Татьяна Губина - Чужая

— Да говори толком, ей Богу, — разозлился Ник. — Чем же вы так ее обидели?

— И, кстати, когда ты мог видеть Нину,- вставила я.

— Всего рассказать не могу, по причине интимного свойства, — проговорил Сашка. — Но в общих чертах… Было это на майские праздники, когда вы все уехали на дачу, а я остался готовиться к экзаменам…

Сашка замолчал и уставился в окно.

ГЛАВА ВТОРАЯ

1

— Саш, ну чего ты уперся! — ныли в один голос Манюня и Дашуня. — Поехали с нами, откроем сезон, пожуем шашлыки. Потом в сауну сходим в соседний дом отдыха. Помнишь, как тебе нравился тот большой теплый бассейн. Ну, бра-а-атец!

Но Сашка был неумолим. Как только он понял, что у него в перспективе двое суток спокойствия и тишины, когда можно играть на рояле столько, сколько он сам считает нужным, и никто его не будет отвлекать на «Санька, немедленно иди есть!» или «Пархошка, хватить мучить инструмент, пойдем прошвырнемся!», он наотрез отказался ехать с ними.

Сестры еще немного поныли, даже меня позвали в оппоненты, но я отказалась. Слишком хорошо я знала своего сына. По степени упрямства он превосходил даже своего папашу с матушкой вместе взятых.

Я наготовила ему еды на двое суток и, пожелав счастливой работы над новой программой, которую он готовил к экзаменам, мы уехали на дачу.

Вечером первого мая, часов в семь, он оторвался от клавиатуры. Голова уже ничего не соображала, пальцы отказывались слушаться, а спина закаменела. Требовался небольшой тайм-аут. Он решил пойти немного прогуляться и включил свой сотовый. Он всегда отключал телефон, когда занимался, чтобы беспокойные родственники и друзья не донимали его своим вниманием.

Тут же раздался звонок.

— Привет Саш! — бодрый голос Фиона медными колокольчиками прогремел в ухо уставшему Сашке. — Я так и знала, что в семь ты решишь отдохнуть. Пойдем, посидим где-нибудь.

— А ты разве с нашими на дачу не поехала? — удивился Сашка.

Ну, ты ж знаешь, — засмеялась Фион. — Я с детства всю эту погоду-природу терпеть не могу. Комары, мухи, холодрыга по ночам. Нет, Пархошка, я урбанист. Тепло асфальта и милый сердцу запах выхлопных газов не променяю ни на что. Ну, так что, рванем куда-нибудь в кафешку. А то у меня уже голова от бензина кружится. Полдня с Иванычем карбюратор перебирали.

Сашка усмехнулся. Странная все-таки Фион. У нее даже увлечения чисто мужские. Ксюха обожала разбирать и чинить машины, мотоциклы и мопеды. В этом у нее не было равных. Однажды, лет в восемнадцать, она забрела в гаражи, что стояли позади ее дома, и познакомилась с местным шоферным братством. И с тех пор в каждую свободную минуту торчала с мужиками, копаясь в недрах старых автомобилей, пытаясь реанимировать давно отжившие агрегаты. Старый вояка, дед Иваныч, восхищенно говорил ей:

— Да, девка, не в том теле ты родилась! Была бы мужиком, цены б не было. Это ж надо, так машину чувствовать.

Не раз к ней приходили мужики со двора, чтобы она спустилась, посмотрела их машины. «Ксюх, глянь, что-то подстукивает, вроде вчера из сервиса пригнал, а сегодня опять стук». Ксенька никогда не отказывала, безошибочно определяя дефект работы механиков или самого автомобиля. Кстати, когда встал вопрос с ее трудоустройством, Сашка ей сказал:

— А чего ты думаешь, устраивайся в сервис. Тебя с руками оторвут.

— Не-а. Не пойду, — мотала головой Фион. — Во-первых, вряд ли меня возьмут. Баба все-таки. А во-вторых, я чиню машины, когда мне самой интересно. А так, по заказу копаться, да еще с восьми утра до шести — нет уж, увольте.

— Ну, Пархошка, сделай одолжение старому другу — по-своему расценила паузу Сашки Фион.

— Ладно, черт с тобой, — согласился Сашка.

Они договорились встретиться в небольшой милой кафешке, что располагалась недалеко от Ксюхиного дома на Добрынке. Там хорошо кормили, недорого, играла чудесная тихая музыка. Правда, столики всегда были заняты, тем более в праздничный вечер. Но Фион все предусмотрела и заранее заказала столик. Это Сашке сообщила симпатичная администратор, которая встречала посетителей у входа в свое заведение.

— Здравствуйте, — мило улыбаясь, сказала она. — Вы — Александр?

— Да, — удивленно ответил Сашка.

— Я провожу вас, — и, покачивая бедрами, легко пошла впереди шокированного Сашки.

Усадив его за накрытый столик, она подала меню, и загадочно проговорила.

— Ваша дама подойдет через несколько минут.

Сашка в недоумении уставился в меню. Цены были приемлемые, ассортимент на все вкусы, и его рот наполнился слюной. Когда же он в последний раз ел? Раздумывая над этой животрепещущей темой, Сашка краем глаза заметил девушку, которая приближалась к его столику. Он поднял на нее глаза.

Невысокого роста, с крупной фигурой, которую выгодно скрывало светлое платье, в белых босоножках на высоких шпильках, девушка уставилась на Сашку и улыбалась. Рыжеватые волосы были красиво уложены в модную прическу, а глаза закрывали дымчатые стекла солнечных очков. Она подняла руку с длинными, тщательно накрашенными ногтями и кокетливо поправила легкую шелковую шаль, что сползла с круглого открытого плеча.

— Привет, — тихо сказала девушка.

— Простите, здесь занято, — сказал Сашка. — Я жду друга.

— Ваш друг уже пришел, — так же тихо, чуть растягивая слова, проговорила девушка. Сашка уже хотел пожестче отвязаться от навязчивой нимфы, как тут услышал голос Фиона. — Пархош, ну врубайся скорей. Это же я! — девушка стянула с лица очки.

На Сашку глянули совершенно чужие огромные глаза цвета мокрых фиалок. Тонкий носик, свежие щеки, четко очерченный рот. Перед ним стояла явно незнакомая ему девица, которая почему-то говорила, как Фион.

— Ксенька? — неуверенно сказал Сашка.

— Она самая. Вот что может сотворить умелый, макияж и цветные линзы, — вновь засмеялась Фион, но даже ее смех был какой-то другой. Более нежный и мелодичный. — Удивила?

— Сшибла наповал! — искренне восхитился Сашка. — У тебя сегодня праздник?

— Вроде того, — загадочно проговорила Фион. — Но об этом потом. Давай отдыхать.

Они заказали ужин. Пока ели, непринужденно болтали, потом пошли немного потанцевать. От выпитого вина у Сашки немного кружилась голова. От близости девичьего тела, ее приятно-сладких духов и всей необычности ситуации Сашке вдруг показалось, что он так провел бы всю жизнь. Ни о чем не думать, а только кружиться в танце, обнимая девушку.

— Здорово? — прошептала Фион ему на ухо.

— Отлично. Ты молодец, что вытащила меня сюда.

— Будет еще лучше, — пообещала Фион. Танец кончился и они вернулись за стол.

— Ну, давай колись, что все это значит, — сказал Сашка и наполнил бокалы. Кроваво-красное вино искрилось в свете зажженного настольного фонарика тысячами рубиновых искр.