Да, наш тренер - Зоя Анишкина

ведь так и не сказал ей. Не сказал, что, как только сезон закончится, мне предложат новое место. Не здесь.

Представители известной зарубежной команды постоянно были на связи и спрашивали, каковы мои успехи. Я понимал, они меня караулят.

В условиях ограниченных бюджетов они дают шанс никому не известному тренеру пробиться в большой спорт, а себе возможность сэкономить. Они заинтересованы во мне.

А я понимал, что такой шанс выпадает едва ли не раз в жизни. Как скажет Жора, учитывая мой анамнез…

Но если я подпишу контракт в Европе, а Катя останется здесь… Мы не будем видеться месяцами. Тренировочный процесс, а потом и соревнования.

Не говоря уже о том, что запросто возможны столкновения на почве встречи команд в турнирах. Она будет там, по ту сторону сетки, а моя команда здесь.

Как выдержать это? Как вообще построить отношения, когда оба заняты карьерой и у каждого тот самый заветный шанс. Либо сейчас, либо неизвестно когда, и вообще будет ли такая возможность ещё.

Это раздражало. Особенно на фоне расцветавшей в душе надежды и любви. Я же правда любил ее. Любил всем сердцем и душой, что она нашла и вылечила.

Буквально вытащила из-под обломков моей разрушенной жизни. Отогрела и заставила поверить в чудеса. Она мое чудо. И она никогда себе не простит, если из-за нее я откажусь от роли тренера.

А я не прошу, если она не сможет построить карьеру. И что же? Проверка расстояниями и отношениями? Она не верная жена декабриста. У нее своя задача, да и я не стану ждать ее после тренировок под дверями спортзалов.

Не хочу об этом думать. К черту все эти мысли. Я наконец-то спустя много лет счастлив здесь и сейчас. Вот в данную минуту, даже учитывая, что у меня уже одно место вымокло.

Она манит меня, заставляет улыбаться и работать. После встреч с ней рождается добрая сотня стратегий, и что такое уровень волейбольной сборной вуза?

Мне мало, мне тесно. Неинтересно. Я тут только потому, что должен помочь ей стать звездой. Затмить своей карьерой всех и вся. Чтобы предложения о работе сыпались на неё со всего мира как из рога изобилия.

Пусть за неё борются, а она будет блистать на площадке, а что до нас… Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, сейчас же смогли найти ту самую странную золотую середину?

Я подходил к дому. Удивительно, но Катя у меня и не была ни разу. Мы постоянно встречались у неё. Вот такая любопытная закономерность. Я подошёл ближе.

Консьерж как-то странно на меня посмотрела. Я не обратил на это внимания. Всё-таки из-за Миши у меня была совершенно неприглядная репутация здесь.

Мы с ним пару раз устраивали своеобразные войны. Прошёл дальше к лифту. Глядя на кнопки, как загипнотизированный, наслаждался. Какой же кайф жить хоть и столь ограниченной, но в плане эмоций полноценной жизнью.

Катя приносила в неё тепло и живость. Надежду. В то время как мне казалось, что я никогда больше ее не увижу. С улыбкой на лице вышел на лестничную площадку, чтобы застыть как громом поражённый.

С чемоданом, холёная, как всегда, у двери стояла та, что претендовала на главное место в звании Катастрофа моей жизни.

Она тоже застыла, стыдливо поправляя локоны. Такая искусственная, такая отчуждающая. Девушка пролепетала:

– Ванечка, я хотела тебе сказать…

– Диана, я уже не раз говорил, что видеть тебя в своей жизни больше не желаю. Ты оглохла?

Глава 49. Катя

Я волновалась. Нет, даже не так. У меня сердце в пятки уходило. Потому что это не просто финальная игра. Это нечто большее. Это то, ради чего я больше чем полгода назад перевелась сюда. Изменила свою жизнь кардинально.

Когда все успело приблизиться? Как вообще я так быстро оказалась в этой точке? Только что же знакомилась с одиночкой, а теперь язык не повернётся так ее назвать.

Это место, где я познала, что такое страсть. Где родилось волшебное чувство любви, надежды и благодарности этому миру. Где я впервые поняла, что, пожалуй, готова признаться родителям.

Выдержать их негатив и все то, что польётся на меня. Попросить их любить меня просто потому, что я есть, а не потому, что я такая, какойони хотят меня видеть.

В душе был непростой мандраж. Не знаю почему, но сегодняшний день, игра, они виделись мне чем-то судьбоносным. Чем-то очень важным, определяющим мою судьбу.

– Кать, ты там не оплошай, ладно? А то сегодня не тот день, когда я готова на площадку выходить.

Повернулась в Маргоше. На той лица не было, но в последнее время это нормальное явление. Токсикоз добивал ее, и на тренировки она ходила исключительно ради того, чтобы отвлечься.

Ваня не напрягал ее, девочки вопросов не задавали, и выходило, что для неё тренировки превратились скорее в лечебную физкультуру. Я уговаривала ее не ходить на игры, но она наотрез отказалась.

Ответила, что вот доведёт нас с Ирмой до красной команды, и тогда посмотрим, а пока нет времени объяснять, и вообще, ей так лучше. Лучше. Ага, оно и видно. Я уже проходила через такое «лучше».

– Не переживай. Все будет хорошо.

Я улыбнулась ей и ободряюще потрепала по руке. Мы собирались выходить на разминку из раздевалки. Девушка приобняла меня. Порывисто, открыто.

Что творится в ее душе? Я не лезла туда, ведь подруга не пускала, но надеялась, что все изменится. Что она справится, и малыш появится на свет в счастливой семье. Какого бы состава она ни была.

Мы вышли из раздевалки. Вокруг был жуткий гул и крики. Это заканчивался матч за третье место. Девчонки задержалась, и становилось понятно: у них идёт классическая пятипартийка.

Накал, напряжение. Каждая на площадке сейчас желает победы своей команде без вариантов. Чтобы урвать свой момент славы. Ведь в нашей игре будет в любом случае два призера, а в их – один.

Мой первый тренер говорил, что четвёртое