Дикий - Валерия Ангелос

Она ведет пальцами по моим скулам. По губам. А после в волосы зарывается.

Опять сталкиваемся ртами. Моя скромная тихая девочка распаляется. Отвечает уже совсем иначе. Смелеет. И от коротких движений ее языка по моему языку вся кровь ударяет в хуй.

Ебать. Какая же она вкусная. Сочная. Сладкая. Отлипнуть нельзя.

Чувствую, как вдруг напрягается. Дергается, стараясь отодвинуться. Что-то бормочет.

Отрываюсь от нее. В глаза смотрю. Затягивает.

— Ой, Демьян, сколько время, — головой вертит, нервничает. — Мне же домой пора. Поздно.

— Поздно, да.

— И…

— Ты уже дома, Катя.

Пробует выскользнуть. Но я быстро даю понять, что это зря. Прижимаю к постели так, что мигом подо мной застывает.

— А ты как думала будет? — прищуриваюсь, изучая ее. — Один раз трахнемся — и сразу удерешь? Нет, так дело не пойдет.

— А как ты хочешь?

— Ты теперь здесь живешь, — говорю, а у нее с каждым новым словом глаза шире распахиваются. — Вещи твои завтра заберем.

46

— Демьян, — хмурится девчонка. — Ты же понимаешь. Переезд к тебе. Вот так. Прямо сейчас. Это слишком быстро.

— А чего тянуть?

— Я не готова.

Плечом дергает. Закрывается за секунду. Уже все решила.

— Почему? — спрашиваю. — В чем проблема?

Молчит. Но по глазам видно, разные отмазки в голове прокручивает. Выбирает, что за причину взять, как бы подальше меня послать.

— Учеба, — выпаливает, наконец. — На понедельник нужно многое подготовить.

— Здесь занимайся.

— Не получится, — бормочет и простыню пальцами комкает. — Тут непривычно. Буду отвлекаться. А мне же скоро уезжать. Надо сессию закрыть перед Англией.

— Комнат хватает, — говорю. — Сделаем тебе кабинет.

— Демьян…

Начинает и замолкает.

— Что? — в глаза ее вглядываюсь.

— Мои родители этого не поймут, — выдает и в спинку кровати вжимается, от меня окончательно отгораживается.

— Объясним.

— Нет, ты что, — головой мотает. — Прекрати.

— Хочешь скрываться? — за подбородок ее ладонью обхватываю, мягко лицом к себе разворачиваю. — Делать вид, будто ни черта нет?

— Некоторое время, — сглатывает. — Наверное, так будет лучше.

— Чем лучше, Катя? — бросаю с расстановкой.

— Ты же…

— Кому?

— Полгода, — роняет тихо. — Долгий срок.

— Мы вместе поедем, — отрезаю.

— Не выйдет, — судорожно выдыхает. — Как ты работу оставишь? Да и не нужно это. Столько всего сделано. Глупо бросать.

— Быстро ты за меня все решила.

— Нет, — чуть вздрагивает. — Просто иначе не получится. Твой бизнес требует много внимания. Тут ты на своем месте. А если поедешь за мной, то нужно все начинать сначала.

— Не в первый раз.

— Демьян, — губы поджимает. — Не хочу, чтобы ты бросал собственную компанию. Из-за меня. Полгода не так и много. Время пролетит быстро. А потом посмотрим.

— Не на что тут смотреть.

— Но…

— Хуево ты придумала.

Глаза распахивает. Напряженная. Возмущенная. Отстраняется от меня, обнимает себя руками. Молчит.

— Надо с родителями твоими поговорить.

— Зачем? — прямо вспыхивает и струной натягивается. — О чем?

— Есть о чем, — бросаю. — Прятаться по углам не собираюсь. Нам с тобой скрывать нечего.

Открывает рот. Явно возразить хочет. А потом губу закусывает, так ничего и не выдает. Неужели поняла, что спорить бесполезно?

— Отвези меня, пожалуйста, домой, — все же прикладывает.

— Сейчас?

— Да, — кивает. — Почти девять вечера.

Упрямая, пиздец. Никак не желает суть понимать. Здесь теперь ее дом. Рядом со мной. На моем члене. И хер она отсюда когда-нибудь свалит.

— Демьян, — в глаза смотрит. — Пожалуйста.

Блядь. Ну ничего. Я тоже упрямый.

— Хорошо, — говорю. — Поехали.

Ее брови приподнимаются. Ресницы дергаются, рваные тени на щеки отбрасывают. Девчонка удивляется, когда настолько легко уступаю ей. Чует подвох. Не доверяет.

И правильно.

Никакой свободы больше не светит. Нагулялась. Слишком долго нервы трепала. Вечно удирала. Пора с этим завязывать раз и навсегда.

Я свой выбор сделал. И она сделает.

Поиграли. Хватит. Моя ты, Катя.

— Ты собирайся, — заявляет Демьян. — А я звонок сделаю. Надо будет в одно место заехать.

— Куда?

— Увидишь, — бросает. — По дороге.

Слишком быстро он соглашается. Резко. И в синих глазах такие искры горят, что подозрений только больше становится.

Дикий так просто от своих затей не отступит.

Он выходит из комнаты. Вскоре до меня долетают обрывки разговора.

— Через полчаса приеду, — заявляет Демьян. — Будь на месте.

Пауза.

— Закрыто? Да похер. Значит, откроешь.

Невозможно понять, с кем он сейчас общается.

— Нет, мне сегодня надо, — отрезает жестко. — Сейчас. Приготовь все, что есть. Покажешь. Да. Понял.

О чем это?

Дверь распахивается. Демьян возвращается в комнату. Совершенно не стесняется своей наготы, а я невольно отвожу взгляд в сторону.

— Передумала ехать? — спрашивает.

Все-таки смотрю на него. Чувствую, как щеки горят от смущения, когда его горящие глаза беззастенчиво скользят по моему телу.

Отрицательно мотаю головой. Язык буквально присыхает к нёбу.

Нет, это что-то невозможное. Когда он рядом, даже думать тяжело. Особенно теперь. Разум точно плавится. И конечно, никуда уезжать отсюда не хочется, но иначе нельзя. Нужно подумать обо всем. Разобраться. А тут об этом и речи не идет. Мысли вязкие. Тело от напряжения потряхивает. И меня настолько сильно тянет к Демьяну, что я уже в собственных планах сомневаюсь.

Учеба. Англия. Уехать от него на целый год.

Раньше все казалось простым и понятным. Был четкий план на будущее. А теперь я с ужасом осознаю, что никуда не хочу уезжать.

Что со мной происходит?

Одна ночь — и жизнь будто надвое раскалывается. Все, что прежде казалось главным, вдруг остается далеко в прошлом. И вообще, точно не со