Бумеранги. Часть 2 - Варвара Оськина

Наши дни

Вашингтон, округ Колумбия

Ноябрь

4 и 3 день до президентских выборов

Для Джил, которая была одета в одни лишь рубашку и джинсы, в машине скорой помощи было чертовски холодно. Но она так торопилась, что, как была босиком, заскочила следом за погромыхивающей каталкой с лежавшей на ней маленькой девочкой и проигнорировала вопросы парамедиков о своём состоянии.

Их вытащили из коридора спустя полтора часа, когда едкий дым от догорающей крыши уже вовсю заполнил узкий проход и примыкавшие к нему кабинеты. Стараясь держаться за источник хоть какого-нибудь свежего воздуха, Джиллиан переползала всё ближе к краю, пока не очутилась у зиявшей проёмом стены. Внизу полыхали остатки детской площадки.

Ребёнок на руках приходил в себя медленно. Девочка растерянно хлопала глазами, пока Джил осторожно разминала заледеневшие ноги. Порез на ступне уже не кровоточил, но, вероятнее, это случилось из-за грядущего переохлаждения, нежели из-за вовремя свернувшейся крови. И когда она ощутила под ногами холодные полы отделения неотложной помощи, то лишь пожала плечами и двинулась следом за вновь деловито загромыхавшей каталкой.

Всех пострадавших разместили в ближайшей больнице – так сегодня здесь было людно. Сновали медсёстры, где-то ругались или тихо разговаривали между собой родственники пострадавших. То и дело слышались детский плач и лязг каталок, писк аппаратуры и рутинные разговоры коллег.

Спасённую девочку звали Сью, и та оказалась на редкость смышлёной молодой леди. Только очутившись в больнице, она немного шепеляво проинформировала Джил, что надо позвонить её маме. Передних зубов пока катастрофически недоставало, но хладнокровия и сообразительности у этой пигалицы хватило бы на целый Сенат.

– Мама напишет про это статью, – рассудительно произнесла Сью, вложив в слова всю накопленную за восемь лет серьёзность. – Это вопиющее событие, которое просто обязано быть освещено для простых граждан страны.

Джиллиан удивлённо моргнула и машинально погладила поморщившегося ребёнка, которому как раз ставили катетер для капельницы. Сломанная нога, вывих плеча и сильный ушиб головы. Учитывая то, где находилось рабочее место Сью, та отделалась лишь лёгким испугом. Однако набор слов и правильность формулировки заставили Джил задуматься и аккуратно спросить:

– А… где работает твоя мама?

– «The Hill», – серьёзно откликнулась Сью, скривила от боли грязное личико, где светлели высохшие дорожки слёз, а затем процитировала: – Честно обозревает деятельность жуликов и простофиль, что имеют наглость называть себя правительством.

Джиллиан прикрыла глаза и мысленно застонала, попытавшись понять, за какие такие грехи всё пошло наперекосяк. Чёрт побери, это же надо было так вляпаться? Спасти не обычного малыша, а дочь одного из работников самой циничной газеты. Того самого издания, где с удовольствием и без разбора перемывали кости каждому, кому не повезло попасть под прицел их остро заточенных перьев. О господи…

Никогда раньше она не причисляла себя к альтруистам, что неслись спасать всех юродивых. Это всегда была позиция Бена. Но Джиллиан уже видела скандальные заголовки и своё лицо на передовицах: «Главная стерва Холма взрывает школы ради пиара!» Захотелось очень крепко выругаться, но она сдержалась. От прошлого не сбежать, как бы ни хотелось. Так что, если раньше у мужа не хватало причин для развода, то сегодняшняя эскапада вполне для этого подходила. Чаша его терпения велика, но не безгранична. А потому, длинно выдохнув, Джил изобразила улыбку и отвернулась. Увы, но «дерь» случается…

– Ясно, – наконец произнесла она, а сама понадеялась убраться до того, как сюда нагрянут полчища журналистов. Однако и бросить ребёнка Джил не могла.

Выглянув из-за стандартных жалюзи, что разделяли между собой койки, она быстро определила, как обстоят дела у остальных её подопечных. Спасённые из того класса дети тоже были здесь. Некоторых из них забрали домой, оставшиеся же собрались в небольшую кучку и теперь перешёптывались, то и дело бросая в её сторону странные взгляды.

– Джил? – с тревогой окликнула Сью, и она обернулась.

Из-за большого числа пострадавших персонала отчаянно не хватало и приходилось подолгу ждать своей очереди. Но когда та доходила, всё случалось почти одновременно. Словно стайка райских пташек, сёстры налетали на пациента и окружали плотной стеной из пёстрых костюмов с мультяшными персонажами. Через пару минут они рассыпались в стороны, но бедняга уже был увешан капельницами и датчиками. Вот сейчас, к примеру, каталку Сью собирались куда-то везти три врача, которых Джил окрестила: Скрудж Макдак, Винни-пух и Дамбо. Различать работников больницы по костюмам оказалось проще, чем запоминать бесчисленные имена.

– Мы забираем её на рентген, – проговорил Дамбо, который даже внешне походил на слонёнка, едва не повесив на плечи свои большие уши. Его мочки мило просвечивали на фоне ярких больничных ламп.

– Я могу пойти с ней? – поинтересовалась Джиллиан, стоило ей поймать испуганный взгляд Сью. Дети всегда оставались детьми независимо от того, сколько умных словечек они уже успели подцепить от своих взрослых.

– Боюсь, нет, мэм. Вы не родственник и даже не законный представитель. Ваше нахождение здесь уже прецедент. – Скрудж Макдак виновато улыбнулась и внимательно оглядела весьма грязную Джиллиан. Без обуви, в испачканной пылью и осевшей сажей одежде, вторая леди страны наверняка смотрелась довольно жалко. – Вам тоже нужна помощь.

– Свою прививку от столбняка я уже получила, – отмахнулась Джиллиан и взяла за руку потянувшуюся к ней Сью. Но Скрудж отрицательно покачала головой. Ясно… Наклонившись к пахнувшим гарью и жжёной резиной волосам, Джил мягко провела по голове девочки, убрала лезшие в глаза прядки и ласково прошептала: – Мне туда нельзя, но я буду ждать тебя здесь. Хорошо? Там будет лишь немножко страшно и совсем не больно. А когда ты вернёшься, скорее всего, уже приедет твоя мама…

Она собиралась сказать что-то ещё, но в этот момент в кармане настойчиво завибрировал телефон, а каталка дрогнула и отправилась в путь по бесшумным коридорам больницы. Выудив трепещущее от новостей устройство, Джиллиан с удивлением посмотрела на высветившееся имя. И лишь в глубине души мелькнула та самая разъедающая досада, что оно оказалось не тем.

– Ты потеряла всякую осторожность, Энн? – с лёгкой улыбкой спросила она, огляделась по сторонам и прислонилась плечом к светлой стене. – Я всё ещё фигура нон грата в вашей конторе.

– Пока ты не провернула очередную авантюру всегалактического масштаба, единолично возглавив Сенат, у Бюро нет к тебе претензий, – последовал ехидный ответ, но следующие слова вышли на удивление серьёзными. – Я звоню, потому что считаю – тебе нужно знать.

Джиллиан нахмурилась и опустилась прямо на пол за неимением здесь хоть каких-нибудь стульев. Мимо простучала колёсами тележка с лекарствами и просеменила вереница чьих-то родственников, со стороны центрального входа донёсся многоголосый гомон. Джил вздохнула.

– Не уверена, что переживу очередные вести. В последнее время их то слишком мало, то слишком много. Будто я живу в чумной карусели.

– Тогда готовь траурный костюм, – зло хохотнула Энн. В трубке послышались помехи