Патриция Макдональд - Пока ты со мной

— Она мне немножко рассказала об этом, — кивнула Дженни. — По-моему, она на вас не обиделась.

Так Дженни обо всем знала, поразилась Карен. Оказывается, у девочки тоже есть свои секреты.

— Линда рассказала тебе, как я с ней обошлась? — спросила Элис.

— Да, немного. Понимаете, я все время трещала без умолку, показывала ей фотографии и все такое, старалась наверстать упущенное. Поэтому я почти не давала ей рта раскрыть.

Элис вздохнула.

— Ты единственная, кто встретил ее в этом городе с открытым сердцем. Все остальные во что бы то ни стало хотели ее наказать.

Дженни смущенно опустила глаза:

— Я всегда мечтала с ней встретиться…

Элис улыбнулась дрожащими губами:

— Может быть, ты мне тоже когда-нибудь покажешь свои фотографии?

— Само собой! — просияла Дженни. — Хотите, я сделаю это прямо сейчас?

— Ну, сейчас, наверное, не стоит, — одернула ее Карен.

— Только в юности бывает столько энтузиазма, — улыбнулась Элис.

— Да нет, я вовсе не хотела навязываться…

— Ты и не навязываешься, — уверила ее Элис. — Просто я надеюсь, что мы видимся не в последний раз.

— Еще бы!

— Это так странно, — прошептала Элис. — Как будто я вновь вижу перед собой Линду, только без… без обиды и ожесточения. Сами знаете, какие отношения бывают между матерью и дочерью. Ссоры, споры.

Дженни покосилась на мать:

— Да, с нами это тоже случается.

— Знаете, — призналась Элис. — Я очень боялась этой встречи. Мне пришлось сделать над собой усилие.

— А чего вы боялись? — удивилась Дженни.

— Дженни! — укоризненно произнесла Карен.

— Хотя конечно, — согласилась Дженни, — вопрос дурацкий. Столько всего стряслось.

— Нет, вопрос не дурацкий, — возразила Элис. — Я тебе скажу, чего я боялась — неизвестности.

Дженни кивнула.

— Ну, мне пора. Мы еще увидимся, да? А на прощание я хочу тебе, Дженни, кое-что подарить.

Элис сунула руку в сумку.

Дженни вытянула шею, пытаясь разглядеть, что она там ищет. Миссис Эмери достала светло-голубую фарфоровую кошку.

— Это копилка, — объяснила она и встряхнула кошкой — внутри зазвенели монеты. — Когда Линда была девочкой, она складывала сюда все свои сбережения. Линда всегда любила кошек, и еще ей очень нравился голубой цвет.

— Мне тоже! — обрадовалась Дженни. — Кошечка просто прелесть.

Элис вручила ей подарок:

— Ей тогда было столько же лет, сколько тебе сейчас. Конечно, в наши времена девочки взрослеют быстрее, но мне очень хотелось подарить тебе что-нибудь из вещей Линды. Что-нибудь такое, чем она дорожила. К сожалению, у меня нет ничего из вещей последних лет. Я ведь даже не знаю, где она жила… Поэтому я и хочу подарить тебе эту кошку.

— Она мне очень нравится, — заявила Дженни.

— Вот и хорошо.

Элис поднялась.

— Я рада, что вы пришли, — сказала ей девочка.

Немного поколебавшись, миссис Эмери быстро обняла Дженни, и та охотно ответила на ее объятие.

— Спасибо вам, миссис Ньюхолл, за то, что отнеслись ко мне с пониманием.

— Называйте меня Карен. И обязательно приходите еще.

Элис направилась к двери, но на пороге остановилась и обернулась, в последний раз поглядев на внучку.

— Как все это странно, — пробормотала она.

У Карен возникло странное ощущение, что Элис через время и пространство обращается к своей дочери.

Глава 30

— Уверяю вас, это был именно он, — повторил Фрэнк Кирни. — Я еще повернулся и говорю жене: «Что-то, говорю, лицо знакомое».

Встретив на дороге Грега Ньюхолла, чета Кирни добралась-таки до «Бейландской гостиницы», позавтракала, после чего отправилась на свадьбу в местную церковь, где сочеталась браком их внучатая племянница. Во время приема, который последовал за церковной службой, завязался разговор об убийстве, происшедшем в городе. Тогда-то Тереза Кирни наконец сообразила, почему ей показалось знакомым лицо мужчины, шедшего по тротуару. Правда, в версии, изложенной полиции, опознал преступника ее супруг, Фрэнк.

Уолтер Ференс, выслушавший эту историю уже в третий раз, поднялся и откашлялся:

— Мистер Кирни, я хочу поблагодарить вас за то, что вы, оторвавшись от семейного торжества, сообщили нам эту ценную информацию. А теперь прошу меня извинить, мне нужно сделать соответствующие распоряжения. Тереза Кирни просияла и с трудом поднялась со стула.

— Артрит, — объяснил ее супруг, помогая жене подняться.

— Позвольте, я тоже вам помогу, — бросился к даме лейтенант.

— Скажите, а если этого типа поймают, мы получим денежное вознаграждение? — поинтересовался Фрэнк.

— Фрэнк! — укоризненно взглянула на него жена.

— А что такого? Я пенсионер, мне лишние деньги не помешают.

— Боюсь, что о денежном вознаграждении речь не идет, — сказал Ференс.

— Это еще почему?

В этот момент в комнату стремительно вошел шеф полиции и еще издали начал протягивать руки:

— Это и есть супруги Кирни?

Уолтер кивнул:

— Да. А это начальник полиции Мэтьюз.

— Здравствуйте, — уважительно поздоровался Кирни, польщенный таким вниманием.

— Прямо не знаю, как вас благодарить. — Дейл изо всей силы сжал узловатую руку старика. — Мы получили много звонков по этому делу, но все они ничего не дали. Вы же оказали следствию неоценимую помощь. Не у всякого хватит гражданского чувства, чтобы, покинув семейное торжество, явиться в полицию по зову долга…

— Ладно, Фрэнк, пойдем назад, на свадьбу, — потянула мужа Тереза.

Фрэнк заколебался, видимо, собираясь вновь затронуть вопрос о денежном вознаграждении, но передумал.

— Рад, что смог принести пользу, шеф, — сказал он на прощанье, и жена уволокла его прочь.

Дейл обернулся к Уолтеру:

— Я мобилизовал всех, кто оказался под рукой. Вызвал людей из отпусков, из отгулов и так далее. К сожалению, этот старый хрыч слишком долго шевелил мозгами. Скорее всего, Ньюхолл успел за это время умотать куда-нибудь в Тимбукту.

— Сомневаюсь, что он куда-нибудь уехал, — мягко возразил Ференс. — Меня поразило то, что Ньюхолл вообще крутится в Бейланде. Я-то предполагал, что он уже давно в Канаде или Мексике.

Шеф энергично потер ладони:

— У меня хорошее предчувствие, Уолтер. Теперь он от нас не уйдет.