Татьяна Зинина - Эффект "Федора"

Она была для него нонсенсом, хотя бы потому, что даже после всего, что произошло этой ночью, после полного морального и физического сексуального удовлетворения, Тёма всё равно не мог выбросить её из головы. И вроде не шикарная красавица - попадались и краше, и не мега интеллектуалка, хотя очень даже интересный собеседник. Но было в ней нечто такое, цепляющее… лёгкое, настоящее. И это что-то притягивало Арта к ней, заставляя стремиться оказаться максимально близко. А в тот момент, когда расстояние между ними сокращалось до ноля, всё будто становилось на свои места.

Расчётливому по натуре Артёму это казалось странной и совершенно невероятной глупостью. Он долго искал сравнение подобному состоянию и пришёл лишь к одному аналогу - наркотическая или алкогольная зависимость. И это открытие его совсем не радовало. Он-то думал, что после того как он воплотит в жизнь все свои фантазии, где Аля была в главной роли, ему станет легче. Ведь так бывало всегда. Игрушка оставалась интересной пока не рассмотришь её со всех сторон и не испробуешь на деле заложенные в ней функции. А потом всё… Но в этот раз кукла оказалась неправильной, и даже после всего, что между ними было, отказывалась покидать его мысли.

- Дай мне тоже, - услышал он тихий женский голос рядом с собой и, повернув голову, увидел Алину. Она стояла рядом, всё в том же пресловутом халате, всё с тем же гордым выражением лица, только в её глазах проскальзывал едва заметный огонёк смущения и… сомнения.

Девушка потянулась к лежащей на перилах пачке, но Тёма перехватил её руку и поднёс к своей щеке. Странный жест, но ему хотелось так сделать. А ещё снова скинуть с девушки собственный халат и повторить всё то, что уже было между ними несколько часов назад.

- Не надо, - отозвался Артём, обвивая талию девушки и притягивая к себе. - Такими темпами курение может в привычку войти. А тебе слишком идёт сигарета, чтобы демонстрировать это посторонним людям.

- Тём, - она опустила ладони на его плечи и отвела взгляд. Ей хотелось многое ему сказать, о многом спросить, но Аля вовремя вспомнила, что это… всё это всего лишь своеобразная оплата долга за оказанную услугу. И не стоит ей рассчитывать, что произошедшее стало для Артёма чем-то особенным или важным. Сколько у него было таких как она?! Даже представить страшно.

- Я тебя слушаю, - отозвался он, целуя её в висок. - И лучше не молчи. Ты что-то хотела сказать?

- Нет, - поспешила отозваться девушка. - Глупости. А курю я, кстати, только с тобой. И если учитывать этот важный факт, то вряд ли мне грозит подсесть на никотин. Поэтому, можешь не волноваться.

- Почему проснулась? - спросил он, переводя тему в более безопасное русло.

- Мне стало холодно, - отозвалась Аля, теснее прижимаясь к тёплому телу парня. - У тебя странное одеяло… Оно совсем не греет.

- Значит, - он самодовольно улыбнулся, - пока я был рядом, одеяло грело, а стоило мне уйти - чудесным образом перестало?

- Можно сказать и так, - ответила Алина, с лёгкой улыбкой. - А здесь красиво, - протянула она, глядя на лунную дорожку.

- Мне нравится этот вид, он меня умиротворяет. И если хочешь правду, - он состроил хитренькую ухмылочку, - с этого балкона открывается самый лучший обзор бухты. Когда-то, в то время, когда этот корпус только строили, я случайно забрёл сюда… И просидел несколько часов. А на следующий день рождения отец широким жестом презентовал мне этот номер в личное безвременное пользование. Вот так.

- Значит, ты здесь всё время живёшь? - спросила Аля, поворачиваясь к парню.

- Сейчас - да. Но у меня ещё квартира в городе есть, только некоторые родственники позарились отбирать от неё ключи за малейшие проступки. Вот и приходится скитаться по гостиницам, - разочарованно вздохнул он и тут же улыбнулся, увидев, как округлились глаза девушки.

- Подумать только! - не сдержавшись, воскликнула она. - Он живёт в лучшем люксе “Лагуны” и ещё смеет привередничать. Артём, а ты не офигел ли?!

- В том-то и дело, что нет, - сказал Тёма, притягивая к себе возмущенную особу. - Таков мой мир, Алина, - и пока она непонимающе смотрела в его необычно серьёзные глаза, коснулся губами её шеи… затем поднялся к скуле и таким образом добравшись до губ, лишил своего оппонента способности связно мыслить, тем самым закрыв тему.

- Ну почему я совершенно не могу тебе в чём-либо отказать?!- взмолилась девушка, утыкаясь лбом в его шею. - Это же несправедливо!

- Что совсем ни в чём?! - с нескрываемым азартом поинтересовался Тёма и, увидев в глазах девушки непонятную обречённость, расплылся в широкой довольной улыбке. - Так это же замечательно!

В этот момент он был похож на маленького мальчика, которому подарили машинку его мечты. Все мысли о проекте и пресловутой зависимости мигом вылетели из его головы, оставляя место только для темноволосой девушки, которая сводила с ума одним своим присутствием.

- Я просто мечтаю о массаже, - сказал он, утягивая её обратно в номер. - А у тебя такие нежные руки…

Але только и оставалось, что картинно закатить глаза и последовать за этим большим избалованным ребёнком, чья непосредственность и обаяние цепляли куда сильнее даже чем его яркая внешность. Ведь в отличии от Тёмы, который считал что это просто глупая временная зависимость или помешательство, Алина понимала, что всё далеко не так просто. И пусть она боялась влюбиться в такого как Артём, но… уже начала догадываться, что в её случае бояться слишком поздно.

***

И снова утро… и снова звук будильника, из-за которого безумно хочется швырнуть об стену телефон. Да только вряд ли это что-то изменит, ведь вставать ведь всё равно придётся, а трубка ещё с прошлой своей встречи со стеной выглядит крайне печально. Но кто бы знал, как в этот момент Тёме не хотелось вылезать из-под одеяла… и уходить от тёплой спящей Алины. Но и не появиться в столовой он не мог, ведь об этом сразу же доложат Виталику.

Прорычав что-то себе под нос, Арт сел в кровати и попытался не дать глазам снова самовольно закрыться. За окном было светло, а огромный круг солнца медленно поднимался из-за горных вершин. И тут взгляд парня переместился от огромного окна к кровати, где тихо и безмятежно спала Аля. Одеяло укрывало её только по пояс, открывая обзору её плечи и грудь. Лицо девушки казалось безмятежным и расслабленным, ресницы слегка подрагивали, а на щеках лёгким румянцем отсвечивало восходящее солнце. Волосы в беспорядке разметались по подушке, делая весь её образ каким-то домашним и до одури нежным. И в этот момент в сонной голове Артёма пронеслось столько мыслей, что он сам с трудом смог в них разобраться. А самой громкой из них было простоя слово: “моя!”.