Кейн (ЛП) - Кейси Л. А.

Я закатила глаза на это.

Мы с Кейном встречались, не присваивая никаких ярлыков, чуть больше недели, и у нас все было замечательно. Мы ладили лучше, чем когда-либо. Единственное, что я делала с ним до сих пор, это целовалась. Страстно. Он хотел заняться сексом, очень хотел, но я нервничала из-за этого, потому что теперь, когда мы были вместе, все было по-другому.

Гэвин наклонился ко мне и привлек мое внимание, когда положил руку мне на живот. Он усмехнулся, когда ребенок пошевелился от его прикосновения.

— Он уже любит меня.

Я проворчала:

— Она… и тебе просто повезло.

Гэвин фыркнул и убрал руку.

— Он всегда двигается, когда я говорю или прикасаюсь к твоему животу. Он меня чувствует.

— Бедному ребенку, наверное, надоело слышать твой голос, и он отворачивается, чтобы избавиться от тебя… Ты когда-нибудь думал об этом?

Гэвин показал нашему старшему брату средний палец, и это заставило меня усмехнуться.

— Он любит меня, — твердо повторил Гэвин.

Я улыбнулась.

— Конечно, любит.

Гэвин засмеялся:

— В эту семью больше не допускаются девочки, только мальчики.

Я хихикнула:

— Как скажешь.

Гэвин ухмыльнулся мне, затем посмотрел на свой телефон, когда тот запищал. Он получил текстовое сообщение, и то, что в нем было написано, заставило его встать.

— Я позвоню тебе позже, сестренка.

Мой желудок скрутило.

— Куда ты идешь? — спросила я.

Гэвин строго посмотрел на меня.

— Наружу.

— Не веди себя как умник, Гэвин, — проворчал Джеймс, взглянув на нашего младшего брата.

Гэвин приподнял бровь.

— Мне двадцать два, и мне не нужно разрешение, когда я куда-то иду.

— Почему? — спросил Харли. — Слишком крутой, чтобы твоя семья знала, где ты будешь?

— Нет, просто это не ваше дело.

Я прищурилась.

— Гэвин.

Он посмотрел на меня и широко раскрыл глаза.

— Не смей.

Он знал, что я собираюсь сделать.

— Ты идешь туда, куда я думаю?

Он пожал плечами, и это заставило мою кровь закипеть.

— Расскажи нашим старшим братьям о своих новых друзьях.

Данте подошел к входной двери и прислонился к ней, скрестив руки на груди, когда Гэвин повернулся и направился к ней с намерением уйти.

— Уйди с дороги.

Данте усмехнулся.

— Заставь меня.

Руки Гэвина сжались в кулаки, и все его тело напряглось, но он не пытался заставить Данте что-либо сделать, и я знала, что он ничего не сделает.

— Я так и думал, — ухмыльнулся Данте.

Гэвин прорычал:

— Данте, просто убирайся.

— Нет, — ответил Данте. — Кто эти «друзья», о которых говорит Эйдин?

Гэвин посмотрел на меня.

— Ты любопытная, гребаная сучка. Почему ты не можешь просто держать это при себе?

Он зашипел, когда Данте с силой ударил его по голове.

— Никогда не смей так разговаривать с ней, ты, неуважительный маленький засранец. Ты меня слышишь?

Гэвин потер голову.

— Тогда скажи ей, чтобы не лезла не в свое дело!

Я отрицательно покачала головой.

— Прости меня за то, что я, бл*дь, беспокоюсь о тебе!

— Я в порядке! — взревел Гэвин. — За мной не нужно присматривать.

Джеймс посмотрел на меня.

— Скажи нам, кто эти люди, с которыми он тусуется. У меня не хватит терпения подождать, пока он вырастет и расскажет нам.

— О, мой гребаный Бог! — крикнул Гэвин и, подойдя к моему креслу, упал на него. — Не могу поверить, что вы все обращаетесь со мной, как с маленьким ребенком!

Потому что ты ведешь себя, как он.

Я проигнорировала его и посмотрела на Джеймса.

— Компания Брэндона Дейли.

Джеймс секунду пристально смотрел на меня, а затем переключил внимание на Гэвина. Данте и Харли сделали то же самое, и Гэвин вскрикнул, когда они втроем бросились на него. Данте добрался до него первым и толкнул его обратно на кресло, удерживая там.

— Не бейте меня! — крикнул Гэвин нашим братьям.

Он не боялся их, просто знал, как сильно они могут ударить, и не хотел чувствовать никакой боли.

— Ты собираешься объяснить, во что ты вляпался. Сейчас же!

Я моргнула.

Джеймс. Был. Зол.

— Мне ни хрена не нужно делать, Харли! — взревел Гэвин, когда Харли наклонился и схватил то, что выглядело как член Гэвина и его яйца.

Ауч.

Я скривилась и попыталась скрестить ноги, как будто почувствовала боль Гэвина, но мой постоянно растущий живот помешал.

— Да поможет мне Бог, — прорычал Харли. — Я лишу тебя гордости и радости за десять секунд, если ты не ответишь на вопрос.

— Подожди, просто дай мне СЕКУНДУ!

Харли что-то потянул или повернул, и это определенно причинило боль, потому что голос Гэвина повысился на октаву или две.

Харли злобно усмехнулся:

— Говори, братишка. Сейчас же.

— Хорошо! — взревел Гэвин.

Харли отпустил его интимные части тела и выпрямился. Он уставился на Гэвина, который зажал руки между ног и застонал от боли.

— Гэв, — настаивал Джеймс.

Гэвин пристально посмотрел на моих братьев.

— Вам не нужно, чтобы я это произнес вслух; вы понимаете, во что я вмешался.

Данте наклонился и во второй раз ударил Гэвина по голове.

— Ты просто взял и принял решение присоединиться к гребаной банде? Банде Брэндона Дейли? Ты глупый, маленький идиот!

Гэвин прорычал:

— Это был мой гребаный выбор. Мне не нужно было разрешение ни от тебя, ни от кого-либо другого.

Джеймс молниеносно ударил Гэвина. Он нанес удар прямо в челюсть, и это заставило меня вскочить на ноги.

— Джеймс! — взвизгнула я.

Не оборачиваясь, мой брат ответил:

— Сядь обратно, Эйдин.

Как он узнал, что я встала?

— Не причиняй ему вреда! — огрызнулась я. — Он глуп сверх всякой меры, но он наш брат. Наш младший брат!

— Именно поэтому я собираюсь вбить в него немного гребаного здравого рассудка. А теперь сядь обратно. Пожалуйста.

Властный ублюдок.

Я поворчала, но сделала, как он сказал, и снова села на свой диван.

— Бейте меня, сколько хотите, ничего не изменится.

Все трое моих братьев уставились на Гэвина сверху вниз.

— Почему? — спросил Данте.

— Что почему?

— Не валяй дурака, мальчик, — прорычал Джеймс.

— Зачем вступать в банду? Зачем делать что-то настолько нехарактерное для тебя? Зачем делать что-то чертовски глупое?

Гэвин сжал челюсти.

— Потому что хотел, ясно?

— Это и есть твой ответ? — спросил Харли твердым голосом. — Потому что ты хотел? Ты, бл*дь, издеваешься надо мной?

— Просто оставь меня в покое. Я ничего не делаю. Брэндон просто заставляет меня болтаться рядом, и все. Я не делаю ничего плохого.

Чушь собачья.

— Пока нет, — пробормотала я.

Гэвин перевел взгляд на меня и впился взглядом.

— Заткнись, Эйдин.

Ага, будто это может произойти.

— Это ты заткнись и прислушайся к здравому смыслу, — возразила я. — Быть в банде опасно, ею управляют отморозки, а ты — не отморозок. Ты изо всех сил стараешься быть тем, кем не являешься.

Гэвин поднялся на ноги и протиснулся мимо Данте и Харли.

— Куда ты идешь? — огрызнулась я.

— Подальше от вас четверых. Мне, бл*дь, не нужно это дерьмо, — прорычал он, а затем захлопнул дверь моей квартиры.

— Я пойду за ним, — прорычал Джеймс.

Меня разрывало на части.

— Оставь его. Чем больше мы будем заставлять его делать то, чего он не хочет, тем больше это будет отталкивать его.

— Значит, мы просто должны признать, что он теперь в банде? — спросил меня Харли.

Я покачала головой, и слезы потекли по моим щекам.

— Нет, я сама займусь этим.

— Ты беременна, — нахмурился Данте. — Ты не должна этим заниматься.

Я вздохнула.

— Просто доверься мне. Кила может убедить своего дядю сделать почти все, что угодно. Она сказала, что вытащит Гэвина без единой царапины.

— Когда? — спросил Джеймс.

— Скоро, — ответила я.