Джулия Баксбаум - Расскажи мне три истории

Мам, я скучаю. Люблю тебя.

– Не знаю, не знаю, – отвечаю я и задумываюсь. – Я не вижу Лиама в этой роли. Он милый и все такое, но… с ним все как-то неловко. Ладно. Знаю, звучит странно, да и я излишне придираюсь. Мне вообще следует радоваться, что я хоть кому-то нравлюсь…

– Да ладно, это же смешно. Если тебе он не нравится, то не нравится. Я не говорю, что ты должна отчаиваться. Просто хочу сказать, ты можешь не видеть того, что находится прямо у тебя под носом. Как у нас с Адамом. – Я смеюсь, ничего не могу с этим поделать. Адам и Скар. Скар и Адам. Все это так мило. – Ладно. Смейся. Можешь повеселиться сейчас. Все равно я не собираюсь с ним расставаться.

– Тили-тили-тесто, жених и невеста. По полу катались, крепко ЦЕ-ЛО-ВА-ЛИСЬ. Тесто засохло, а невеста сдохла.

– Не приведи господь.

Вот что я хочу сказать, хотя это звучит странно, даже в голове: «Лиам иногда заставляет меня чувствовать себя заметной, но никогда по-настоящему не видит. А я хочу, чтобы меня видели по-настоящему». А может это еще одна причина, почему я не думаю, что Лиам – это НН. Потому что НН видит меня настоящей. Я в это верю. Он понимает, через что я прохожу. У нас есть связь.

– По поводу секса. Хочешь про это поговорить? – спрашиваю я. Секс – вопрос «быть или не быть» – единственная часть ее отношений с Адамом, которую мы еще не разобрали по косточкам до малейших подробностей.

– Я хочу это сделать. А если быть точной, мое женское начало определенно хочет. Но что если я плоха в сексе, или вызову у него отвращение, или, ну, знаешь, залечу?

– Помнишь уроки по половому воспитанию в прошлом году? С презервативами? Банан. Пенис. Одна херня, так? Вот поэтому ты не вызовешь у него отвращение.

– Пусть даже я разберусь со всем этим и надену на него презерватив, они могут порваться, или не сработать, да мало ли что. Я могла бы перейти на таблетки, но не знаю, как это сделать, не поговорив с мамой, а она с ума сойдет.

Взор Скар устремлен вдаль. Такой разговор лучше вести с головами, повернутыми параллельно. Избегая зрительного контакта.

– Адам не торопит тебя? Ты с ним это обсуждала? – интересуюсь я.

– Не особо. В смысле, я знаю, что он готов: сделать это, а не обсуждать. Хотя, уверена, Адам готов и к обсуждению.

– Почему бы тебе просто не подождать и не посмотреть, куда все приведет? Возможно, он тоже девственник. И если твоя мама увидит, что вы вдвоем постоянно вместе, быть может, она сама поднимет этот вопрос.

– Ты же знаешь маму?

– Не знаю. Ты не обязана принимать решение прямо сейчас.

– Думаешь, не обязана? – спрашивает она.

Так странно видеть ее такой. Уязвимой, сомневающейся. Влюбленной. Я думаю, что сказала бы мама, полагаю, мы были бы довольно близки и обсуждали бы такие вещи, если б она была жива. Хотя, скорее всего, нет. Что-то меняется, когда тебе исполняется шестнадцать. Ваши родители становятся не союзниками, а скорее препятствием. Наверное, я единственный подросток в мире, который ничего так не хотел, как быть наказанным мамой. Для меня это бы не было наказанием.

– Неважно, что я думаю. Ты должна делать то, что комфортно для тебя.

– Уклоняешься от ответа, Джесс.

Я хихикаю и пихаю ее локтем в бок. В голове возникает мысль, что прямо сейчас Скар нужна такая же подруга, как сама Скар, которая разложит все по полочкам и будет прямолинейна.

– Если быть предельно честной – знаю, забавно, что это говорю я, – ты слишком зациклилась. Расслабься. Делай, то, что захочешь и когда ты этого захочешь. Если ты готова, то вперед и с песней. Если нет, то все нормально. Сейчас это кажется огромным шагом, хотя, быть может, это не так. – Я звучу уверенно и мудро, такие слова я никогда себе не говорила, особенно в таком контексте. – Тебе просто нужно понять, боишься ли ты, потому что для тебя это первый раз – а в первый раз всегда немного страшно, да? – или потому что ты не готова. Тут не может быть правильного ответа.

– Говоришь прямо как я, – говорит Скар и все-таки поворачивает голову. Ее глаза застилают слезы, отчего мне становится грустно, потому что она должна быть счастлива. Она же получила то, о чем всегда мечтала – любить и быть любимой, – пусть даже все представляла себе немного не так.

– У меня был лучший учитель, – отвечаю я с улыбкой.

А потом одновременно, как прежние Скар и Джей, мы открываем дверцы машины и идем в магазин. В том же духе, до того момента, как все стало таким сложным, мы направляемся к бесперебойному автомату с газировкой в задних рядах.

Дри: Лиам приглашал тебя на свидание?

Я: Нет!

Постойте-ка, это ложь? Если мы с НН собираемся встретиться, это считается? При условии, что Калеб все правильно понял, и я причина расставания Джем и Лиама – не могу заставить себя назвать их Джемиамой, – следует ли мне рассказать об этом Дри?

– Не говори ей! – заявляет Скар, читая сообщение у меня над плечом, а заодно и мои мысли. Мы вернулись в подвал, и прекрасный вампир спасает беспомощную девочку-подростка от других кровожадных вампиров по тв. Мы поедаем попкорн. И моему счастью нет предела. – Серьезно, это только оскорбит ее чувства. И это не ложь. Лиам не приглашал тебя на свидание.

Дри: Думаю, пригласит. Ты ему нравишься.

Я: Меня это не интересует.

Дри: А если он окажется НН?

Я: Он не НН.

Дри: Но если это он?

Я: Дри!

– Она хочет, чтобы ты сказала, что не пойдешь с ним на свидание. А ты не можешь. Ведь если НН – это он, то тебе следует дать ему шанс. Так и сделай, – заявляет Скар с былой уверенностью. Вот это моя лучшая подруга, которую я помню: та, кто говорит правду без прикрас. – Если Дри твоя настоящая подруга, то она это поймет.

– Дри моя подруга, но дружим мы относительно недавно. Это другое. У нас еще нет полного доверия, понимаешь?

– Все равно.

– Лиам не НН.

– Да ладно. Это определенно он.

Я посылаю Скар улыбку, ведь так забавно, как она рассуждает о моих друзьях из Вуд-Вэлли, будто те герои сериала, где она делает ставки на то, каким будет следующий поворот сюжета. В некотором роде, я тоже так делаю. Иногда Вуд-Вэлли кажется мне вымышленной жизнью.

Дри: У Лиама нет сестры.

Я: Вот видишь.

Дри: Не знаю. Я все еще думаю, что Лиам это НН. И да, признаюсь. Я ревную.

Я: Пожалуйста. Не. Надо.

Дри: Хорошо. Я все равно люблю тебя. Поставлю на повтор «Девушку, которую никто не знает» и буду предаваться жалости к себе.

• • •

Тео: КАКОГО ЧЕРТА? Лиам бросил Джем из-за тебя?

Я: Кто тебе это сказал?

Тео: ВСЕ. Лиам такой СЕКСИ. Как ты этого добилась?