К. Борджиа - 11 дней и ночей

– Слушай, ты забыла у меня свои трусики…

– Ну и что? Ты не рад?

– Рад, но я прихватил их с собой.

– Глупый, зачем? – Она уже смеялась.

– Чтобы вернуть тебе. Мы встретимся сегодня?

– Когда скажешь.

– Я постараюсь закончить пораньше.

– Замечательно. Во сколько тебе перезвонить?

– Давай я тебе сам позвоню. Или ты забыла, что дала мне телефон?

– Я могу быть не дома.

Он помолчал, наверное, раздумывая. Когда он снова заговорил, голос его звучал как-то по-другому.

– Хорошо, я жду твоего звонка в пять, нет, в половине пятого.

– Я позвоню.

Стефания повесила трубку и блаженно потянулась.

Теперь можно было вставать и не спеша завтракать. На сегодня она свободна от «Мотылька» – накануне удалось договориться о выходном по причине горящей рукописи, которую ей предстояло очень скоро сдать в издательство.

Когда они встретились в Центральном парке в половине шестого, Рич смотрел на Стефанию как-то подозрительно. Так, будто разыскивал в ее внешности следы новых переживаний, которые она наверняка испытала в то время, пока они не были вместе. То есть пока она была где-то еще, с кем-то еще…

Стефания этой внимательности к себе вовсе не заметила.

– Ну, так где же мои трусики? – первым делом поинтересовалась она.

– Что, прямо здесь?.. – Рич опасливо огляделся.

Они сидели на скамейке довольно далеко от прогуливающихся целыми семьями ньюйоркцев, зато те были повсюду.

В ответ на ироничный взгляд девушки он вынул из кармана брюк крохотный черный комок и протянул ей.

– Ты очень заботлив, Рич.

С этими словами Стефания встала со скамейки и начала не спеша залезать в любимые трусики. При этом она смело задрала подол юбки до самого пупа.

«Господи, да ведь она все это время была голой!» – мелькнула у Рича дрожащая мысль.

Одернув юбку, Стефания снова села.

Глядя на нее, Рич едва слышно проронил:

– Я боюсь женщин.

– Меня тоже?

У Стефании оставался игривый тон, но глаза смотрели серьезно и как-то даже грустно.

– Да… Не знаю. Стефания…

– Да.

– Послушай. – Он отвел взгляд от по-вечернему прекрасного лица девушки, словно и в самом деле призывая ее к чему-то прислушаться. Между тем он продолжал, глядя теперь на прогуливающиеся среди зелени фигурки: – К черту их всех, а? Я не стану врать, что долго об этом думал, но, Стефания, давай будем вместе.

Их взгляды встретились и высекли резвую искорку.

– Хорошо. – Стефания легко вскочила со скамейки и протянула Ричу обе руки. – Тогда поехали!

– Дорогая моя, тебя не было целых два дня вместо оговоренного одного! Что случилось?

Стефания молча прошла в контору, всем своим сияющим видом давая понять, что опасения относительно ее самочувствия совершенно беспочвенны. Она даже помолодела, если в ее возрасте вообще можно помолодеть.

– Я была с Ричардом, – заявила она, когда почувствовала, что хранить молчание и дальше уже невозможно.

– Кто это? – не сразу поняла ее Дороти.

Стефания подошла к своему столику и стала рыться в бумагах, вырезках из журналов и прочем мусоре, предоставляя Дороти возможность догадываться самой.

– Постой-ка! С нашим мальчиком-компьютерщиком?

– Кстати, не такой уж он и мальчик, – заметила Стефания.

– Да уж, конечно, тебе виднее! Погоди, ты что, серьезно? – Только сейчас Дороти заметила, что при наличии прежнего блеска в глазах взгляд Стефании сделался каким-то отсутствующим. – Ты звонила домой?

– Собираюсь. А что, Баковский тревожил?

– Нет, твоя подружка.

– Сисли? А он?

– Она сказала, что он в отъезде.

– В самом деле? Вот и прекрасно! Тогда мне пока там вообще нечего делать. – Стефания подмигнула Дороти и заспешила обратно к выходу. – Позвоню, когда сама пойму, что происходит. Надеюсь, ты не в обиде.

– Но… Стефания!

Выбежавшая на улицу девушка уже не слышала ее.

– Иди ко мне, Рич! Где ты там? – донесся из-за открытой двери ванной голос Стефании. – Мне ску-у-учно…

– Иду-иду! – отозвался Рич, залистывая записную книжку девушки, которую по-шпионски разыскал среди прочих мелочей в маленькой сумочке и из которой торопливо переписал ее домашний адрес. – Уже иду.

Сильнее любви оказался только неоконченный роман. Стефания убеждала себя в том, что именно он и явился поводом, чтобы вернуться, а вовсе не приезд из командировки Баковского.

Сисли осталась верной подругой, и как ей ни было тяжело самой, она ничего ему не сказала. Снова была ночь дикой страсти.

Баковский раздел Стефанию донага, буквально порвав на ней одежду, и привязал за руки и за ноги к перекладинам кровати.

Ему, видите ли, захотелось разыграть сцену изнасилования.

Приглашенная в качестве наблюдательницы Сисли сидела здесь же и созерцала не без скрытого удовольствия, как Баковский сначала берет ее подругу в послушно открытый рот, а потом ложится на нее плашмя и взнуздывает так, что все скрипит.

Это была и ее месть за несколько дней пренебрежительного отсутствия…

Наутро Баковский никуда не пошел, решив, вероятно, наверстать упущенное.

Стефания позволила ему удовлетворить нужду ранним утром, но потом гордо удалилась в душ, а когда вернулась, то строго-настрого запретила даже приближаться к себе.

– Да, дорогой, и без глупостей, пожалуйста! Тебе и так уже давно пора прекратить злостно меня трахать. Утихомирься, будь любезен. Тетушке Стефании нужно поработать.

Баковский примирительно пожал плечами, но во взгляде его по-прежнему сверкали хищные искорки. Была середина дня.

Стефания сидела в домашнем халатике за компьютером. Она добралась до предпоследней главы, когда в дверь позвонили.

– Я открою, – сказал Баковский и вышел. Через минуту он вновь появился в спальне.

– Кто там еще? – спросила Стефания. Молчание заставило ее оглянуться.

Рядом с Баковским стоял Рич и мял в руках кожаную папку.

– К тебе, – многозначительно сообщил Баковский.

– Меня зовут Ричард, – сказал Рич. – Я занимаюсь составлением компьютерной программы для агентства «Мотылек». Простите, не мог бы я оставить вам вот этот вопросник? В нем не должно быть ничего для вас сложного. Просто нужно прочитать и заполнить. Если возникнут какие-нибудь вопросы, позвоните мне. Хорошо?

– Хорошо, – ответил за Стефанию Баковский.

Взять у Рича папку она ему, однако, не позволила, поднявшись и немногословно поблагодарив за внимательность.

– Кто этот парень? – слегка повысил голос Баковский, закрывая за Ричем дверь.

– Кажется, он все сказал членораздельно! Даже ты мог понять.

– Почему такие нервы, дорогая?