Алиса Лисовская - Нарисуй меня счастливой. Натурщица

— Женя! Я прошу тебя!

— Пошел ты на... — устало выругался Игорь. — Томка, я не могу без тебя...

Евгений Измаилович громко задышал, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

— Ты... ты...

— Томка, я с ума схожу, — продолжал Игорь, словно не видя ничего вокруг. — Хочешь, я брошу жену? Я люблю тебя...

Опешивший Евгений Измаилович пришел в себя и, неожиданно подскочив к Игорю, с силой ударил его в лицо. Закричала Тамара, из коридора на призывный зов Измаиловича уже бежал шофер, выполняющий по совместительству обязанности телохранителя. Не успел Игорь прийти в себя после первого удара, как на него обрушился стальной кулак шофера. Евгений Измаилович прыгал вокруг и норовил пнуть Игоря ногой. Тамара взвизгнула и кинулась в самую гущу драки, пытаясь закрыть Игоря собой. Один из ударов пришелся ей прямо в лицо. Алина бросилась на помощь подруге, кто-то, улучив момент, сдернул с нее маску. Глеб, дававший интервью в другом конце зала, не задумываясь, схватил огнетушитель, стоявший возле двери, и, дернув за рычаг, направил струю в центр драки, стараясь попасть в квадратную рожу шофера.

Следующие несколько мгновений зал галереи напоминал немую сцену из «Ревизора» незабвенного Николая Васильевича. С Алины и Тамары слезала краска, сползая вместе с бурой пеной на пол, Евгений Измаилович беспомощно хлопал глазами, пытаясь стряхнуть белые хлопья с пиджака, на лице шофера застыла тупая, злобная гримаса, а Игорь, мешая пену с кровью, текущей из носа, пытался вытереть лицо носовым платком.

Тамара очнулась первой. С криком:

— Игорь, ты живой?! — она бросилась к Игорю.

— Алина, в раздевалку, немедленно! — Глеб тщетно пытался загородить Алину от настырных фотографов и телеоператоров.

Алина моментально схватила упирающуюся Тамару за руку — в пылу драки с той тоже слетела маска — и потащила за собой. Вслед им плотоядно щелкали бесчисленные фотоаппараты...

Алина проснулась утром в мастерской у Глеба. Вчерашний вечер вспоминался как наваждение. Ревущая Тамара, которая крыла последними словами оторопевшего Евгения Измаиловича, избитый Игорь, лицо которого больше походило на его последнее произведение и сияло всеми оттенками красно-фиолетового... Тамара, объяснив влюбленному бизнесмену на хорошем народном языке, где она его видела и как, бережно усадила Игоря в пойманное Глебом такси, Алина поехала вместе с ними.

В мастерской Тамара с Игорем залечивали раны и делали водочные компрессы, после чего на пару напились и всю ночь шумно признавались друг другу в любви.

Глеб разбудил Алину поцелуем.

— У меня сегодня пленэр с группой. Мы едем за город на весь день.

— Я посплю еще немножко... Томка с Игорем сегодня всю ночь спать не давали...

— Конечно, — улыбнулся Глеб. — Будешь уходить — ключ от мастерской Игорю отдай. Я, как вернусь в город, позвоню тебе домой.

— Хорошо, — сладко потянулась Алина и перевернулась на другой бок. — Пока.

Она проспала еще пару часов и проснулась где-то около 12 дня оттого, что в дверь кто-то стучал.

— Алинка! — услышала она Томкин голос. — Хватит спать! Белый день на дворе, а ты все дрыхнешь!

Алина, зевая, спустилась по лестнице и приоткрыла дверь. Тамара стояла в коридоре пьяная и счастливая.

— Пошли к нам! Игорь вина купил, мы сегодня празднуем!

— Воссоединение Украины с Россией, — усмехнулась Алина. — Сейчас, только в порядок себя приведу.

— А Глеб где?

— Он с утра со студентами на пленэр укатил.

— Ладно, давай не задерживайся. Мы тебя ждем!

— Хорошо, сейчас.

В мастерской Игоря царил страшный беспорядок. Мало того что там еще со вчерашнего дня все было перевернуто из-за предстоящей выставки, ко всему прочему, Тамара с Игорем ночью, по всей видимости, использовали для своих бурных любовных упражнений не только старенький диван, но и все подходящие и неподходящие для этого предметы мебели, включая и картины. В углу уже дремал над стаканом с водкой Женька Вилярский, уронив грязную прядь волос в тарелку с остатками салата. Тамара, напевая, пыталась убирать со стола посуду с засохшей едой.

— Давай помогу, — предложила Алина.

— Сейчас дядя Миша с Витолием подойдут. Они у себя с утра какие-то скульптуры ваяют.

С Игорем Алина столкнулась у дверей и при взгляде на его лицо чуть не уронила грязные тарелки, которые несла мыть.

— Ну и рожа у тебя... — протянула она.

— До свадьбы заживет, — отмахнулся Игорь.

— Что-что там насчет свадьбы? — встрепенулась Тамара.

— Ты человеку сначала развестись дай, — улыбнулась Алина. — А уж потом приставай со свадьбой. Представляешь вас сейчас обоих в загсе? Ты с фингалом и Игорь с лицом цвета радуги? Вот парочка была бы!

— Ну, с разводом мы тянуть не будем. Правда, Игорь?

Игорь пробормотал что-то невнятное.

Алина перемыла посуду, они с Тамарой быстро собрали на стол. Игорь с Вилярским уже пили водку.

— Нас-то подождите! — упрекнула их Тамара. — И народ сейчас подойдет!

— Народу водки хватит, — успокоил ее Вилярский.

Игорь методично напивался.

— Томка, ты думаешь, никаких последствий со стороны Измаиловича не будет? — задала Алина вопрос, который тревожил ее со вчерашнего вечера.

— А черт его знает! — беспечно ответила Тамара, но тут же помрачнела. — Правда, не знаю. Завтра поеду домой, позвоню. Если он, конечно, за это время в мою квартиру еще кого-нибудь не поселил. Слушай, давай все проблемы оставим на завтра! У меня сегодня праздник! Пошли выпьем.

«Хорош праздничек, — подумала Алина, глядя, как Игорь пьет стакан за стаканом. — Господи, вот угораздило же людей! По отдельности не могут, и вместе тоже что-то не получается...»

Игорь налил Алине вина.

— За вас, ребята! — поднял стакан Вилярский.

«Посижу немного, чтобы Томку не обижать, и домой поеду, — подумала Алина, отпив вина. — Не забыть бы мастерскую закрыть...»

Через полчаса Алина поднялась.

— Ладно, я поехала домой.

— Уже уходишь? — расстроилась Тамара. — Посидела бы еще...

— Томка, мне правда пора, я и так сегодня дома не ночевала.

— Ладно, завтра в институте увидимся, — махнула рукой Тамара.

Алина попрощалась с Игорем, взглянула на спящего мертвым сном Вилярского и вышла из мастерской. И тут же в коридоре столкнулась нос к носу с Андреем.

Краска ударила Алине в лицо, по телу пробежала дрожь. Мысли разлетелись в разные стороны.

— Привет, — сказал он.

— Привет, — ответила ему Алина, почти справившись со смущением.

— Ты отца не видела? Мастерская нараспашку — никого... Он обычно ее открытой не бросает.