Эмили Гиффин - Суть дела

— И что случилось? — с улыбкой спрашивает Роми.

— Я вышла за него замуж, — смеюсь я, шутя лишь наполовину.

— Да, конечно, — говорит Эйприл и поворачивается к Роми. — У Тессы идеальный брак. Они никогда не ссорятся. И он будет все выходные присматривать за детьми, чтобы она смогла поехать в Нью-Йорк и поиграть.

— Он может в одиночку справиться с детьми? — изумляется Роми.

Я начинаю объяснять, что я подрядила Кэролайн прикрыть промежутки между моим отъездом завтра днем и его возвращением с работы, а также на время его отлучки в выходные, но Эйприл отвечает за меня, разливаясь вовсю:

— Он так ловко управляется с детьми. Самый лучший отец. Говорю вам, у них идеальный брак.

Я смотрю на нее, недоумевая, почему она так усердно пытается меня превознести — моих детей, мою игру в теннис, теперь мой брак. Я это ценю, но у меня такое ощущение, будто она таким образом что-то пытается сгладить, скорее всего неважное первое впечатление, которое я произвожу. Хотя приятно знать, что Ник оставляет след в памяти. В своей хирургической робе.

Роми и МК смотрят на меня с тоской, заставляя чувствовать себя обманщицей наподобие Джун Кливер[22], если вспомнить, на что были похожи последние несколько недель в моем доме.

— Идеальных браков не бывает, — говорю я.

МК энергично качает головой.

— Не бывает, — подтверждает она, словно имеет богатый опыт.

Мы все умолкаем, как будто бы размышляя над своими отношениями, пока не раздается голос Роми:

— Кстати... вы слышали про Тину и Тодда?

— И слышать не хочу. — Эйприл закрывает уши ладонями.

Роми делает драматичную паузу, потом шепчет:

— С девушкой по вызову.

— Господи. Ты шутишь, — говорит Эйприл. — Он же казался таким приятным человеком. Ради всего святого, он же помогает в нашей церкви!

— Да. Конечно. Может, он заодно крадет с подноса для пожертвований.

МК спрашивает, один ли раз это у него было, и Роми, повернувшись к ней, резко отвечает:

— А это что-то меняет?

— Полагаю, нет,— отвечает МК и последним, долгим глотком приканчивает свой шейк.

— К вашему сведению, нет. Это было у него не один раз. Оказывается, он занимался этим много лет. Совсем как... ну как же его звали, тот губернатор штата Нью-Йорк?

— Элиот Спитцер, — подсказываю я, вспоминая, как неотрывно следила за тем скандалом с проститутками, и в особенности за его женой Сильдой. Я восхищалась ею, когда она стояла позади него на помосте с красными, опухшими глазами, с видом полного поражения и позора, пока он каялся и заявлял о своей отставке по национальному телевидению. В буквальном смысле слова горой стояла за своего мужчину. Я гадала, долго ли она выбирала, что надеть в то утро. Нашла ли в Интернете означенную проститутку, разглядывала ли ее фотографию в сети или в таблоидах. Что говорила подругам. Своим трем дочерям. Своей матери. Ему.

— Тине по крайней мере не нужно стоять перед лицом всей нации, — заявляю я. — Можете это себе представить?

— Нет, — отвечает Роми. — Не могу представить, чтобы эти женщины вот так же пошли на телевидение.

— Да, — соглашается Эйприл. — Я бы сразу его бросила.

МК и Роми соглашаются с ней, а затем все они смотрят на меня, дожидаясь моего вклада в обсуждение данного вопроса, не оставляя мне выбора, кроме полного с ними согласия. Что и есть на самом деле. Во всяком случае, мне так кажется.

— Вам труднее было бы простить мужу проститутку или роман? — как будто читая мои мысли, спрашивает Эйприл.

МК фыркает.

— Сгореть заживо или утонуть? — затем поворачивается к Роми: — Прости, дорогая. Неудачно подобрала слова. Черт. Всегда я что-нибудь ляпну...

Роми уныло качает головой и похлопывает МК по руке.

— Ничего, дорогая. Я знаю, что ты имела в виду. — затем она теребит свое бриллиантовое кольцо, дважды поворачивает его на пальце и говорит: — Я бы никогда не простила Дэвида, если бы он переспал с проституткой. Это настолько отвратительно. Я бы не смогла простить ничего столь подлого. Пусть уж лучше он в кого-нибудь влюбится.

— Правда? — удивляется МК. — Мне кажется, я бы смогла пережить что-то физическое... ну, не проститутку, конечно, но чисто физическое, разовое приключение... Но если Рик действительно кого-то полюбит... это совсем другая история.

Эйприл как будто задумывается, а потом спрашивает меня:

— А что больше тревожит тебя, Тесса? Классный секс или любовь?

Я секунду раздумываю, потом говорю:

— Это зависит...

— От чего? — интересуется Роми.

— От того, не занимается ли он классным сексом с девушкой, которую любит.

Они смеются, а я думаю о присланном Нику сообщении, меня даже подташнивает, и я надеюсь, что мне никогда не придется выяснять, как же именно я поступлю в любом из приведенных случаев.

ВЭЛЕРИ: глава двадцать восьмая

У Чарли Андерсона багровое лицо пришельца.

Вэлери знает, что эти слова навсегда отпечатаются в его сознании, станут частью его неизгладимой жизненной истории вместе с Саммер Тернер, девочкой, которая убедила его снять маску и показать ей шрамы, а потом сделала это жестокое заявление, вызвавшее смех троих детей, и среди них — Грейсона.

Это случилось в пятницу, на первой неделе возвращения Чарли в школу, как раз в тот момент, когда Вэлери наконец-то настроилась оптимистически. Не совсем, конечно, но уже считала себя вне опасной зоны. Она только что успешно оспорила предложение об упрощенном делопроизводстве в присутствии судьи, общеизвестного своими женоненавистническими взглядами, и покидала здание суда с обновленным чувством уверенности в себе, которое приходит с успехом, с ощущением своей способности к чему-либо. Жизнь возвращается в нормальное русло, подумала она, доставая из сумки ключи и проверяя сотовый, и увидела четыре пропущенных звонка: два Ника и два из школы. Она выключила телефон всего час, таковы правила в суде, и хотя представляла, что всякое может случиться за столько короткий промежуток времени, но не думала, что это действительно произойдет. Рисуя в своем воображении новый несчастный случаи и зная, что от Ника она быстрее добьется ответа, чем от армии школьных секретарей, Вэлери не помня себя села за руль и набрала номер Ника, приготовившись к его медицинскому отчету.

— Привет, — ответил Ник таким тоном, который подтвердил Вэлери: звонки были связаны с Чарли и действительно кое-что произошло, но не такое страшное, как она боялась. Паника слегка улеглась, и Вэлери спросила:

— С Чарли все в порядке?

— Да. С ним все хорошо.

— Он не поранился?