Джейми Макгуайр - Прекрасная катастрофа

Я подбежала к мужчине и выхватила фотографию из его рук.

— Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

Толпа рассеялась, входя в дом, а Шепли с Америкой стали по обе стороны от меня. Тревис обхватил меня за плечи.

Мик посмотрел на мое платье и щелкнул языком в неодобрении.

— Ну, ну, Печенюшка. Ты можешь увезти девушку из Вегаса…

— Заткнись. Заткнись, Мик. Просто повернись, — я указала за его спину. — и иди туда откуда пришел. Я не хочу тебя здесь видеть.

— Я не могу, Печенюшка. Мне нужна твоя помощь.

— Что еще нового? — усмехнулась Америка.

Мик прищурился, глядя на Америку, а затем посмотрел на меня.

— Ты выглядишь ужасно симпатичной. Ты выросла. Я бы не узнал тебя на улице.

Я вздохнула, раздраженная бестолковостью нашего разговора.

— Чего ты хочешь?

Он поднял руки вверх и пожал плечами.

— Похоже, я попал в небольшую передрягу, детка. Старику-отцу нужны деньги.

Я закрыла глаза.

— Сколько?

— Я отлично справлялся. Правда. Мне просто понадобилось одолжить немного, чтобы продолжить игру, и…ну, ты знаешь.

— Я знаю. — отрезала я. — Сколько тебе нужно?

— Двадцать пять.

— Вот дерьмо, Мик, двадцать пять сотен? Если ты уберешь свою задницу отсюда…Я дам их тебе прямо сейчас. — сказал Тревис, доставая бумажник.

— Он имеет ввиду двадцать пять тысяч, — сказала я, глядя на своего отца.

Глаза Мика сканировали Тревиса.

— Кто этот клоун?

Брови Тревиса взлетели, он перевел взгляд со своего бумажника и я почувствовала давление на спину, но он сдержался.

— Теперь я понимаю, почему такой умный парень как ты, обращается к своей дочери-подростку, чтобы та дала ему денег.

Прежде, чем Мик смог что-то сказать, я вытащила мобильный телефон.

— Кому ты должен на этот раз, Мик?

Мик почесал свои жирные седые волосы.

— Ну, это смешная история, Печенька…

— Кому? — закричала я.

— Бенни.

Мой рот открылся, и я сделала шаг назад к Тревису.

— Бенни? Ты должен Бенни? Что, черт возьми, ты…

Я вздохнула, это было бессмысленно.

— У меня нет таких денег, Мик.

Он улыбнулся.

— Что-то мне подсказывает, что это не так.

— Нет, это так! Ты действительно влип на этот раз, не так ли? Я так и знала, что ты не остановишься, пока сам не накликаешь на себя смерть!

Он переступил с ноги на ногу и самодовольная улыбка исчезла с его лица.

— Сколько у тебя есть?

Я сжала челюсть.

— Одиннадцать тысяч. Я копила на машину.

Америка бросила на меня взгляд.

— Откуда у тебя одиннадцать тысяч долларов, Эбби?

— Бои Тревиса. — сказала я, глядя в глаза Мику. Тревис взял меня за плечи, чтобы посмотреть в лицо.

— Ты заработала одиннадцать тысяч на моих драках? Когда ты делала ставки?

— Мы с Адамом пришли к общему пониманию. — сказала я, равнодушная к удивлению Тревиса.

Глаза Мика резко оживились.

— Ты можешь удвоить эту сумму за неделю, Печенюшка. Ты можешь достать мне двадцать пять тысяч к воскресению, и Бенни не пошлет за мной своих головорезов.

У меня пересохло в горле.

— Я останусь без ничего, Мик. Мне надо платить за учебу.

— О, ты можешь заново заработать их в мгновение ока. — сказал он, беспечно махая рукой.

— Когда крайний срок? — спросила я.

— Утро понедельника. Вернее, в полночь. — непримиримо сказал он.

— Ты не должна ему и ебанной копейки, Пташка. — вставил Тревис, дергая меня за руку. Мик схватил мое запястье.

— Это самое малое, что ты можешь сделать! Я бы не был в этом дерьме, если бы не ты!

Америка ударила его по руке и оттолкнула.

— Даже не смей снова начинать пороть эту фигню, Мик! Она не заставляла тебя одалживать денег у Бенни!

Мик посмотрел на меня с ненавистью в глазах.

— Если бы не она, у меня были бы свои деньги. Ты забрала у меня все, Эбби. У меня ничего нет!

Я думала, что жизнь без Мика уменьшит ту боль, что шла вместе со статусом его дочери, но слезы, текущие из моих глаз, подтверждали иное.

— Я достану тебе деньги для Бенни к воскресению. Но после, я хочу, чтобы ты оставил меня в покое, черт возьми. Больше этого не повторится, Мик. С этого момента, ты сам по себе, слышишь? Держись.

Подальше.

Он сжал губы и кивнул.

— Пусть будет по-твоему, Печенюшка.

Я повернулась и направилась к машине, услышав голос Америки позади себя.

— Собирайте свои вещи, ребятишки. Мы едем в Вегас.

Глава 15. Грехопадение

Тревис поставил наши сумки и оглядел комнату.

— Мило, да?

Я взглянула на него, и он приподнял брови.

— Что?

Я расстегнула молнию на чемодане и покачала головой. Различные стратегии и мысли о нехватке времени переполняли мою голову.

— Это не каникулы. Тебя не должно быть здесь, Тревис.

В следующий момент он оказался позади меня и обхватил за талию.

— Я иду туда, куда и ты.

Я положила ему голову на грудь и вздохнула.

— Мне нужно спуститься вниз. Ты можешь остаться здесь или прогуляться по Стрипу. Увидимся позже, ладно?

— Я пойду с тобой.

— Я не хочу, чтобы ты был там, Трэв.

Выражение обиды отразилось на его лице, и я коснулась руки Тревиса.

— Если я собираюсь выиграть четырнадцать тысяч долларов за одни выходные, то должна сконцентрироваться. Мне не нравится та, кем я стану, когда буду сидеть за теми столами, поэтому не хочу, чтобы ты видел это, хорошо?

Он убрал волосы с моих глаз и поцеловал в щеку.

— Хорошо, Пташ.

Выходя из комнаты, Тревис помахал рукой Америке, которая приблизилась ко мне в том же самом платье, в котором она была на вечере свиданий. Я переоделась в короткое золотистое платье и надела туфли, кривляясь перед зеркалом. Америка убрала назад мои волосы и затем протянула мне черный тюбик.

— Тебе нужно около пяти слоев туши, и если не нанесешь румяна, они тут же проверят твое удостоверение личности. Забыла, как играть в эту игру?

Я выхватила у нее из руки тушь и следующие десять минут потратила на макияж. Когда я закончила, то мои глаза заблестели.

— Черт возьми, Эбби, не плачь, — я подняла взгляд и промокнула салфеткой под глазами.

— Тебе не нужно этого делать, Эбби. Ты ничего ему не должна, — сказала Америка, беря меня за плечи, когда я покрутилась перед зеркалом в последний раз.

— Он должен деньги Бенни, Мер. Если я не сделаю этого, то они убьют его.

У нее на лице читалось сожаление. Мне часто приходилось у нее этот взгляд раньше, но в этот раз, она была в отчаянии. Она видела, как он разрушал мою жизнь больше раз, чем мы могли сосчитать.