Босс с прицепом - Лина Филимонова

и готовы за него бороться… А дети - это главное в жизни.

С этим не поспоришь. Я и не собираюсь. Дети - это главное. Это смысл. А любовь прекрасной девушки - это недостижимые мечты…

Лисичка решительно выпроваживает всех своих родственников. Я прощаюсь с мужчинами за руку. Мама Лисички тоже подает мне руку и я жму ее маленькую, но уверенную ладонь.

Мы с Викой остаемся одни.

- Лисичка… - выдыхаю я. - Извини меня. Я дебил. И я очень перед тобой виноват.

- За что именно вы извиняетесь? - холодно спрашивает она.

Опять перешла на “вы”. И это после всего… После того, как я практически вывернулся наизнанку перед ее родными.

- За все, - говорю я. - За обман. И за то, что тебе пришлось пережить сегодня.

- А я думала, вы честный человек, - выдает Вика. - Мне казалось, вы не похожи на обманщика. Но я ошиблась.

- Вика, я… По сути, я не обманывал.

- Я думала, что ваша жена умерла!

- Но я не говорил этого.

- Но вы знали, что я так думаю! - ее глаза гневно сверкают. - Вы позволили мне так думать.

- Прости. Я хотел сначала разобраться с разводом, и уже после этого рассказать тебе все. Я не собирался скрывать… Просто откладывал.

Она лишь презрительно фыркает в ответ. И я заслужил это презрение.

- Я не сказал раньше то, что должен был сказать. И я сейчас не только о Таисии...

Я о своих чувствах.

Но Вика не хочет слушать. Она отметает мои слова небрежным жестом руки.

- Вы угрожали мне контрактом. Пугали неустойкой. Это подло! - сердито выпаливает она.

- Я сегодня же порву контракт, - говорю я. - Не буду удерживать тебя. Выплачу все за три месяца. Ты свободна.

Лисичка удивленно распахивает глаза. Но через секунду снова становится злючкой.

- Я и так была свободна! Плевать мне на ваш контракт. И на ваши деньги. И на вас!

Она стоит передо мной, скрестив руки на груди. Зеленые глаза сверкают яростными угольками, носик воинственно вздернут, рыжие локоны, выбившиеся из пучка, сердито развеваются. Губы злые… Сладкие до невозможности.

Я знаю это.

И не только знаю - чувствую.

Потому что целую ее. Ей плевать на меня… А ее губам - нет.

Я за секунду успеваю притянуть Лисичку к себе и овладеть ее ртом. И она отвечает на мой поцелуй! Вся та злость, которая бушует в ней, прорывается в гневных движениях губ, в порывистых объятиях, и - в яростных укусах.

Я обхватываю ладонями ее голову. Пью эту злую сладость, впитываю этот жар и этот нежный аромат…

Обнимаю ее за плечи, прижимаю к себе. А она… кусает меня так сильно, что я чувствую вкус крови.

Вика резко отталкивает меня.

- Что вы творите!

- А ты?

- Я ненавижу вас!

- Прекрасное чувство… Давай продолжим друг друга ненавидеть.

В висках колотится пульс, руки подрагивают, дыхание срывается от зашкаливющих эмоций. И не только у меня! Я вижу, как Лисичка тоже ловит ртом воздух.

А капля моей крови на ее губе вообще сводит меня с ума...

- Вы сумасшедший!

- Есть немного.

- Вы маньяк!

- Да. Я тот еще маньяк.

Я делаю шаг к ней и слизываю кровь с ее губы.

- Я люблю тебя, - говорю я, глядя в ее распахнутые зеленые глаза с темными, призывно распахнутыми зрачками.

Вот сейчас, мне кажется, момент подходящий.

Но Лисичка так не думает.

- Зачем ты это говоришь?

- Потому что это правда, - спокойно отвечаю я. - Я люблю тебя и хочу…

Она снова отметает мои слова небрежным жестом.

И… поворачивается ко мне спиной.

Идет куда-то вглубь комнаты. Я, как привязаннный, следую за ней.

- Я сейчас поеду домой, - делюсь с сердитой спиной Лисички своими планами. - Там Максик. И Таисия. И мой юрист. И дядя Толя с ружьем.

На последней фразе Лисичка шокированно оборачивается.

- С ружьем?

- Ага. У него свои приколы.

- Ты слабак, - внезапно выпаливает Лисичка.

Она перешла на “ты”... Это радует. А смысл ее фразы неприятно задевает.

- Ты не развелся со своей женой, которая причинила столько вреда Максику. Ты позволяешь ей приезжать и травмировать его. Ты… А я думала, ты хороший отец!

В ее голосе слышится неприкрытое презрение. Которое ранит намного сильнее, чем самый больной укус…

Я стою, как оплеванный.

Лисичка права. Она права во всем. И в том, что я слабак. И в том что не хочет меня прощать.

Она совершенно справедливо презирает меня... Я сам себя не прощу!

Я снова вижу только ее спину. Она что-то делает, перемещаясь по комнате, но я не понимаю, что. Я вообще не задумываюсь об этом.

- Вика… - наконец, говорю я. - Мне пора. Там Максик…

Она оборачивается. Деловито идет к двери. И тут я замечаю, что у нее в руке сумка. И вдруг понимаю, что все это время наблюдал, как она складывает в нее свои вещи.

- Я поеду с тобой, - спокойно произносит она.

- Да?!

Меня захлестывает волна острой радости.

- Но не к тебе. А к Максику. Я не могу допустить, чтобы эта твоя… Таисия… причинила ему вред.

62

Арсений

Мы выходим из подъезда. И обнаруживаем, что все Викино семейство до сих пор во дворе - стоят возле двух машин, о чем-то совещаются.

А при виде нас, естественно, бросаются к Вике.

- Ты едешь с ним? - спрашивает ее мама.

И смотрит на меня с упреком.

- Выходишь за него замуж? - интересуется отец.

- А давайте ему что-нибудь оторвем, - с неподдельным энтузиазмом предлагает Ваня.

- Предлагаю уши, - ржет Сашка. - Все остальное еще может когда-нибудь пригодиться.

- Замолчите все! - сердится моя боевая лисичка - Я еду к Максику. Потому что я ему нужна. Замуж я не собираюсь. Вообще никогда!

- Ну и молодец, - хлопает ее по плечу Сашка.

- Езжайте домой

- Мы тебя одну не отпустим! - выдает Ваня.

- Она не одна, - говорю я. - Она со мной. С ней все будет в порядке, я обещаю.

- Со мной все будет в порядке, потому что я сама могу за себя постоять! - перебивает мою речь Лисичка.