Новая жизнь для Лизы - Аврора Давыдова

Лиза.

Мотька плохо засыпал, не знаю, чем мог перевозбудиться, но на дневной сон, мы уходили вместе, он у меня под бочком, прилип к своей любимой сиси. Молока там совсем мало. Но сам процесс ему нравится. Весь в папу, любитель женской груди. Меня аж передёрнуло, от воспоминаний. Я даже прикрыла личико Мотьки, как будто, он мог увидеть мои мысли. Телефон завибрировал, присылая мне очередное сообщение от Янки.

«Он, может, идиот и грубиян, но он любит тебя, Лиз».

Ага, как же любит. Если любит, почему прогнал, почему не пустил в свою жизнь. И почему, если любит, продолжает встречаться с Никой.

«Ты и сама говорила, что жить в Испании не особо и хочешь. Ты хотела работать, там тебе предстоит снова учиться, здесь сможешь выйти на работу хоть сейчас, хоть после декрета. Демьян всё утроит. Только попроси».

Не хочу я у него ничего просить. Жила себе спокойно, жила, тут на тебе явился. Год он не вспоминал обо мне, что теперь изменилось. Янка уверяет, что до приезда он о Матвейке не знал. Да и по лицу было видно, что не знал. Тогда зачем приехал. Я себя по кусочкам собрала, одна, сама. Мне так плохо было, так больно. Я трех человек убила, я его спасала, а он так со мной. Прогнал, как собаку. Нет, даже не так, не прогнал, сделала вид, что ничего не было, как мимолётный фрагмент его насыщенной жизни. Ну, была и была, там какая-то Лиза. Как грязную салфетку, хуже, как презерватив использованный, кончил и забыл.

Матвейка закуксился и разревелся. Ну, вот и сорока минут не проспал. Чтоб тебя, Медведь, это ты во всём виноват. Чтобы сегодня даже не появлялся у меня.

Он и не появился до следующего утра. Когда я с медвежонком спустилась на завтрак, большой Медведь как часовой караулил нас.

- Доброе утро, Лиза. – проговорил мужчина, макая чуррос в сладкий соус. – Я уже уговариваю Фелипу поехать с нами в Россию. Вкуснее, я ещё ничего не ел. Меня, кстати, на обед к вам пригласили.

Я метнула в него недовольный взгляд, но промолчала.

- Давай мне сына. – протянул руки Медведь.

- У него имя есть, Матвей. – я видела, как немного сморщился Демьян, всё никак не мог привыкнуть к тому что я назвала ребёнка в честь покойного мужа.

- Дай мне Матвея. – почти скрепя зубами произнёс наш папашка. И я протянула ему ребёнка.

Всё ещё неловко, не зная, как посадить или приложить, большой мужчина, бережно держал малыша. Не выдержав, помогла Демьяну правильно перехватить ребёнка и занялась его кашей.

- Ты ещё не думала, какие вещи будешь брать, сколько. Надеюсь, нам не придётся заказывать контейнер. Всё необходимое можно купить и в России.

- Я, кажется, не давала своего согласия на переезд. – глянула на Фелипу, та спешно ретировалась с кухни. – Прекрати здесь командовать, мной командовать прекрати.

- Я не командую, я исправляю несправедливость. – он плотнее прижал к себе Мотьку, тот недовольно закряхтел. – Ты должна мне, малышка, и не только мне, но и нашему сыну. Упущенные возможности.

- Упущенные возможности - это отнимать у своего сына возможность учиться в европейской стране.

- Ему до универа, как отсюда до Москвы пешком.

- Есть детские сады, школы, не знал?!

- Я ходил в обычную школу и ничего, как-то вырос человеком.

- Оно и видно!

Я кричала? Я повысила голос, вон даже Мотька вздрогнул. Господи, до чего довёл меня Медведь, если я напугала собственного ребёнка. Демьян прикрывал сыну ушко, шепча что-то про психованную и неадекватную мать.

Все наши беседы заканчивались одинаково: повышением голоса, спорами, разногласьями. Я начала уставать от Медведя в моем доме и в моей жизни, считала дни до того момента, когда он свалит на родину. И вот однажды он исчез, спустившись к завтраку и не обнаружив его на кухне, я злорадно улыбнулась. Но он так и не появился, ни после завтрака, ни после обеда, ни после дневного сна и даже вечером. Наутро всё снова повторилось, мужчины не было. Что с ним могло случиться? Он же со своим характером и в полицейский участок мог загреметь. Это была первая мысль, а вот следующая острой иглой больно кольнула сердце. Медведь здесь уже неделю, и без секса, а я-то знаю, как он любит секс. Мужчина ушёл в загул, это очевидно. Загулял на два дня. Не мог так долго, может, вернулся домой и не предупредил. Хотя Янка писала так, как будто он ещё в Испании. Устав себя накручивать, решила, если к вечеру он не объявится, спрошу напрямую у Янки, где её брат.

Матвейка, чувствуя моё состояние, капризничал весь день. Мне нечеловеческими усилиями удалось уложить его на ночь пораньше. Спустилась вниз, прибрать игрушки, выпить успокоительного чая и решиться набрать подруге. В дверь послышался тихий стук, напугав меня до чёртиков. На пороге стоял Демьян с сумкой в руках.

Волна спокойствия и трепета нахлынула на меня вместе с любимым запахом, заполняя не только мои легкие, но и гостиную. Он здесь, рядом, пришёл, живой и здоровый. А потом за ней всколыхнулась злость, за его отсутствие, за мои потраченные нервы. Я вдруг подумала. Так будет всегда, останься я с ним тогда, так бы было всегда. Он бы уходил, пропадал, я бы волновалась, не знала живой ли, здоровый, думала, нервничала. Мне хватило этого с лихвой, здесь на другом краю света мне было спокойней.

- Матвейка уже спит? – буднично спросил Демьян, назвав сына по имени, и даже не поморщился.

- Да, много капризничал, улёгся пораньше. – приглашая его присесть отвечала я.

- Жаль, конечно, ну да ладно. Не в последний раз. – он сел в кресло, я на диван напротив, то и дело поглядывая на его сумку. Он к нам насовсем?

- Тебя не было два дня. – решила начать первая, когда наше молчание в купе с гляделками затянулось.

- Знаю. Первый день я решил дать тебе время поостыть. Сегодня случились непредвиденные дела. Я улетаю, Лиза, мне нужно быть в аэропорту через час. – так вот зачем сумка. – Пришёл попрощаться. Жаль, не успел потискать медвежонка. – Демьян впервые назвал сына прозвищем, которое я ему дала. Я сделала это неосознанно, он был так похож