С. Белмонд - Довольно милое наследство

– Он направляется к итальянской границе, – пояснил Джереми, – там больше нет пограничного контроля. Если ему удастся провезти картину за пределы страны, то он сможет продать ее какому-нибудь наивному покупателю, убедив того, что это лишь копия, и сделка получится вполне законной. Понимаешь, дело в том, что настоящий обладатель шедевра зачастую просто не может этого сделать, особенно если не знает, какой путь проходила картина до него.

– Неужели Ролло хочет продать ее? – удивилась я. – Я думала, он собирается оставить ее себе, а в гараж вернет копию, и никто никогда не сможет доказать, что у бабушки Пенелопы был оригинал и Денби его видел.

– Рано или поздно продаст, – сказал Джереми, – если она действительно стоит целое состояние, он не сможет удержаться. Наверняка у него есть нужные люди, способные и готовые купить картину.

– Да. Тот парень, что звонил ему, когда я пряталась под кроватью в его номере.

– Теперь будем играть открыто, и прятаться под кроватью тебе больше не придется, – заявил Джереми.

– Эх, – сказала я с долей сарказма, – а мне это так понравилось!

– Ого! – откликнулся Джереми. – О чем еще Ролло говорил по телефону?

– Я тебе рассказала все. Его дружки в Антибе все испортили, а тот, с кем говорил Ролло, должен сделать свое дело, то есть отдать подделку. Спорю, что совсем скоро они встретятся. И их сделка определенно не состоится.

– Ты говоришь как полицейский, – заметил Джереми.

– Надеюсь, это комплимент, – ответила я.

В темноте ночи граница выглядела мрачно и устрашающе. Таможенные будки, похожие ночью на призрачный город, все еще стояли на местах. Проезжая мимо, я почувствовала какую-то вину за собой. По крайней мере мне казалось, будто я пробираюсь тайком, нарушая закон. Хотя краденое произведение искусства было совсем не у меня.

Первым признаком того, что мы доехали до итальянского города, была ужасная пробка из-за какого-то музыкального фестиваля. Сотни машин еле ползли по дороге, а мотоциклы, подобно надоедливым пчелам, кружили вокруг, обгоняя справа и слева. Я видела, как Ролло махал от негодования руками. Наконец мы выехали из этого городка на шоссе. Я думала, мы наберем скорость и наблюдать за машиной Ролло станет сложнее, но у него возникли несколько иные проблемы. Он поехал на автозаправку, и мы припарковались там, где останавливаются семьи, чтобы отдохнуть от утомительного путешествия.

Заправка оказалась с самообслуживанием, и, судя по недовольному лицу Ролло, он находил это занятие неприятным и трудоемким. Прямо на моих глазах Ролло натянул перчатки.

– Господи! – У меня перехватило дыхание. – Так это он тогда в квартире схватил меня.

Не отводя взгляда, мы смотрели, как Ролло заправляет машину. Закончив процедуру, он снял перчатки, бросил их в машину и подъехал прямо к двери, куда заботливые папочки сопровождали своих уставших сынишек. Ролло остановился в нескольких ярдах от нас. Мы просто застыли.

– Неужели он сейчас отправится по нужде? – удивилась я.

– Ты просто не видела, сколько джина он выпил, – пробормотал Джереми.

Мы наблюдали, как Ролло, так и не заметив нас, захлопнул дверцу машины и направился в туалет.

Ремень безопасности случайно попал в дверной проем, так что хотя дверь и закрылась, она не захлопнулась, и Ролло этого не заметил. Но я-то заметила!

– Дверца не захлопнулась! – чуть ли не прокричала я. – Вот он, наш последний шанс.

– Я это сделаю, – сказал Джереми.

– Ты выглядишь слишком подозрительно, – заспорила я.

– А ты разве нет? Все тут же уставятся на тебя в этом платье, – стоял на своем Джереми.

Мы практически устроили потасовку в машине, но на дело все же отправился Джереми. Должна признаться – он выглядел как настоящий агент. Поражаюсь его нервам. Он подошел к машине Ролло, будто это была его собственная, легким движением открыл дверцу и достал сверток, который лежал на пассажирском сиденье, прикрытый одеялом. Затем медленно вернулся обратно и бросил сверток мне на колени. Все так просто, будто он отыграл давно знакомую пьесу.

Мне было страшно оглянуться назад. Чем бы там Ролло ни занимался, я надеялась, что он задержится подольше. Джереми абсолютно спокойно посмотрел в зеркало заднего вида и сказал, что Ролло еще не вышел. Мы незамедлительно поехали по направлению к шоссе.

– Север или юг? – спросил Джереми, когда мы доехали до шоссе и настало время выбирать направление.

– На запад, – сказала я.

У меня уже была идея в голове, потому что я передумала о многом, с тех пор как Эрик в шутку предложил мне начать подделывать шедевры, если вдруг моя карьера рухнет.

– Смотри на указатели, мы направляемся в Геную, – объяснила я. – Я знаю там одного человека, он сможет установить подлинность картины.

– Спешу заметить, что нам следовало бы сделать это во Франции, – предупредил Джереми, – и к тому же нужно увезти картину обратно. То есть во Францию.

– Это ведь не мы перевезли ее через границу, – сказала я. – И ты прекрасно знаешь, что если мы привезем ее обратно, нас отдадут на милость французского суда и, возможно, свяжут руки на очень долгое время. А я все же хочу узнать, чего стоит эта вещь.

Глава 31

Не помню даже, сколько мы ехали, но это время показалось мне вечностью. К рассвету сил вести машину больше не было, и нам пришлось остановиться в первом попавшемся месте, где мы могли отдохнуть инкогнито.

В Италии, в любом месте, где бы ты ни остановился заправиться, хозяева обязательно предложат тебе не только кусок хлеба с кофе или с молоком, но и что-либо посущественнее.

Выпив горячего кофе и проглотив булочку, я сразу же уснула, положив голову на плечо Джереми, и проснулась от его сопения. Его щека покоилась на моей макушке. Теплое золотое солнце уже светило сквозь завесу облаков. Проснувшись, я ненароком разбудила и Джереми.

– Что случилось? – сонно пробормотал он, готовый тут же сорваться с места.

Телефон Джереми зазвонил, и мы оба подскочили на сиденьях.

– Да? – осторожно спросил он, но тут же более спокойным голосом продолжил: – Да, как Денби? – Беззвучно, одними губами, он дал мне знать, что это жена Денби. – Хорошо. Где это? – серьезно спросил он. – Понятно. Поблагодарите его. Надеюсь, завтра он будет чувствовать себя лучше. Всего хорошего.

Джереми повернулся ко мне.

– Денби попросил жену позвонить нам прямо сейчас, чтобы кое-что сообщить. Когда он занимался ремонтом машины, к нему подъехала девушка из деревни и сказала, что когда-то помогала бабушке Пенелопе с домашней работой и была с ней в тот день, когда та умерла. Тогда бабушка Пенелопа дала ей денег купить кое-какие продукты и попросила отправить письмо в мою фирму. Но у девушки заболела бабушка, и она бегала за доктором, поэтому напрочь забыла отправить письмо. Около кухни стояла скамейка, где девушка хранила бумаги и всякую утварь. Там она оставила и письмо. Денби пообещал отдать его нам. Так вот, незадолго до аварии Денби положил его в бардачок моей машины. Посмотри, Пенни, оно адресовано нам обоим.