Александра Орлова - Золото для Агаты

— Где ты была? Ты с такой скоростью вчера из дома вылетела! Прямо пробка из шампанского! Я волновалась, звонила! И не надо говорить, что телефон разрядился, или что ты была у Беллы — и то и другое неправда!

И чего она разоралась? У меня итак пара через сорок минут начнется, а я еще ничего не собрала. Я отмахнулась и пошла наверх, к моему неудивлению, она пошла следом.

— Агата! Я же не сама с собой разговариваю! Леня мне ничего не объясняет, и ты туда же…

— Мам, все нормально, я жива и здорова! Что тебе еще надо? — Я быстро сбрасывала вещи в сумку, так, зубная щетка, конспекты на первое время, плеер.

— Действительно! Хоть скажи, у кого ты ночевала!

— У друзей.

— У каких?

— Не устраивай мне допрос! У хороших. — Она открыла рот, собираясь выдать еще тысячу вопросов, но я быстро глянула на часы и перебила ее. — Все, мне пора. Звони, тебе буду отвечать. Пока!

— Агата! — С каким-то полу истеричным криком проводила меня мама. Она и удивлялась моему уходу и, в принципе, была к нему готова. Я частенько грозилась собрать вещи и свалить куда-нибудь. Папаша у меня веселый, каждую неделю доводит. Думаю, вы успели это заметить. Вот только раньше я проводила ночь где-нибудь и возвращалась, а сейчас… не знаю, что будет потом, все слишком сложно. — Агата! — Еще раз окликнули меня у дверей. Я остановилась, готовая отстаивать свою правду силой. — Будь осторожна. — Мама поманила меня к себе, я сделала шаг и оказалась в ее объятиях.

Потом она с печальной улыбкой погладила меня по макушке и выпустила из квартиры. Я видела на ее лице все: горечь, жалость, сожаление и частицу гордости — ее дочка не терпит, она борется. Я улыбнулась ей и попросила не беспокоиться за меня, обо мне будет, кому позаботиться. Теперь точно пора в академию! Я не лектор, без меня лекцию начнут.

Я опоздала на первую пару. Ну и хлор с ней! Немного посидев в холле, я решила подняться на четвертый этаж на кафедру физики, надо посмотреть отработки, у меня ведь не может пройти семестр без косяков. Тащиться с тяжелой сумкой оказалось не самым приятным занятием.

— Решила заняться физкультурой? — Чья-то рука задиристо хлопнула меня по макушке. И как можно, имея такие короткие ноги, бегать с такой дикой скоростью?!

— Ага, вон сразу с весом! — Разумов (а кто это еще мог быть?!) тут же обратил внимание на мою сумку. В его голове побежало электричество. Он соображает куда быстрее меня, думаю, пока я пишу это предложение, он прогнал всю логическую цепочку: она местная, домой ехать не может, куда-то собралась — куда?

— Долгая история!

Он отобрал у меня сумку и позвал с собой в кабинет. Мне в очередной раз налили чаю.

— А ты чего не на паре?

— Прогуливаю. — Он кивнул, совершенно не собираясь меня поучать. А я не выдержала и задала волнующий меня вопрос. — Что вы наговорили отцу?

— Переборщил?

— Не знаю, но он рассказал Белле и теперь… — Светлые глаза уперлись в меня, прекрасно понимая, в какую яму я загнана.

— Извини, если я могу тебе помочь…

— Вы здесь не при чем. Думаю, мне придется самой во всем разобраться, и… — я бросила беглый взгляд на свою сумку. — Пожить немного у друзей.

— Это ты Золотухина так называешь? Будешь ему заранее колки сдавать?

— Нет! У вас буйная фантазия. — Я попыталась приподняться и поняла, насколько от тяжелой сумки у меня болит спина. Рука непроизвольно потянулась к пояснице, я поморщилась.

— Золотой переусердствовал? — Ухмыльнулся он.

— Александр Сергеевич!

— Да шучу я. — Я повторила свой вопрос по поводу сказанного им отцу. — Да что сказал? Сказал, что нам было хорошо, повыдумывал немного.

— А я тут, кстати, ляпнула, что мы наврали с три короба. Со злости. Так что…

Разумов только покачал головой.

— Я уже свыкся с ролью коварного соблазнителя.

Меня передернуло, что повеселило его еще больше. Он сказал, что давно нужно было поговорить с Леней относительно его воспитательных мер. Я только хмыкнула: ничего из этого не выйдет. Поблагодарив за чай, я понеслась вниз на вторую половину лекции. Сумку БХ любезно разрешил оставить у него.

Глава 24. Решение

Я вернулась к Мише уже с вещами. Весь вечер он помогал мне располагаться и обустраиваться. Мне было немного некомфортно — все-таки у него жена дома, а тут я со своими вечными проблемами и претензиями на его честность. Я поделилась с Мишей своими волнениями. Он только выдохнул, выкладывая на стол еду из холодильника и тем самым помогая Лере с ужином.

— Не веришь мне, сама поговори с Лерой. — Сказал он. На мой удивленный, я бы даже сказала шокированный взгляд, Миша только пожал плечами и объяснил, что взрослые девочки все свои проблемы решают сами. И, конечно, он считает, что уход из дома не выход, а просто способ ненадолго абстрагироваться и обдумать сложившуюся ситуацию.

Немного поразмыслив, я в очередной раз поняла: он прав. И почему моих скудных извилин и борозд не хватает на соображательную деятельность? Я напросилась помочь тете Лере накрыть на стол.

— Вы уверены, что я вам не помешаю? — Тихо спросила я. В такие моменты меня охватывала ложная скромность. Мне порой казалось, окажись я действительно с Мишей в постели, я бы тоже застеснялась.

Тетя Лера с какой-то странной нежностью посмотрела на меня.

— Миша сказал, ты напоминаешь ему Славу в ее возрасте. Та же настырная девчонка с претензиями на внимание. — Я чуть не поперхнулась воздухом. — Он тяжело сходится с людьми, Агата, но с твоим появлением как-то оживился. — В очередной раз мои щеки стали нежно-розовыми. — Ты для него третья дочка. — Улыбнулась тетя Лера. — Это странно, но я тоже чувствую что-то подобное. Ты словно должна была здесь оказаться.

Я закусила губу, представляя, какой бы была моя жизнь, если бы я была дочкой Миши. Агата Михайловна Золотухина. Сложился бы мой выбор в сторону меда? Может, я училась бы сейчас на стоме и хотела, как и папа, стать челюстно-лицевым хирургом?

— Я понимаю, это не мое дело, — перебила мои мысли Лера, — но мне не дает покоя твой… уход из дома. Все так печально, как обрисовал Миша?

Интересно, как обрисовал это Миша? Я пожала плечами.

— У нас с отцом слишком разные точки зрения на вещи. Я не в первый раз ухожу из дома. — Просто раньше мне было некуда пойти. Еще никто не называл меня своей семьей. Я почувствовала, как защипало в уголках глаз. Отец ни разу не говорил мне, что любит меня. Он не обнимал меня в детстве, не хвалил почти. И чего удивляться? Влечение к взрослым мужчинам — следствие психологической травмы в виде нехватки отца. Для девочки это важно. Миша пытается стать мне именно отцом, а не любовником, а я всеми силами ищу возможность совместить это. — Спасибо вам, не знаю, что бы я делала без вас…