаза. Хлоя и Тамара могут умереть, сейчас она поняла это с ужасающей ясностью. Блер с Дереком просто стараются держаться и не пугать ее. У Дерека это получается, он ведь, в конце концов, не просто актер, он великий актер. Ее мать, вот кто выдает положение дел. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять это. Опасность очень велика, в этом Стиви теперь не сомневалась.

Появившаяся стюардесса объявила, что самолет идет на посадку. Стиви открыла глаза и взглянула на часы. Было двадцать минут восьмого.

К восьми часам они были в больнице, где их уже ожидал Майлс. Как только Стиви вместе с Блер и Дереком вошла в зал для посетителей, он подбежал к ней. На его лице были и боль, и сочувствие, и отчаяние.

– Привет, мам, – сказал он, крепко обнимая Стиви.

На минуту ей стало легче в кольце его теплых надежных рук. Заглядывая сыну в глаза, Стиви требовательно спросила:

– Скажи мне правду, Майлс, Хлоя будет жить?

– Да, думаю, она выживет. Я так понял, что операция прошла удачно и пулю извлекли. Но лучше поговори с ее нейрохирургом. Он недавно смотрел Хло и ждет тебя в своем кабинете.

– Тогда пойдем скорей.

– Конечно, ма.

Майлс наскоро поздоровался с Блер и Дереком, открыл дверь и повел их на встречу с врачом.

В коридоре Стиви взяла сына за руку и спросила:

– А Тамара? Она выживет?

– Надежда есть. Тамара тоже в интенсивной терапии. Теперь все зависит от того, хватит ли у нее сил. Она лежит здесь же, но в другом крыле. Там Найгел. С ним Гидеон для поддержки. После того, как ты поговоришь с мистером Лонгдоном и увидишь Хло, я провожу тебя к Найгелу. Там ты все узнаешь о Тамаре, если захочешь, сама поговоришь с хирургом, который оперировал ее.

Стиви кивнула. Через минуту они уже входили в кабинет.

– Доктор Лонгдон, – представился врач, вставая и протягивая руку. – Миссис Джардин, сэр Дерек и леди Райнер. Приятно познакомиться. – После рукопожатий доктор сказал: – Мне очень жаль, что мы встретились при столь трагических обстоятельствах. Садитесь, пожалуйста.

Стиви сказала дрогнувшим голосом:

– Позвольте поблагодарить вас, мистер Лонгдон, за все, что вы сделали для моей дочери.

Врач наклонил голову в знак признательности.

– Я хотел бы подробнее описать вам ситуацию, чтобы вы представляли себе, что происходит. Сначала о ране. Пуля пробила левую часть лобной кости под углом сорок пять градусов. Она вошла в голову над бровью. Раздроблена и скула. – Он замолчал, ожидая вопросов от Стиви. Она кивнула:

– Продолжайте, пожалуйста, мистер Лонгдон.

– Я оперировал вашу дочь сразу же, как ее доставили в больницу. Нельзя было терять ни минуты – состояние ее было угрожающим. Область повреждений была значительной. Мисс Джардин получила серьезную мозговую травму. Я следовал траектории пули. Вначале я удалил осколки кости, затем поврежденную ткань мозга, тромбы и, наконец, саму пулю. Операция длилась три часа, миссис Джардин, но мы можем с уверенностью утверждать, что ее результаты были весьма и весьма удовлетворительны.