Летиция Болдридж - Страсть и власть

— Вы совсем не похожи на коммуниста! — улыбнулась ему Лайза.

— Как вы нас так сразу узнали? — спросила слегка удивленная Марийка. — В самолете летели, по крайней мере, шестьдесят женщин.

— Мне сказали в турагентстве, что я должен встретить двух очаровательных американок, мать и дочь. Для меня не составило труда понять, что это именно вы.

— Флиртует, как все европейцы, — заметила Лайза.

Ласло уложил их багаж в "ситроен", и они помчались по современной автостраде, разглядывая типичный для всех стран пейзаж дороги из аэропорта в город. Вскоре они достигли Пешта — деловой части города. Ласло рассказывал гостям, где они проезжают, и они задавали ему массу вопросов.

Он сказал, что женат, у него двое маленьких детей, живет их семья с родителями в небольшой квартирке, что учится в университете и подрабатывает в турагентстве.

— Раз мы уже в городе, позвольте провести вас по более симпатичной части города, мимо моего любимого парка, — предложил Ласло.

— Конечно, — согласились Марийка и Лайза.

Ласло припарковал машину на стоянке. Людей поблизости не было. На лужайке они увидели памятник.

— Его воздвигли совсем недавно, — объяснил гид. — Его обязаны были поставить на сорок лет раньше.

Женщины ближе подошли к бронзовой фигуре на постаменте из красного мрамора.

— Кто это?

— Рауль Валленберг, он помогал спасаться евреям во время Второй мировой войны. Великий человек! Он был шведским дипломатом, лютеранином, спасал жизни евреев, помогая им избежать газовых камер в нацистских концлагерях. Его схватили русские и обвинили, что он американский агент. Подозревают, что он погиб в сталлинских лагерях, но никто точно не знает, где и когда.

Они прошлись немного по парку и решили ехать в отель, чтобы принять ванну и немного отдохнуть до ужина после перелета. Они переехали через старинный мост.

— Мы пересекаем Дунай по цепному мосту, ночью он сверкает как бриллиантовое ожерелье. Вы можете совершить здесь позднее романтичную ночную прогулку.

Они поселились в роскошном отеле "Хилтон" на средневековой площади с видом на Замковый Холм. По другую сторону реки располагалось массивное серое здание парламента.

Поездка оказалась все же утомительной, и Марийка с Лайзой заказали ужин в номер, а около девяти часов обе спали, когда зазвенели колокола на башне церкви короля Матьяша.

В семь утра они уже завтракали в уютном кафе, смакуя крепкий черный кофе со свежеиспеченными булочками. Через час Ласло поджидал их в своем "ситроене", припаркованном прямо у стеклянных дверей отеля. Марийка и Лайза уселись на заднее сиденье.

— Миссис Вентворс, в агентстве мне сказали, что у вас есть своя туристическая программа. Что бы вы хотели посмотреть в первую очередь? — спросил Ласло.

— Мы никому не говорили, Ласло, о цели своего визита в Венгрию, но думаю, что вы можете нам помочь, — я расскажу вам о причине нашего путешествия, — ответила Марийка. — Мой отец, которого я никогда не знала, был венгром, а приемный отец-американец умер в декабре прошлого года. Он рассказал мне, что мой настоящий отец погиб во время войны, а мать скончалась очень молодой и не знала ничего о семье своего возлюбленного Иштвана Бокани, кроме того, что он был родом из местечка Дьёидьёш, — вот и вся история. Мне бы хотелось побольше узнать о нем, возможно, найти кого-нибудь из родных и съездить в город, где он родился.

— О, миссис Вентворс, необычная история! Я знаю этот город, Венгрия небольшая страна, и мы доедем туда за несколько часов.

Всю дорогу до Дьёидьёша Марийка молчала, а Ласло и Лайза болтали о студенческой жизни в Штатах и Венгрии. Лайзе понравился этот красивый парень, бегло говорящий по-английски.

Дьёидьёш оказался небольшим провинциальным городком, живущим повседневными заботами. На центральной площади стояла красивая старинная церковь, окруженная цветочным газоном. Марийка с Лайзой любовались домами, сохранившимися, наверное, с XIII–XIV веков. Они оставили машину на площади и узкими улочками направились в сопровождении Ласло на поиски неведомой конторы, где им могли бы дать хоть какую-то информацию.

Наконец Ласло нашел то, что искал. Они вошли в обшарпанное конторское помещение, заставленное шкафами, поцарапанными столами и ветхими стульями. Ласло объяснил, что "две важные американские дамы" хотят получить информацию, и главный регистратор, женщина лет сорока с невыразительным лицом и тусклыми глазами, вызвалась им помочь.

Ласло попросил показать книги регистрации рождения и смерти. К их удивлению, любезная регистраторша заговорила на английском.

— Когда родился ваш знакомый? — спросила она Марийку.

— Думаю, примерно между восемнадцатым и двадцать третьим годами.

— Как его звали?

— Иштван Бокани.

Минут пятнадцать она листала ветхие желтые страницы, тщательно ведя пальцем по строкам записей.

— Я нашла одного Бокани, — сказала она.

У Марийки перехватило дыхание. Ласло перевел ей запись:

"Бокани Иштван. Дата рождения: 4 октября 1920 года. Место рождения: Дьёидьёш. Родители: Томаш и Вера Бокани". В последней колонке Ласло прочитал: "Умер во время войны в декабре 1944 года".

— Больше мы здесь ничего не узнаем, миссис Вентворс, — сказал Ласло, переговорив с регистраторшей по-венгерски.

Она поискала в книгах записи о других Бокани, но ничего не нашла, видимо, они родились в других местах.

— Она говорит, что есть возможность, правда, шанс небольшой, что владелец местного ресторанчика, который примерно тех же лет, может быть, что-то вспомнит.

Они быстро нашли ресторан, и Ласло минут пять разговаривал с хозяином, затем записал на салфетке его имя и адрес.

— Нам нужно снова вернуться на центральную площадь, — сказал американкам Ласло.

Они отыскали домик за длинным каменным забором, свежевыкрашенным известью и обросшим хмелем. Рядом в гараже мужчины возились с автомобилем, на узкой улочке сидели, разговаривая, у дверей домов женщины. Ласло спросил, где он может найти человека по имени Латки. Кто-то позвал седовласого старика с загорелым лицом в рабочих штанах, заляпанных краской.

"Да, он примерно тех же лет", — подумала Марийка.

Ласло разговорился со стариком, несколько раз в их беседе звучала фамилия Бокани. Старик позвал их в свой дом, где познакомил с женой в окружении целого выводка черных смешных щенят.

— Этот человек знал Иштвана Бокани, — сообщил Ласло. — Я не стал ему говорить, что вы — дочь Иштвана. Он думает, что вас кто-то из друзей просил найти своего родственника.

— Продолжайте, — взволнованно попросила Марийка. — Перескажите, что вы от него узнали?