Каникулы влюбленного режима - Маша Брежнева

- Да что вы наговариваете на меня? Организовали женскую коалицию.

- А ты как думал? – ухмыляется Лина. – Ты не представляешь, как долго я ждала этого момента.

- Какого?

- Когда у тебя появится умная и серьезная девушка, вместе с которой мы сможем обсуждать тебя.

Закатываю глаза, но успокаиваюсь, понимая, что Лина так прикалывается. Я вижу, что Маша ей нравится, но подробные выводы сестра сделает после личного и более продолжительного общения. А сейчас нам, пожалуй, пора. Романтика загублена, а целоваться со мной в моей комнате, зная, что за стенкой сестра, Маша точно не будет, постесняется.

- Ладно, в другой раз обсудите. Мне пора возвращать Марью домой.

- Марья, как мило, – сестра смакует имя, словно пробует на вкус. – Рада была познакомиться.

- Взаимно.

- И мне правда жаль, что я испортила момент, Но идея спрятаться в своей комнате и сидеть там молча показалась мне не очень удачной.

- И не очень привлекательной, скажи честно, – не могу удержаться и опять комментирую. – Ты просто хотела познакомиться с Машей.

- Скажи еще, что это я все подстроила, – ворчит на меня Лина.

- Я, может, не самый умный, но и не до такой степени тупой. Ладно, мы погнали, я отвезу Машу и вернусь.

- Если ты не вернешься, я не обижусь, – то ли смеется, то ли на полном серьезе говорит сестра.

Ну, я был бы рад остаться на всю ночь с Машей и не возвращаться к себе, но пока мне такое явное не светит. Видимо, пока не заслужил.

Глава 34. Литр кофе и тебя

Маша. Спустя месяц

Герман Шацкий:«Сколько у тебя сегодня пар?»

«Сложный день, четыре пары подряд»

Герман Шацкий:«У меня по расписанию с третьей по пятую. Если дождешься, можем вместе поужинать где-нибудь»

Ох уж этот Шацкий со своей любовью где-нибудь позавтракать, пообедать, поужинать. Я понимаю, он привык к такому образу жизни, у него не было необходимости учиться готовить домашнюю еду, и любой поход в заведение он воспринимает как нечто само собой разумеющееся. Это я парюсь по поводу того, что окажусь в ресторане с гнездом на голове после занятия физкультурой, без макияжа и в первой попавшейся толстовке, которую я обнаружила в шкафу утром. К своему стыду, даже не погладила, потому что уже опаздывала, и выбежала из дома как получилось. А Герман у нас всегда выглядит так, словно его нужно брать и снимать на обложку глянца. Ну уж нет, не собираюсь я идти с ним куда-то как серая мышь.

«Если честно, я с утра не в духе, а впереди еще физра. Я даже есть фаст-фуд в таком виде не хочу»

Герман Шацкий:«Хорошо. Тогда просто подожди меня в универе, я заберу тебя, как освобожусь»

Надо же, даже согласился спокойно. Не все сразу, но постепенно он учится спокойнее реагировать, когда я не согласна с ним и хочу сделать по-своему. Не скажу, что все легко и просто, но за два месяца нашего знакомства мы достигли огромного прогресса в отношениях.

Если я изначально переживала из-за своих мыслей, что мы будем мало видеться в остаток летних каникул, то зря я это делала. Весь август мы провели вместе, гуляя, встречаясь с друзьями из лагеря и компанией Германа, еще была очень милая и приятная посиделка в формате проводов Лины в Москву. Да, она все-таки поступила в магистратуру столичного вуза и переехала. Герман летал в Москву с ней, чтобы помочь обустроиться на съемной квартире, но этот процесс занял всего пару дней. Остальное же время парень практически от меня не отлипал. И да, уже пару недель он официально живет один, правда, за это время я была у него дома два раза.

Ведь наступила осень, началась учеба и вместе с ней жуткая несостыковка наших университетских графиков. У меня пары начинаются с утра, у Германа обычно не раньше обеда и до самого вечера. Так еще и готовиться к занятиям нужно, и какие-то свои дела успевать решать. У Шацкого хотя бы пятидневка, а у бедных-несчастных будущих филологов весь первый семестр стоят пары в субботу. Так что с началом учебы мы практически не успеваем видеться.

И для встречи Гер умудрился выбрать именно тот день, когда я выгляжу хуже всего! Да, я не тот человек, который жутко парится из-за внешнего вида и не покажется на людях без укладки и модного образа. Но рядом с парнем, который тебе нравится, хочется быть красивой. Постоянно. Поэтому я и рада, что мы сегодня увидимся, и одновременно расстроена, что уже никак не могу лучше подготовиться к свиданию. После своих занятий захожу в буфет как раз к самому его закрытию, успеваю перекусить и выпить чаю, а потом отправляюсь в электронный читальный зал библиотеки, чтобы начать подготовку к будущим семинарам. Время проходит незаметно.

Юрфак располагается в соседнем корпусе, но Герман за четыре года учебы в нашем университете научился как следует ориентироваться во всех зданиях. Где меня искать, он тоже догадывается, даже не спрашивая. Поэтому в какой-то момент я отрываюсь от монитора, чтобы глаза хоть на минутку отдохнули, и вижу знакомые кудри в метре от меня.

- Теперь тебя можно украсть от твоих умных книг? – Шацкий улыбается и смотрит на меня своими вечно пронизывающими голубыми омутами. – После духовной пищи мне захотелось настоящей. И литр кофе. И тебя, конечно.

- Зная тебя, могу точно сказать, что больше всего из этого ты хочешь кофе. У тебя зависимость, – специально перевожу разговор в более безопасное русло, чтобы не разгонять его последнюю мысль, что он хочет и меня тоже.

В последние дни намеков об этом стало уж слишком много, и они варьируются по разным степеням прозрачности.

- Я даже не отрицаю. Глупо отрицать правду. Кстати, есть две новости, плохая и хорошая, но одна вытекает из другой.

- И какие же?

- Папа все-таки берет меня на работу, хотя изначально не собирался, пока я не стану магистром.

- Это ведь хорошая новость? Я тебя поздравляю!

- Да, это хорошая. Плохая заключается в том, что я еще реже смогу видеть тебя из-за отсутствия свободного времени. А я и сейчас все время скучаю.

- Все-таки выработалась привычка у тебя за те три недели в лагере? – опять подкалываю его, никак не настраиваясь на его романтическую волну.

Кажется, переборщила. Герман хватает со спинки стула мою сумку, резко поднимается с места и нависает надо мной.

- Пойдем-ка. Хватит болтать, моя дорогая русичка.

О да, он по-прежнему меня так называет. А иногда, пусть и совсем редко, – фиалочкой.

Вздохнув, но с