Можжевеловый Холм - Девни Перри

Их рейс отменили, так что номер фактически пустой.

Пустые номера были редкостью в это время года.

— А что, если мы забронируем его? Только ты и я. Мы можем узнать, не хочет ли мама присмотреть за Дрейком сегодня вечером. Держу пари, она останется у нас. Тогда завтра я смогу встать, пойти на кухню. Ты сможешь проверить, как там свадьба, прежде чем отправишься домой.

Она зажала губу между зубами.

— Я никогда не оставляла его одного на ночь.

— Всё может быть впервые. Если нам не понравится, мы поедем домой.

— Хм… — она глубоко вздохнула, затем улыбнулась. — Хорошо.

Зажав её руку в своей, я потащил её к стойке регистрации.

Элоиза даже глазом не моргнула, когда я сказал ей, что хочу снять номер. Было уже слишком поздно, чтобы заполнить бронь, и я уже сто лет не останавливался в качестве настоящего гостя, что мы все делали время от времени.

— Наверное, я пойду уберусь в нашем номере, — Мемфис рассмеялась, когда Элоиза передала ей ключ-карту.

— Приходи ко мне, когда закончишь, — сказал я.

— Конечно, — она поднялась на носочки, схватила в кулак мою рубашку, чтобы притянуть меня к своим губам. Затем мы пошли каждый своей дорогой, она к лифтам, а я — к «Наклз».

Обеденный зал был пуст в перерыве между обедом и ужином. В течение следующего часа он начнёт заполняться, когда люди будут приходить сюда, чтобы поесть.

На кухне было оживлено, все силы были направлены на подготовку к завтрашней свадьбе.

Из радиоприемника в углу доносилась музыка. Запах лука и чеснока витал в помещении. Скип и Роксана спорили, какой напиток лучше — Гоголь-моголь или «Том и Джерри»8.

— Нокс, какой…

— Гоголь-моголь, — ответил я, прежде чем Роксана успела закончить свой вопрос, а затем исчез в кабинете, чтобы проверить несколько электронных писем.

Невеста завтрашней свадьбы писала мне ежедневно с тех пор, как мы начали планировать меню. Как и ожидалось, как только я открыл почту, там было письмо от неё, с просьбой подтвердить, что у нас достаточно шампанского для мероприятия. Если бы Мемфис была организатором её свадьбы, она могла бы подтвердить это ещё несколько недель назад.

Это была блестящая идея. Куинси и «Элоиза» не помешал бы организатор. Может быть, мы могли бы нанять Мемфис в качестве официального координатора мероприятий в отеле. Это означало бы повышение зарплаты, а если она захочет расширить свой бизнес, мы могли бы предоставить ей и такую возможность.

Мой компьютер пискнул еще одним письмом, и я напрягся при виде имени Джинны. Открыв его, я обнаружил простое сообщение: «Счастливого Рождества» и одну фотографию.

Это была фотография, на которой она запечатлела Мемфис, Дрейка и меня на кухне.

Мемфис была в центре внимания, её лицо было таким красивым, что я с трудом мог оторвать взгляд. Она смотрела на меня запрокинув голову, а я улыбался ей глядя на неё. Единственным, кто действительно смотрел в камеру, был Дрейк.

Я оттолкнулся от стола и пошел через кухню.

— Скоро вернусь.

Мемфис была на четвертом этаже, когда я нашёл её в пустом номере.

Она поменяла постель и вытирала пыль, когда я вошёл внутрь.

— Эй.

— Эй, — она улыбнулась. — Что такое?

— Получил это сегодня, — я достал свой телефон из кармана и открыл электронное письмо. Затем я передал его, чтобы она могла увидеть фотографию.

Её глаза смягчились.

— Я люблю её.

— Я люблю тебя.

Мемфис вздохнула, и телефон выпал из её руки, приземлившись с глухим звуком на ковёр.

— Ч-что?

— Не совсем так, как я планировал это сказать, — пробормотал я. Но теперь это вышло наружу, и что ж… это была правда. — Я люблю тебя.

Ее глаза искали мои.

— Я тоже тебя люблю.

Я накрыл её рот своим, мой язык проник внутрь, чтобы попробовать её сладкий вкус.

Она прижалась ко мне, её кончики пальцев впились в мои руки, её пятки оторвались от пола, когда она поднялась на носочки.

Мы целовались, пока у нас не перехватило дыхание, затем я оторвал губы и расстегнул пуговицу на её джинсах.

— Нокс, — её глаза метнулись мимо меня к открытой двери.

Я поднял палец, затем подошёл к ней, отпихнул ногой стопор и позволил ей захлопнуться. Когда я вернулся, она вскинула брови.

— Я уже несколько месяцев хочу трахнуть тебя в одном из этих номеров.

Ее щеки раскраснелись.

— Я на работе.

— Тогда завтра мы уберем этот номер в нерабочее время, так будет честно, — я опустился на колено, удерживая её взгляд, пока стягивал с её ног кроссовки. Затем последовали её джинсы. Я расстегнул молнию и стянул джинсы вниз, прихватив с собой трусики, она покачала бедрами и сбросила их с ног.

— Забирайся на кровать. Сними рубашку. Потом на четвереньки.

Она кивнула, повинуясь каждому моему слову. Она сняла верх и лифчик. Затем она одарила меня злобной ухмылкой, упершись коленом в матрас и направив свою прекрасную попку в мою сторону. Её киска, красивая и розовая, была мокрой и готовой.

Я освободил свой ствол из джинсов и поспешил натянуть презерватив, который хранил в кармане. Затем, надев презерватив, я провёл членом по её складкам, стоя позади нее, чем вызвал стон, — это будет жёстко и грубо.

— Да, — шипела она, прижимаясь ко мне.

Одной рукой я направил себя в её скользкий вход. Другой рукой я схватил её хвост, намотав его на кулак. А затем я вошел в нее.

— О, Нокс, — она выгнулась дугой, её нижняя губа была зажата между зубами.

— Блядь, ты так хорошо ощущаешься. Так чертовски хорошо, — с каждым разом становилось всё лучше и лучше.

Возможно, это потому, что я любил её с каждым днём всё больше.

Её внутренние стенки сжимались вокруг моего члена, когда я вытаскивал его и вводил внутрь. Она застонала, пьянящий, знойный звук вырвался из её горла. Это был тот же самый стон, который она издала прошлой ночью, когда опустилась на колени и позволила мне трахнуть её рот.

— Скажи это, Мемфис. Скажи это снова, — я снова толкнулся вперёд, её груди подпрыгивали, когда мои бедра шлепались о ее задницу.

Мемфис мурлыкала:

— Я люблю тебя.

Я трахал её жёстко, толчок за толчком. Я наполнил комнату звуками шлепков кожи. Её прерывистым дыханием и хныкающими стонами. Я довёл её до исступления, её руки вцепились в матрас, её пальцы ног подогнулись. Я схватил её за задницу, сильно сжимая, пока она не перелетела за край.

Мемфис пульсировала вокруг меня, сдавливая и сжимаясь во время оргазма. Находиться внутри неё было зависимостью. Я был в