Моя нелюбимая девочка - Лия Султан

зарывшись пальцами в волосы и крепче к нему прижавшись, отзываюсь так же негромко. - Я тебя тоже.

 

Глава 44. Иду сдаваться

Аслан

Такое ощущение абсолютного счастья я, пожалуй, испытывал только в детстве в преддверии своего дня рождения или Нового года. В то перестроечное время у родителей, как и у многих, было туго с деньгами, которых хватало на самое необходимое. Но на эти праздники они делали всё, чтобы создать для нас с сестрой сказку. И когда мы находили под ёлкой кулек с мандаринами, конфетами, импортными красками и металлическим конструктором для меня и куклы для Гаухар, прыгали от радости.

Спустя тридцать с лишним лет я сжимаю в объятиях по-настоящему любимую женщину и снова чувствую себя не только самым счастливым, но и, наконец, живым. Ее шелковистая кожа горит под моими пальцами, жар прекрасного тела греет душу, а припухлые розовые губы, которыми она припадает к вене на шее, разносят по венам нежность. Она вся и есть Нежность. Целиком моя. Выгравированная на сердце.

-О чем задумался? - спрашивает Ирада, поглаживая ладонью грудь.

-О тебе. О нас, - отвечаю честно и целую ее в лоб. - О том, что хочу, чтобы бы ты осталась у меня.

-Я не могу, - вздыхает она обреченно. - У меня дома Симба. Его нельзя оставлять одного на ночь.

-Твоя сумасшедшая собака, - разочарованно замечаю.

-Это мой прицеп, - тихо смеется моя девочка. - Два по цене одного.

-Это как-то надо понять и принять, - пробегаюсь пальцами по ее спине, от поясницы до лопаток, выбивая очередной протяжный сладкий стон.

-Кошка, - опустив голову вижу, что смотрит на меня горящим взглядом и оставляю короткий поцелуй на чувственных приоткрытых губах.

-Кстати, - сев на кровати и взбив руками пряди, она открывает себя уже без стеснения, отчего кровь стремительно несется вниз. - У меня осталось пять жизней. Так что осторожней.

Сажусь рядом с ней, ладонью притягиваю ее лицо к себе. Держу крепко, фиксируя пальцы на затылке, и прошу хрипло:

-Хватит уже шутить на эту тему. Можно дошутиться, малыш. Я чуть с ума не сошел, когда понял, что тот ствол может упасть на тебя.

-Ничего же не случилось. Ты снова меня спас, - дотрагивается до моего запястья и несильно сжимает.

-Спас. Но я же не всегда буду рядом.

-А ты будь, - понимаю, что в эти слова она вкладывает совсем другой смысл. - Я хочу, чтобы ты был.

-А я хочу, чтобы ты, наконец, поняла, что ты у меня одна. И люблю я только тебя. И то, что я говорил с Зарой - ничего не значит. Я вообще-то ей про тебя рассказывал.

-Я уже знаю. Давай больше не будем об этом и о ней в том числе. И да, я обещаю, что буду тебе доверять.

От ее невинности и бесхитростности щемит сердце. Это не я покорил крепость. Это она разрушила всю мою оборону, выстроенную за много лет.

-Моя девочка, - новые чувства переполняют меня и я снова целую ее, обнимаю, ласкаю, схожу с ума от того, что моя наконец.

***

Ближе к одиннадцати довез ее на такси до дома, поднялся в квартиру, да так до утра там и остался. Уйти от нее теперь невозможно, я по самую макушку в ней увяз и меня даже спасать не надо.

Через несколько дней, как и обещал Ираде, еду в больницу и прохожу обследование. Как я и думал, ничего страшного, но она каждый час звонит и проверяет меня. Хотела поехать со мной, но как она любит говорить “уже ангажирована”. Семейные посиделки у тети с дядей Ирада не пропускает и первому зову туда летит. Понимаю почему - они наравне с сестрой выходили ее после аварии. Однако она еще не знает, что я уже несколько дней вынашиваю план по завоеванию не только строгой Сабины, но и ее родни.

В этом деле ключевым моментом было найти союзника. Когда я в первый раз увидел зятя Ирады, то сразу подумал, что я где-то его уже видел. Навел справки и выяснил, что он - к моему большому удивлению - приближенный Ансара Дулатова. Его я, конечно, не стал вмешивать, но нашел контакты Наримана, позвонил ему и встретился в его офисе. Сначала он смотрел на меня с опаской, как и его жена. Представляю, как она меня ненавидит. Но Ирада очень любит свою сестру и поэтому мне надо с ней если не подружиться, то хотя бы построить ровные отношения.

-Аслан, - начал серьезно Нариман, - я вижу, что ты мужик нормальный и по моему мнению, правда любишь Ираду. Но мне нужны гарантии. Я помогаю тебе, а ты уже не лажаешь.

-Я согласен. Что надо делать?

-Есть круг людей, мнение которых важно, как для моей Сабины, так и для Ирады. Дядя, тетя, два старших брата. Это их самые близкие люди. Есть еще много других родственников, как у всех, но именно они - ее самые близкие люди.

-Понял. Мне надо не облажаться перед ними, так?

-Желательно, - усмехается он.

-И какой план?

План дерзкий и безумный, но в любви и на войне все средства хороши. В солнечный субботний день, после обследования и сдачи бесполезных анализов, я подъезжаю к дому родных Ирады в частном секторе и набираю Наримана.

-Я здесь, - говорю ему.

-Сейчас выйду.

Взяв с пассажирского сиденья большой бумажный пакет из кондитерской лавки и еще один - из магазина игрушек, выхожу на улицу и жду Наримана. Если бы год назад мне кто-то сказал, что я буду нервничать из-за знакомства с родней любимой женщины, я бы счел этого человека психом. Но в сорок лет я делаю не свойственные мне вещи и удивительно легко получаю от этого удовольствие.

-Салам, - выйдя за ворота, муж Сабины протягивает руку, которую я с готовностью пожимаю. - Подготовился?

-Ну так, - развожу руками.

-Ладно, пошли. Они как раз тянут лагман во дворе. Моя Сабинка знаешь как вкусно готовит!

А мне моя никогда не готовила. Только на нервах играла.

Заходим на территорию и тут же слышим восторженный визг Нафисы, которая прыгает через разбрызгиватель для полива газона. Присматриваюсь. Седой мужчина сидит на корточках и смеется, глядя на нее. Это, наверное, и есть дядя Ирады. Поодаль стоит высокий широкоплечий здоровяк с крохотным малышом на руках и черноволосая девушка, которая тоже держит младенца в розовом и прижимает его