Будет больно, моя девочка (СИ) - Мария Николаевна Высоцкая

в этом признаться. Я отнекивалась, содержательного разговора не получилось.

Выхожу из ванной и завернувшись в отельный махровый халат, забираюсь на кровать. На улице уже стемнело и даже включили ночную иллюминацию. Из окна отеля открывается шикарный вид на Невский проспект.

Класс через час выезжает на ночную экскурсию по городу. Мы с Мейхером за свой побег остаемся в отеле. К тому же если мы из него выйдем, то сразу же вернемся в Москву прямиком к родителям, потому как классной не нужны все эти проблемы. Марта была настроена очень решительно, а домой я пока возвращаться не хочу. Мне нужно еще немного времени, чтоб решиться на разговор с мамой и папой.

Включаю висящую на стене плазму, а потом запускаю влог любимой блогерши. Особо не смотрю, больше слушаю и занимаюсь своими делами — тупо лежу на кровати и залипаю в телефон. Листаю ленту, а потом осознаю, что какого-то черта уже минут двадцать тусуюсь на страничке Арса. Рассматриваю фотки, короткие видео, и опять кусаю губы. Перед глазами почему-то сразу встаёт его татуировка. На спине.

Красное круглое солнце и самурай. Мне показалось, что самурай, земля у ног которого усыпана катанами и стрелами. Но неизгладимое впечатление произвело то, что у него в груди зияет огромная дыра, из которой произрастает мощная ветка сакуры…

Я была под впечатлением не только этим. Не хочется признаваться, но его объятия и желание поцеловать, все это тоже меня очень тронуло. Сердце моментами трепещало.

Ужасаясь происходящим, блокирую телефон и откидываю его в сторону. Вскакиваю с кровати, натягиваю велосипедки, топ, а поверх длинную футболку. Слышу шум в коридоре, это точно наши идут на экскурсию. Вряд ли кто-то из гостей отеля будет так же громко орать.

Какое-то время неподвижно сижу в кресле, подтянув колени к груди. Прислушиваюсь к шагам за стеной. Там номер Мейхера. Навязчивые мысли о том, что он там сейчас делает, не покидают. Почему я вообще о нем думаю?

Губы огнем горят и макушка. Я словно до сих пор чувствую тепло его дыхания. Зажмуриваюсь и раскачиваюсь из стороны в сторону, полностью теряя ориентацию в пространстве. Со мной никогда не случалось ничего подобного. Я не испытывала такого насыщенно спектра эмоций, которые не могу идентифицировать. Путаюсь в них. Не могу разобрать, что хорошо, а что плохо…

Когда в дверь стучат, вздрагиваю и вжимаюсь в кресло сильнее. Ни за что с него не поднимусь и не пойду открывать. Ни за что. Я ведь знаю кто за дверью. Чувствую.

Стук продолжается около минуты, я успеваю выдохнуть в тишину, прежде чем мой телефон взрывается громкой мелодией. Это Мейхер.

Забираюсь на кровать, сжимаю телефон в ладони и тут же сбрасываю звонок.

— Открой дверь, Майя. Дело есть.

Хочется ответить, как в том мультике, но у меня отказали голосовые связки. Я молча пялюсь на дверь и только подкрадываюсь к ней в раздумьях. Если сейчас открою, пожалею, а если не открою, сгорю потом от любопытства, оно всегда было сильнее меня.

Открываю дверь и вижу перед собой Арса в куртке.

— Ты серьезно собралась сидеть в номере? — он ухмыляется просканировав мой внешний вид взглядом и аккуратно отодвинув меня в сторону, заходит в мой номер.

— Нам же сказали сидеть тут…

— Слишком скучно. Поехали.

— Куда?

— Покатаемся по городу.

— Я не поеду, — пячусь, обнимая свои плечи. Волосы падают на лицо, немного загораживая обзор.

— Серьезно?

— Мне не нужны проблемы.

Мейхер прищуривается, смотрит мне в глаза, а потом расплывается в улыбке.

— Окей, тогда я останусь здесь, — стягивает с себя куртку.

— Я тебе не приглашала.

— Мне не нужны никакие приглашения.

Мейхер бросает свою куртку в кресло, скидывает кроссовки и проходит вглубь номера.

— Слушай, раз будем тут тухнуть, давай пожрать закажем? — поворачивается ко мне.

Нервно переступаю с ноги на ногу, совсем не зная, что делать в сложившейся ситуации. Выгнать его, конечно. Точно.

— Я хочу побыть одна, уйди, пожалуйста.

— Посидеть в одиночестве и порыдать? Не, я должен присутствовать. Помнишь про наш уговор?

— Вот что ты ко мне пристал? — спрашиваю на выдохе. — Ты мне не нравишься и не понравишься. Просто смирись и уйди.

— Слушай, у них тут в рестике вроде норм еда, — меняет тему, делая вид, что вообще не слышал моих слов. — Ты что будешь?

— Овощи, — выдаю обреченно и забираюсь обратно в кресло.

Полчаса спустя, Арс доедает свой стейк, а я вяло ковыряю вилкой салат.

— Ты серьёзно не ешь мясо?

— Серьезно.

— Почему? — Мейхер сидит на моей кровати с тарелкой в руках.

— Мне жалко животных.

— А рыбу, значит, нет? — ухмыляется.

Отворачиваюсь.

— В детстве, когда я гостила у бабушки в деревне, стала случайной свидетельницей убийства бычка, которого впоследствии сдали на мясо. Меня не заметили, я притаилась за кустом черной смородины. Мне было восемь. С тех пор я не ем мясо.

Это события оставило неизгладимые впечатления…

Мейхер смотрит на свой стейк пару секунд, а потом снова насаживает отрезанный кусок на вилку и отправляет его в рот.

— Рыбу и всяких морских гадов тоже убивают, так-то. Даже людей, правда, их не едят, хотя есть некоторые племена, которые…

— Все, хватит, — останавливаю его поток сознания. — Ты не первый такой умный, — закатываю глаза, допивая свой сок. — Меня вполне устраивает то, что я ем.

— Ладно, уговорила. Слушай, ты серьезно будешь всю ночь сидеть в номере?

— Да.

— Поехали в клуб. Или в бар.

Он серьёзно сейчас? Хотя о чем я? это же Мейхер. У него и в профиле-то куча фоток и видео из разных тусовочных мест.

— Тебе нет восемнадцати. Разве несовершеннолетних пускают?

— Надо просто знать места, Майя. Тем более, ты сама сегодня созналась, что тебе нравится наше общение.

Арс вырисовывает на губах хитрую улыбку, а меня кидает в пот. Щеки тут же краснеют, и я совсем-совсем не знаю, как парировать его слова.

— Хотя, ты знаешь, у меня есть предложение поинтереснее. Ты все еще хочешь татуировку?

* * *

Час спустя я стою у двери в тату-студию. Почему она работает ночью, даже не спрашиваю. Мейхер кому-то позвонил, и вот мы здесь…

Убираю за уши растрепавшиеся на ветру волосы. На мне распахнутое пальто, под которым надета все та же длинная футболка, широкие джинсы поверх велосипедок и кеды. Я быстро собиралась, настолько, что оставила свой телефон в номере. По поводу этого переживаю больше всего, потому что от Арса можно ожидать чего угодно…

Невзирая на вполне себе нормально складывающиеся между нами отношения в этом городе, я не доверяю ему