Рози Томас - Влечение

Роб тоже понимал, что ему не занять почетного места в жизни Джесс. Неизбежность разлуки заставляла еще больше дорожить часами, проведенными с ней наедине, как будто они отмерены и лимит вот-вот будет исчерпан. А в другом измерении его жизни, за скобками, в которые гибель Дэнни заключила первую половину его жизни, он видел Кэт.

С самого начала инициатива была на ее стороне. Она была хитрая и цепкая, когда хотела получить что-нибудь. В тот вечер, когда они стали близки, Роб был уверен, что никогда больше ее не увидит. Он абстрактно жалел об этом, но у него хватало забот и помимо отношений с Кэт.

— Увидимся, — пообещала она, и он без особой веры кивнул, открывая дверь. Но Кэт не шутила. Она проявила завидное умение появляться у него дома именно тогда, когда Роб был один и во власти страха перед будущим.

Кэт не предъявляла никаких требований. Они вместе ходили в бар или в кино. Однажды отправились в клуб — не такой, как тот, в котором он был с Дэнни. Превозмогая внутреннее сопротивление, он позволял девушке затащить себя в круговорот прежней жизни. Он даже обнаружил в этой жизни незамечаемые прежде радости. Кэт не спрашивала, что он делает в ее отсутствие, и никогда больше не заводила разговора о Джесс.

Роб наблюдал за тем, как Джесс собирается на день рождения. Она повертела головой, продевая в уши крохотные жемчужные сережки. Ее лицо в ярких лучах весеннего солнца безжалостно выдавало возраст: резче обозначились припухлости и морщины. Это вызвало в нем прилив невыразимой нежности и желание остановить время, чтобы Джесс подольше оставалась рядом, прежде чем исчезнет или решит его оставить.

Он с таким чувством произнес ее имя, что она удивленно повернула голову.

— Джесс, ты красавица!

Выражение ее лица смягчилось. Она привлекла Роба к себе и сжала в объятиях. В эту минуту Роб значил для нее больше, чем кто бы то ни было — даже Дэнни.

Роб отстранился первым, нежно потрепав ее по щеке.

— Желаю тебе веселой вечеринки. Я же заскочу на час-другой в бар. До завтра.

Вопреки своему желанию, вопреки всему, Роб точно знал, где будет вечером в пятницу Кэт. И то, что она его не пропустит.

— Просто не верится, — вздохнула Лиззи, прислоняясь головой к мокрой стене парилки. — Сорок. Сорок!..

— Постарайся думать об этом как о ценном приобретении, — пробормотала Джесс, не открывая глаз. Они только что наплавались в бассейне и пожарились в солярии. Теперь, закутавшись в махровые тоги, они лениво плыли сквозь пар, клубившийся между белыми пластиковыми шезлонгами.

— Ты бы хотела, если бы представилась возможность, вернуться к себе двадцатидвухлетней?

— Да, — сразу ответила Лиззи. — Запросто. А ты разве нет?

Джесс потрясла головой.

— Почему?

— Пережить все сначала? Нет уж, спасибо.

Лиззи внимательно посмотрела на Джесс. Горячность, с которой она это произнесла, свидетельствовала о некоем горьком опыте, который она не захотела разделить с сестрой. Что заставило Джесс замкнуться в себе и самоустраниться от жизни? Возможно, если б это знать, связь с юнцом не показалась бы столь не вяжущейся с ее характером?

В памяти мелькнула найденная Бетт фотография.

Джесс продолжала разглагольствовать. Вокруг поднимались испарения с эвкалиптовым запахом.

— И все-таки это приобретение. У тебя есть Джеймс и Сок, и карьера, ты многого добилась…

— Проклятые полицейские сериалы. Я чувствовала себя омерзительной букашкой. В сорок лет нужно трезво смотреть на жизнь и свои способности, не правда ли? Знаешь, я приняла решение.

— Какое?

— Пора закругляться. Стать хорошей матерью. А если Джеймсу станет неинтересно… что ж, тогда я хотя бы пойму, за что он в меня втрескался.

Джесс улыбнулась.

— Насчет Джеймса можешь быть абсолютно спокойна: он тебя обожает. Это не имеет ни малейшего отношения к твоим выкрутасам по телеку. Он ценит в тебе тебя саму и мать Сока.

У Лиззи защипало в горле. Неужели так просто?..

А что осталось у Джесс? На Лиззи накатило раскаяние.

— Наверное, ты считаешь меня бестактной, самодовольной сукой?

— Ну что ты. Просто мы очень разные.

— Фамильное несходство.

Из вентиляционного отверстия вырвалась очередная порция пара. Лиззи наклонилась вперед и погладила руку сестры.

— Ты молодец, что вытащила меня сюда. Лучший подарок — мы снова заодно. Мне стыдно, что я так обошлась с тобой и этим парнем.

— Робом.

— С тобой и Робом. Я не понимала. Я и сейчас не понимаю, если хочешь правду. Но раз тебе это нужно — какое мое собачье дело? Прости меня.

— Ты прекрасно знаешь, что об этом не нужно просить. Ты нужна мне ничуть не меньше, чем я тебе.

Открылась дверь, и кто-то позвал:

— Миссис Эрроусмит?

Пришла массажистка Джесс в розовом халате и с пластмассовым значком, на котором было написано ее имя. Вставая, Джесс радостно улыбнулась.

— С днем рождения.

День завершился массажем лица и макияжем. После того как на ее лицо наложили несколько слоев косметики, у Джесс возникло ощущение, будто она обречена весь вечер носить резиновую маску. Зато Лиззи была в восторге.

— Оно того стоило. Я снова чувствую себя на три десятка. А ты просто неотразима.

— Как клоунесса.

— Вот уж нет. Ты сногсшибательна. Из нас двоих именно ты — красавица.

Джесс повезла Лиззи домой. Они с Джеймсом сочинили легенду об ужине втроем в каком-нибудь кафе, Лиззи заранее радовалась.

— Что может быть лучше — отметить день рождения с самыми родными и близкими людьми!

Джесс натянуто улыбнулась, представив развитую Джеймсом лихорадочную деятельность и заговорщицки хихикающих гостей, которые в эту самую минуту съезжаются на торжество. Не хотела бы она оказаться на месте сестры.

Никакое скопление машин возле дома не выдало тайну: Джеймс предусмотрительно попросил гостей парковаться поодаль. Все было тихо. Джесс привезла Лиззи как раз в условленный срок.

Лиззи покопалась в сумочке, нашла ключи и отперла входную дверь. В прихожей было темно и безлюдно. Громко выкрикнув имя мужа, Лиззи распахнула дверь гостиной. Внезапная вспышка света — и они увидели ряды ликующих лиц. Хор из сорока человек грянул: «С днем рождения!»

Джесс опасливо покосилась на сестру. После секундного замешательства та растянула рот в блаженной улыбке.

Джеймс оказался прав — Джесс напрасно тревожилась. «Он знает ее лучше, чем я. Так и должно быть».

На Лиззи обрушилась лавина поцелуев, объятий, подарков. «Глазам своим не верю!»— то и дело восклицала она. Джеймс постарался на славу. Здесь собрались актеры, соседи, друзья семьи и агент Лиззи. А в углу Джесс увидела Бетт.