Папой будешь? Катюша против всех! (СИ) - Кошкина Татьяна

— Почему ты не рассказал? — не удержалась и потерлась щекой о его привычно горячую ладонь. Если зажмуриться и не видеть антураж, и правда, тот же.

— А что бы это изменило? Я тот, кто любит тебя и плевать на фамилию. Разве что теперь я могу купить тебе хоть миллион пирожков и прокатить на крутой тачке. Так что предлагаю не делать глупостей.

— Я не знаю, — шепнула Саша. — Мне надо это переварить. Всё переварить. Вчера все рухнуло, а сегодня снова собралось. Надо Катю проверить, поговорить со Стейш, с Музой помириться. Ты тут еще в этом костюме. Злой! — она уже не знала то ли плакать, то ли смеяться.

— Злой я только с теми, кто пытается обидеть моих близких. Троицкий попытался тебя подставить. Повезло, что я его сразу на тряпки не порвал. И с этими людьми иначе нельзя, Саш. Одна слабость и ты пропал.

Саша это прекрасно понимала и была в ужасе. Как она, мать-одиночка, с почти двумя детьми попала в этот переплет? Как ей спасти себя и их? Сбежать или спрятаться за мужчиной, который утверждает, что любит её? Ведь одной здесь не выиграть — факт. Но она несет ответственность за слишком многие жизни, чтобы просто так шагнуть в бездну и позволить себе роман с миллиардером Захаром Креспо. Это не сосед по подъезду, не скромный педиатр, а один из самых загадочных богачей страны. Она прекрасно осознавала, к чему приведет возвращение Креспо. Скоро на них обрушатся не только акулы бизнеса, конкуренты и старые враги, но и журналисты.

Как с этим жить? Она не знала...

— Ага. И в этот мир ты затащишь нас с Катюшей и малыша.

— Я смогу вас защитить. Да, это сложно и нам нужно будет принять определенные правила игры.

— Кошмар, это какой-то кошмар, — шептала она, понимая, что просто захлебывается всем случившимся и не знает, как снова начать дышать.

— Саша, спокойно. Саша, блин...

Он поймал её губы и одной лишь нежностью прогнал подступающую к горлу панику. Закрыв глаза, она видела перед собой просто мужчину без банковского счета, без дорогого костюма и чертового бриллианта на галстуке. Мужчину, которого хочется целовать без конца, к которому хочется прижиматься всем телом. Мужчину, с которым хочется забыть обо всем.

Но все не так просто.

— Я понимаю, — он прервал поцелуй, так и не получив ответа. — Думай столько, сколько хочешь. Я попрошу Серова, он отвезет тебя домой. Там Катя и Стейш, они ждут. Отдохни, успокойся и думай столько, сколько тебе нужно. Несколько дней я буду очень занят, но если тебе что-то потребуется, сразу звони или пиши. Я отвечу, даже если у меня будет встреча с президентом. Хорошо?

— Угу, — Саша открыла глаза и встретилась с самым теплым в мире голубым взглядом. Не верилось, что меньше четверти часа назад, он мог замораживать им океаны.

— И еще, ты должна знать, что бы ты ни решила, я не отступлю. Ты — моя.

Снова коротко поцеловал и быстро отстранился, будто отдирая себя от нее как пластырь. Уже отойдя на пару шагов, бросил:

— Дождись Серова, он проводит.

И Саша осталась наедине с раздраем в душе, усталостью и бесконечным страхом за будущее.

Как же её угораздило так вляпаться?!

Z-Захар

Он не был в своем кабинете долгих десять лет. К его возвращению здесь прибрались, обновили всю технику и даже воткнули на полки парочку фикусов.

За много лет успел забыть как здесь уютно. Стена панорамных окон, светлый причудливо изогнутый стол, который он привез с выставки в Италии, рабочее кресло — оттуда же. На полках все еще стояло несколько безделушек-подарков от партнеров. Когда-то там были милые штучки и их с Миланой фотографии, но все это давным-давно убрали.

Троицкий сидел в низком гостевом кресле и, закинув ногу на ногу, неспешно пил кофе. Его, кажется, будущий разговор с великим и ужасным Креспо нисколько не пугал.

Захар медленно прошествовал к своему месту и опустился в удобнейший из стульев. Он совершенно точно стоил своих безумных денег.

— Говори, — спокойно потребовал Креспо, переходя на “ты”.

Троицкий замер не донеся до губ чашку с кофе.

— О чем? Это ваши люди меня сюда притащили.

— А твои люди подняли на уши всех частных детективов, пытаясь  меня отыскать. Ты так хотел меня видеть, что даже притащили в Россию мою бывшую жену. И меня совершенно не волнует то, что по пути ты успел заделать ей ребенка.

Рука с чашкой дрогнула. Захар цепко уловил этот момент. Значит, пробрало и Троицкий все же любит своего незаконного сына. Что ж, это хорошо, очень хорошо. С таким человеком есть шанс договориться.

—   Вы уже были в разводе, — пожал плечами Станислав.

— Поэтому и нет претензий. А вот касательно бизнеса у меня к тебе очень много вопросов. Думаю, ты знаешь, о чем мы будем говорить. Попытка скупить акции холдинга, вытеснение из совета директоров моей команды, регулярные попытки женить Серова на своей дочери и, в конце, докопаться до меня. Обидно, что ничего не вышло, не так ли?

— Нельзя постоянно побеждать, — философски заметил Троицкий.

— Мысль хорошая, вот только после этих слов обычно идет: “проиграл — поднасри тайно”, не так ли? Я буду говорить прямо. Ваша дочь призналась в махинациях и будет уволена с поста коммерческого директора, попадет во все черные списки. Карина может забыть о карьере. И, возможно, окажется за решеткой.

— Она ни в чем не виновата, — нахмурился Троицкий. — Глупая девочка попалась на удочку Каверина. Думаю, вы уже знаете, что именно он помогал Ромову и хотел все провернуть сам, но махинации с бумагами всегда оставляют следы. Сначала он планировал использовать Зимину, но не выгорело. Коммерческим с моей подачи стала Карина. Но Зимина все-таки пригодилась…

Захара внутренне передернуло с каким пренебрежением Троицкий говорил о Саше. Разумеется, ведь, по его мнению, у неё не было ни власти, ни сильного покровителя. Хорошо, что этот старый лис ошибался.

— Эту историю я уже знаю, тем более что Ромова достали и он все рассказал. В красках. Вот только его история оказалась более глубокой и с интимными подробностями. Оказывается, деньги воровали по очереди через разные подразделения холдинга. Раньше не такие большие, но все равно существенные. Зато в глаза не бросалось, не так ли?  И он даже назвал имя организатора. Сказать или сам догадаешься?

— Он не мог! — выкрикнул Станислав Троицкий и поднялся.

— Мои люди умеют развязывать язык. Если нужно, развяжут и твой, а потом отрежут. На всякий случай.

Тихо хлопнула входная дверь и в кабинет вошли трое в черном. Они работали на Захара очень давно, еще со старта бизнеса. Он не обижал их деньгами, а эти ребята делали всю грязную работу и организовывали безопасность Креспо и его семьи. Ни разу не подвели.

— И еще, — добавил Захар, — завтра тебя обвинят в подкупе не менее чем десяти должностных лиц. Да, ты умеешь решать проблемы, Стас, но слишком небрежно.

Достал из верхнего ящика стола толстую папку и швырнул перед Троицким. Там было все: офшорные счета, имена любовниц и  полное отслеживание взяток, которые он последние месяцы раздавал направо и налево, пытаясь отбиться от теневых нападок Креспо.

Как Захар и планировал, Троицкий подставил себя сам, поддавшись алчности и жажде власти.

— Этого достаточно, чтобы уничтожить тебя, всю твою семью и подельников.

— За что? — шепнул мужчина и захлопнул папку. Кажется, даже его свежий средиземноморский загар в эту минуту побледнел. 

— Мне все перечислить? Ты пытался захватить власть в моем бизнесе, воровал мои деньги, но все это я могу простить тебе как бизнесмен бизнесмену. Но то, что ты попытался подставить мою женщину я никогда тебе не прощу…

— Зимина?! — тут же догадался Троицкий. — С каких пор Захар Креспо подбирает объедки со стола напыщенных клерков.

— С тех пор как Станислав Троицкий пользуется услугами почетной шлюхи Миланы и отчисляет ей бабло за ребенка.

 — И кто теперь это будет делать? Мальчика не жалко? — он вцепился в слова о сыне, как в спасательный круг и это был хороший ход.