Филлис Уитни - Тайна «Силверхилла»

Войдя в столовую, я убедилась, что бабушка Джулия вышла к обеду. Она опять была в своем длинном темно-красном платье, в ушах у нее были рубиновые серьги, а на правой руке ярко сверкал рубиновый перстень. На левой руке, как всегда, были бриллиантовые кольца – подарок Диа. Она была спокойна, элегантна и исполнена холодного самообладания, как если бы на протяжении дня ей не пришлось решать трудные проблемы. По сути дела, у нее был вид женщины, одержавшей верх над всеми трудностями, и уже одно это начало вызывать у меня растущую тревогу.

Не успели мы усесться за стол, как в комнату вошел Элден Салуэй. Бабушка, по всей видимости, посылала за ним, потому что он смыл с рук грязь, пригладил свои светлые волосы мокрой расческой, а потому имел более презентабельный вид, чем обычно.

– Элден пришел, миссис Джулия, – сказала Кейт, появившись чуть впереди него с подносом, на котором стояли чашки с холодным бульоном консоме.

Элден подошел к торцовой части стола и остановился возле бабушкиного кресла, окинув каждого из нас по очереди дерзким взглядом. Я знала, что Джеральд и тетя Нина терпеть его не могут, но бабушку как будто не трогала его неотесанность, которую она считала типичной чертой жителей Новой Англии.

– Элден, – сказала бабушка, – я хочу, чтобы вы проследили за машиной доктора Мартина. Я хочу знать, когда он появится. Он уходил рассерженный и поэтому может попытаться проскользнуть мимо моей двери, не заходя ко мне. Пожалуйста, передайте ему, что я хочу немедленно его видеть.

– Я передам, – сказал Элден, и в голосе его послышалось нескрываемое удовольствие, которое мне не понравилось. Он прямо-таки купался в семейных неурядицах.

Когда он повернулся, чтобы уйти, бабушка его остановила.

– Пожалуйста, подождите секунду. И ты тоже, Кейт. Поставь эти чашки на буфет и выслушай меня. Я хочу, чтобы вы оба выслушали, что я имею вам сообщить. – На какое-то мгновение ее лиловато-голубые глаза задержались на мне, но потом она перевела взгляд. – Уэйн позвонил мне сегодня днем и сообщил, что он предварительно договорился насчет места для Арвиллы в Шелби. Там есть лечебница, где согласны ее принять, пока мы не переведем ее в более подходящее заведение. Само собой разумеется, ей должен быть обеспечен надлежащий медицинский уход, и об этом я позабочусь. Уэйн отвезет ее в город послезавтра.

Ее слова были встречены удивленным молчанием. Я пришла в такой ужас, так была потрясена этим окончательным предательством Уэйна в отношении тети Фрици, что у меня словно язык отнялся. Наверное, никто из присутствующих за столом не ожидал, что бабушка Джулия предпримет столь оперативные действия. Кейт издала какие-то горестные восклицания, которые тут же и подавила, а тетя Нина начала вертеть в руках ложку, кивая в знак одобрения. Но Джеральд уже недовольно затряс головой.

– Послезавтра может оказаться недостаточно скоро, – заявил он. – Если Фрици учует, что ее ждет, один Бог знает, что она может натворить.

– Я думаю, с этим мы справимся, – сказала бабушка. – Хорошо, Элден…

– А как насчет птиц? – спросил он.

– Пока что вы с Крисом, без сомнения, сможете о них позаботиться, – сказала бабушка. – Нет, не надо спорить. Я не собираюсь сразу же что-то такое с ними сделать. Я знаю, как вы относитесь к оранжерее, но сначала мне надо посмотреть, что получится из этой договоренности насчет Арвиллы. Ведь не совсем же, я же, в конце концов, бессердечная!

– А по-моему, так совсем! – вскричала я, и звук моего голоса удивил всех, включая и меня самое. Я бесшабашно продолжила свою мысль: – Я считаю, что вы совершаете ужасающую жестокость. Не могу понять, как может на это согласиться Уэйн Мартин. У тети Фрици нет никакой болезни, которую нельзя было бы вылечить или облегчить, прояви к ней чуточку доброты и сочувствия.

Джеральд рассмеялся неприятным смехом, а Элден язвительно усмехнулся. Только лицо Кейт говорило мне, что она на моей стороне, на стороне тети Фрици, хотя, конечно, она никогда не скажет каких-либо вразумительных слов на этот счет.

– Ты пробыла с нами двое суток, Малинда, и ты, по-видимому, успела узнать про нас решительно все, – сказала бабушка. – Пожалуйста, продолжай.

Я почувствовала, что краснею, но я обязана была вступиться за Фрици, которая сама за себя постоять не могла.

– Что бы кто-либо из вас ни думал, я не верю, что она убила канарейку или положила ее мне на подушку. Я не знаю, кто из вас совершил эту подлость, но только не тетя Фрици!

В комнате опять наступило странное, напряженное молчание. Все они смотрели на меня с таким видом, как будто это я была сумасшедшая, ну просто совсем, окончательно рехнулась. Запинаясь, я продолжала:

– Она начинает отчетливо вспоминать прошлое – она сама мне об этом сказала во время ланча. Может, в этом-то все и дело. Может, вы не хотите дать ей время все как следует вспомнить?

Кто-то, не знаю кто именно, сделал глубокий вдох и выдох. Я смотрела на бабушку и с удивлением увидела, что она улыбается, словно бы с каким-то добрым сочувствием, хотя я знала: сочувствие было ей совершенно чуждо.

– Интересно, что у тебя создалось такое впечатление, – заметила она. – Чрезвычайно интересно.

Ее слова встревожили меня больше, чем если бы она обрушилась на меня с бранью или выгнала вон из комнаты. Она явно что-то замышляла, а когда Джулия Горэм что-то втайне замышляла, кто-то обязательно должен был от этого пострадать.

Мне не пришлось долго гадать.

– Твоя позиция весьма интересна, – продолжала она, – так как я решила изменить свое завещание. Я – старая женщина, и мне надо прямо смотреть в лицо фактам: Джеральд, по всей вероятности, никогда не женится, и линия нашего рода на нем кончится – некому будет дальше передать Силверхилл. Между тем ты, Малинда, наверняка выйдешь замуж и будешь иметь детей. Через тебя наш род будет продолжен, и все, что мы с Диа создали, перейдет к твоим потомкам.

Тетя Нина тихонько вскрикнула сдавленным голосом. Джеральд ничего не сказал, хотя лицо у него побелело.

– Это нелепо… – начала я, но бабушка Джулия сразу же меня перебила. Она оглядывала сидящих за столом с таким видом, будто происходящее доставляет ей истинное удовольствие.

– Тебе нечего будет сказать по этому поводу, Малинда. Я позабочусь о том, чтобы в формулировки завещания были внесены необходимые ограничения, которые не позволили бы тебе безответственно, по собственному капризу распорядиться чем бы то ни было.

– Но я не хочу ничего этого! – запротестовала я. – Я не позволю, чтобы…

– Тебе придется позволить, – сказала бабушка Джулия. – И, разумеется, все мы знаем, что ты придешь в себя после того, как у тебя будет время хорошенько все обдумать. В ближайшие дни все будет устроено так, как я хочу. Разве что Джеральд изменит свое решение насчет того, о чем я его просила.