Дженнифер Крузи - Без ума от тебя

— Может, все-таки навестить тебя?

— Не надо, — повторила Куинн. — Справлюсь сама. У меня тоже есть маникюрные ножницы.

— Держи меня в курсе, — сказала Зоя.

— Непременно, — пообещала Куинн.

— Чем закончилось твое свидание с Барбарой? — спросил у брата Ник, явившись утром на работу.

Макс что-то буркнул и скрылся в конторе.

— Ты у нее четвертый! — крикнул ему вслед Ник, желая выместить на ком-нибудь ощущение собственного ничтожества. — В ближайшее время Барбаре придется наладить учет, как в универмаге.

Услышав, что Макс грохает выдвижными ящиками, Ник испытал самое острое удовольствие, какое только позволяло ему нынешнее угнетенное состояние.

— Вам, ребята, пора организовать клуб, — громко продолжал он. — На первом заседании ты встанешь из-за стола и скажешь: «Меня зовут Макс. Мой номер…»

— Зачем ты обливаешь меня помоями? — осведомился Макс, показываясь в дверях конторы.

— Из-за Дарлы, — ответил Ник. — Я ее люблю.

— А я нет, — отрезал Макс.

— Врешь. Если бы тебе было плевать на нее, ты бы так не бесился. И уж конечно, не стал бы так по-дурацки распушать хвост.

— Я не спал с Барбарой. Мы съели пирог, и я отвез ее домой. Она самая скучная женщина из всех, с кем я был знаком.

— Это оттого, что ты так долго прожил с Дарлой, — заметил Ник. — Твоя жена отвечает самым высоким стандартам.

— Отстань, — бросил Макс, и это было последнее человеческое слово, которое услышал Ник до той поры, когда три часа спустя в мастерской появилась Куинн.

— «Флитвуд Мэк», — выдохнула Куинн и с нескрываемым удовлетворением уставилась на Ника. Он с такой прытью отшатнулся от «хонды», что ушибся головой о капот.

— Что? — Ник потер затылок и посмотрел на Куинн. — Зачем ты меня испугала? Откуда ты? Я думал, ты в школе.

— Я отпросилась. У меня обеденный перерыв. И перестань увиливать. Ты уделал меня под «Флитвуд Мэк».

Ник взял Куинн за руку.

— Давай-ка отойдем в сторонку.

Когда они добрались до дальнего угла гаража, Куинн сказала:

— Мне казалось, что я не такая, как другие.

— Так оно и есть. Но о чем ты толкуешь? Кто это — другие?

— Другие женщины, которых ты… — Куинн умолкла, подбирая слово, которое прозвучало бы не слишком грубо, но и не слишком завуалированно.

— Ты отличаешься от всех женщин, которые у меня были, — мрачно заверил ее Ник. — Отчасти из-за этого я так долго не решался прикоснуться к тебе.

— Что ж, рада наконец вступить в клуб.

— Что за чушь ты несешь? — Ник нахмурился. — Ты знала, что я не девственник. Чего же так напрягаешься?

Куинн помолчала, боясь, как бы дрогнувший голос не выдал ее.

— Ты и с Зоей спал под «Флитвуд Мэк».

— Черт побери, я со всеми сплю под «Флитвуд Мэк»… — Ник поморщился. — Давай-ка я попробую выразить это другими словами. — Но тут до него наконец дошло. — Ты рассказала Зое?

— Как же я была глупа, полагая, что отличаюсь от других твоих подружек. До сих пор не могу этого уразуметь.

— Я тоже, — отозвался Ник. — Ты сердишься из-за того, что мне нравится заниматься любовью под «Флитвуд Мэк»? Ради Бога. Подбери другую музыку. Я готов проявить гибкость. Между прочим, ты сама поставила этот диск. — В его голосе не было и следа раскаяния, только сарказм. — Надо же — проболтаться Зое!

Его насмешка разозлила Куинн.

— Да уж, в гибкости тебе не откажешь. Зоя упоминала и об этом. К тому же ты, похоже, научился растягивать удовольствие.

Ник бросил на нее свирепый взгляд.

— Когда я познакомился с Зоей, мне было восемнадцать лет, так что оставь свою язвительность при себе.

— Помимо всего прочего, — беспощадно-оживленным тоном продолжала Куинн, — мы сравнили свои впечатления и пришли к выводу, что ты ни капли не изменился.

Ник закрыл глаза.

— Не желаю ничего знать о ваших пересудах.

— Следовало подумать об этом прежде, чем включать проигрыватель, болван ты этакий. — Куинн смотрела на него в упор. — До сих пор не могу поверить, что оказалась лишь одной из многих.

— Ты не похожа на других. Ты совсем особенная. Во-первых, ни одна женщина не пресмыкалась передо мной так, как ты.

— Минутку, минутку!

— Во-вторых, именно ты включила музыку, а не я. Ты обрезала волосы, пришла ко мне без лифчика и поставила «Обними меня».

— Да, это моя вина. — Куинн подавила желание схватить гаечный ключ и огреть Ника, возникшее в основном потому, что он был прав. Если бы она держалась подальше от его квартиры…

— А потом позвонила Зое, — продолжал Ник. — Наверное, она уже затачивает свои ножницы. — Он облокотился о машину. — А знаешь, ведь я здесь ни при чем.

— Это почему же?

— Все это произошло из-за того, что ты хочешь походить на сестру. — Ник хмуро посмотрел на нее. — Тем вечером, на тахте, ты призналась мне в этом. Ты переспала со мной только потому, что и Зоя спала со мной.

— Это неправда. — Куинн свято верила собственным словам. — Я действительно захотела тебя. А ты, черт побери, по-настоящему захотел меня. — В ответ Ник лишь покачал головой с таким видом, будто Куинн внушает ему отвращение, и она продолжала: — Отлично. Я хочу одного — чтобы ты понял, о чем идет речь. Больше это не повторится.

— Вот и прекрасно, — отозвался Ник, и его слова больно укололи Куинн.

— Я рада, что ты так легко отнесся к этому. Мне удалось здорово изменить твою жизнь, верно?

— Мне было хорошо с тобой. Пришлось здорово попотеть, но мне было хорошо. Не хочу с тобой ссориться, но не хочу также быть этапом на пути к твоему превращению в Зою.

Ник повернулся к автомобилю, и в ту же секунду Куинн пнула его по ноге.

— Эй! — крикнул он, массируя голень.

— Тебя еще ждут маникюрные ножницы, — сказала Куинн и быстро вышла из мастерской.

Ник смотрел ей вслед, поглаживая ногу и пытаясь убедить себя в том, что все завершилось благополучно. Куинн лягнула его, как лошадь копытом. Хороший знак: больше его не будут бить. И еще одно преимущество: теперь ему не придется просыпаться, укоряя себя за то, что он трахнул женщину, которая была его лучшим другом. Больше не придется вспоминать, какое наслаждение он получил, занимаясь с Куинн любовью, внушая ей страсть к себе, а потом провожать ее взглядом, терзаясь мыслями о том, как мерзко он с Куинн поступил…

Нет, Нику очень повезло в том, что Куинн сама порвала их связь, избавив его от необходимости сделать первый шаг. Итак, у него выдался удачный день.

— Что стряслось? — послышался сзади голос Макса.

— Так, пустяки. — Ник выпрямился и, прихрамывая, поплелся к автомобилю.

— Не видел, чтобы Куинн когда-нибудь так бесилась, — с явным удовольствием заметил Макс.