Прорыв - Кайли Кент

class="p1">― Почему вы здесь? ― одновременно спрашивают Алия и Чарли.

― Нам нужно идти. Семейные проблемы, ― говорит один из них. Чарли тут же встает и подхватывает свою сумку.

― Подожди… Что ты имеешь в виду? Что происходит? ― спрашивает Алия.

― И ты тоже. Пойдем, ― говорит ей парень. Алия роется в своей сумке.

― Что случилось? ― спрашиваю я.

― Мой телефон, мне нужен мой телефон, ― говорит она и наконец находит его. Она нажимает несколько кнопок и подносит телефон к уху. ― Грей, что происходит? ― Я не слышу, что говорит ее брат, но глаза Алии расширяются, когда она смотрит на меня. ― Да, он со мной. ― Через несколько секунд она завершает звонок и встает. ― Нам нужно ехать в дом моего отца, ― говорит мне Алия. Паника исчезает из ее голоса, и Алия становится какой-то безэмоциональной. Такого я еще не видел.

Я встаю со стула, потому что без меня она никуда не пойдет, и, честно говоря, она меня сейчас просто пугает, а потом протягиваю руку.

― Пойдем, я тебя провожу.

Четверо мужчин шагают перед нами.

― Лиам, это братья Чарли. Не обращай на них внимания, ― говорит Алия.

― У нас четыре машины, они поедут с вами ― две спереди и две сзади. Не пытайтесь уйти от нас, ― говорит один из братьев, после чего все они поворачиваются и уходят, зажав Чарли между собой.

Как только мы оказываемся в машине, я беру Алию за руку. Если я этого не сделаю, боюсь, она отгрызет себе весь ноготь.

― Что происходит? ― спрашиваю я.

― Мне очень жаль. Я не должна была позволять тебе связываться со мной. Но ты настойчив, и теперь мне приходится тащить тебя за собой, ― говорит она.

― Что бы ни происходило, все будет хорошо. И ты можешь протащить меня через преисподнюю, я все равно всегда буду с тобой, ― говорю я ей.

― Сегодня ночью взорвали несколько складов. Это прямое нападение на мою семью и семью Чарли, и пока они не определят угрозу и не устранят ее, нас будут держать под замком, ― говорит она.

Я смотрю на нее.

― Как часто с вами такое случается?

― Несколько раз за последние годы. Обычно все очень быстро разрешается, ― говорит она. ― С другой стороны, именно Грей настоял на том, чтобы я привезла тебя. Он сказал, что, поскольку все знают, что мы встречаемся, ты тоже можешь стать мишенью. ― Она улыбается.

― Ты рада, что я стану мишенью в мафиозной войне в стиле Крестного отца? ― спрашиваю я.

― Нет, и моя семья ― не мафия. Я счастлива, что ты нравишься моему брату настолько, что он настоял, чтобы ты поехал со мной. Он хотел быть уверенным, что ты под защитой.

― Твоя семья ― гребаная мафия, Алия, и твоему брату нравишься ты, а не я.

― Может быть, но мы не используем слово ― мафия.

― А что же вы тогда используете? ― спрашиваю я. Тема того, чем занимается ее семья, ― это не то, что мы когда-либо обсуждали.

― Бизнес. ― Она пожимает плечами.

― Бизнес. ― Я смеюсь, потому что как я могу не смеяться? Эта ситуация абсурдна. Мы живем не в сериале «Сопрано». Я следую указаниям GPS и еду по адресу, который вбила Алия. Я никогда раньше не был в доме ее отца — не могу сказать, что это именно та ситуация, при которой я хотел бы быть приглашенным, но что есть, то есть.

― Мне очень жаль, ― снова извиняется она.

― Тебе не за что извиняться.

― Ты можешь пострадать из-за меня, ― говорит она.

― Детка, я хоккеист. Получать травмы ― это моя работа. ― Я ухмыляюсь.

― Это не одно и то же. ― Она вздыхает.

― Я знаю. Но ты ничего не можешь поделать со своей семьей, как и я. ― Я до сих пор не поговорил с матерью. Честно говоря, то, как она обошлась с Алией в Нью-Йорке, бесит меня больше, чем тот факт, что она переспала с моим гребаным тренером.

Мэтти звонит без остановки, пытаясь стать миротворцем. Он хочет, чтобы Рождество мы провели вместе. Я сказал ему, что он может провести праздники у меня, но я ни за что не поеду домой. Алия в любом случае гораздо ближе к своей семье. Нам разумнее остаться здесь. Не то чтобы мы обсуждали планы на праздники. На данный момент я просто предполагаю. Ведь всем известно, куда эта девушка, туда и я.

Я подъезжаю к огромным воротам. Въезд преграждают трое мужчин. Увидев нас, они отходят в сторону, и ворота открываются. У меня отпадает челюсть, когда я подъезжаю к дому.

― Это здесь ты выросла? ― спрашиваю я.

― Да. Поверь мне, дом может выглядеть большим и красивым, но чаще всего то, что происходит внутри, ― не то, чем кажется.

Заглушив машину, я смотрю на нее.

― Тебя не беспокоит то, что ты здесь?

― Немного. У меня есть и хорошие воспоминания. Но иногда плохие берут верх и возвращают меня в прошлое. Например, если я прохожу мимо шкафа, в котором она меня запирала, или что-то в этом роде.

― Она запирала тебя в гребаных шкафах? ― рычу я.

― Да.

― Как, блядь, никто не знал, что с тобой такое происходит?

― Она делала это только тогда, когда моего отца не было дома. А это было часто. Но после ее ухода он стал чаще бывать дома, ― говорит Алия. Мы оба знаем, что ее мать ушла не по своей воле, но если она хочет так все воспринимать, то мы будем придерживаться именно этого варианта. ― Пойдем. ― Алия открывает дверь и выходит из машины. Я следую ее примеру, обхожу с другой стороны и беру ее за руку.

― Каковы шансы, что твой отец пустит меня в твою спальню? Может быть, мы сможем создать здесь свои собственные воспоминания, что-нибудь с рейтингом 18+, ― предлагаю я.

― Конечно, если ты готов получить пулю. ― Алия смеется.

― За тебя ― всегда.

― Никогда не подставляйся под пули из-за меня, Лиам Кинг. Я серьезно.

― Как насчет того, чтобы нам обоим постараться не получить пулю, детка? ― говорю я ей.

―