Imanka - Город пахнет тобою

 «Не удержишь!» — глумливо скалюсь в ответ.

 «Поеду следом, — прищуривается упрямо, хватая меня за плечи. — Куда угодно. Буду жить рядом с тобой. Брошу всё к чертям. Мне не надо все это без тебя. Слышишь? Я буду жить рядом с тобой, куда бы ты ни поехала!»

 «Так ли уж всё?» — беззвучно зло смеюсь, скидывая его руки.

 «Хочешь проверить? Беги! — он достал мои документы и швырнул их на ближайший стол. Но встал так, чтобы я не смогла их взять. — Куда бы ты ни пошла, я буду рядом с тобой. Всегда!»

 «Блефуешь?» — усмехнулась.

 «Черта с два!» — ядовито улыбается, качая головой.

 — Блефуешь, — бросаю брезгливо.

 — Сомневаюсь, — несколько растерянно бормочет Том. — Мари…

 «Не лезь!» — одновременно резко поворачиваемся мы к нему.

 Том шарахается в сторону, задрав лапки.

 — Он поедет, слышишь? — шепчет, отходя в сторону. — Поедет. Бросит все и поедет.

 Я недовольно рассмеялась.

 — Он? Уедет? Бросит? Ты хоть сам в это веришь? — язвительно отвечаю Тому, смотря Биллу в глаза.

 Младший Кау улыбается и кивает.

 — Как мило, — шиплю разъяренной кошкой. — Билл Каулитц, романтик и чистоплюй, кумир малолетних девственниц всего мира, бегает за шлюхой и блядью. Что, та рыжая отказалась идти к тебе в содержанки? Недостаточно хороша оказалась в постели? Или ты ее не устроил? — Куда меня несет? Кто отключил тормоза? Ведь сейчас буду бить ниже пояса. Стоп! Машка, стоп!

 Билл беззвучно рассмеялся.

 Стоп! Просто стоп… Я села на ближайший стул и обхватила голову руками. Что я делаю? Билл что-то быстро написал в блокноте и сел передо мной на колени. Протянул написанное:

 «Пожалуйста, постарайся успокоиться. Я бы очень хотел, чтобы ты вернулась в семью. Я все сделаю для того, чтобы ты никогда об этом не пожалела».

 — Я устала, — прошептала тихо.

 «Я знаю, — провел рукой по волосам и осторожно обнял. — Просто вернись домой».

 Опять что-то нацарапал:

 «Доверься мне».

 — Чтобы ты опять меня прогнал?

 Его голова упала мне на ноги, щекоча их длинными пушистыми волосами. Губы коснулись колена. Я захихикала:

 — Черт, Билл Каулитц целует мои ноги. Это надо где-то записать.

 Билл улыбнулся, потянул меня на себя и мягко припал к губам, проникая языком в рот. Ну и черт с ним. Пусть. Пусть делает, что хочет. Могу я хотя бы раз в жизни просто упасть в реку и поплыть по течению? Могу я быть слабой, капризной и уставшей женщиной, подчиниться чужой воле и последовать за сердцем в разрез с повелениями его величества разума? Штефан предал. Билл довел до нервного срыва своими идиотствами. Меня загнали в угол. Ну как смог, так и загнал. Мог же вообще наплевать и забыть. А он еще упрашивает. Разве не этого я хотела все эти три недели? Разве не от этого убегала? Просто надо расслабиться и первый раз в жизни поплыть по течению, хотя бы попробовать. Что я буду делать в России? Рыдать по ночам от того, что проявила твердость характера и гордость духа? Кому они нужны? Кого сделают счастливыми? Я дам тебе шанс, мой принц. Потому что люблю тебя больше жизни и потому, что об этом меня просила фрау Марта. Я попробую, фрау Марта. Я попробую стать просто женщиной, у которой есть Мужчина. Я так устала быть сильной…

 — Ребят, поедем домой, — Том довольно улыбался. Подошел ко мне и крепко обнял, прошептав в ухо: — С возвращением, птичка. Мне так тебя не хватало. И только попробуй еще раз сбежать. — Щека трется о мою шею, прижимается к плечу. Дреды щекочут спину и руки.

 — Если бы знал, что так получится, я бы вас с Томом Йосту сдал, — хихикал Георг, стараясь выцарапать меня у Тома.

 — Рад тебя видеть, балда, — сказал Густав по-русски, отбирая меня у друзей.

 — Густав, балда — значит глупая! — возмутилась я с улыбкой.

 — А ты разве умная? — делает он глаза большими. — Умные девушки так не поступают. Без документов, без денег, без вещей из дома не уходят. Они подают в суд на неверного мужа и начинают делить его имущество. Вот как поступают умные девушки.

 — Иди отсюда, — отогнал его от меня Том. — Ты ее сейчас научишь плохому. Мы как раз квартиру купили. Специально, чтобы не светиться в гостиницах. Ты знала?

 Я покачала головой.

 — Ничего не знала про вас.

 — Во всех газетах писали, — обиделся Том.

 — Я не читала газет, не смотрела телевизор и не слушала новостей. Специально, чтобы не расстраиваться, что у вас так круто проходит тур без меня.

 Том тяжко вздохнул и закатил глаза — «Вот идиотка!», но вслух кокетливо сообщил:

 — А я говорил, что ты вредная, и в этом направлении можно не работать. Только, Мари, ты извини, у нас с мебелью напряги. Так что не пугайся.

 Билл обнял меня сзади и положил подбородок на плечо. Я переплела наши пальцы.

 — Я вас всех ненавижу, — выдала с улыбкой.

 Они рассмеялись.

 — Мы тебя тоже.

 На стоянке нас ждал «Кадилак Эскалад» Тома. Мы с Биллом залезли на заднее сидение. Густав сел вперед. Пока Том и Георг осторожно укладывали в багажник гитары, Билл скользнул рукой мне между ног, поцеловал в щеку и подозрительно прищурился.

 — А вот мучайся, — шепнула ему на ухо, откидываясь на спинку.

 Он сжал пальцы на тонкой коже, делая мне больно. Глаза почернели от ревности.

 Я состроила вредную рожицу.

 — Мучайся.

 Бросил быстрый взгляд на Густава, запустил руку в декольте, ощутимо помял грудь.

 «Моё» — одарил собственническим взглядом.

 Я лишь ехидно усмехнулась.

 — Густав, а когда кончится наше счастье?

 Он обернулся, прикидывая что-то в уме.

 — Сегодня уже восьмое? Ну вот дня через два-три и кончится. Но вроде Дэвид говорил, что ему еще минимум неделю нельзя будет связки напрягать. Так что пользуйся моментом. Том вот уже месяц отрывается.

 Билл обиженно засопел, сложил руки на груди и отвернулся к окну.

 Мы захихикали.

 Георг сел рядом.

 — Представляешь, — возбужденно затараторил он. — Биллу говорить нельзя еще целую неделю. Нет, ну можно, конечно, но в целом нельзя. Это такой кайф!

 Мы с Густи захохотали. Том на нас подозрительно покосился. Я взяла Билла за руку и крепко сжала. Ткнулась носом ему в плечо.

 «Как же я по тебе скучала».

 «Я знаю… Я тоже…» — обнял в ответ.

 Квартира находилась в самом центре Берлина и оказалась громадной. Пять комнат, огромная прихожая с холлом, большая кухня-столовая и три внушительных гардеробных. В самой маленькой комнате они с Томом хотели сделать студию, в самой большой — гостиную. Мебели, действительно, практически нет. Маленький диван, кресло, столик, мини-футбол, судя по драному целлофану, и огромная плазма в гостиной. На кухне — стол и три разных стула. В комнате Билла — невероятных размеров кровать и кресло в самом темном углу. На стене тоже висит плазма. И всё. Совсем всё. Ну разве что про эхо забыла, шугающееся по квартире вместе со мной, и откуда-то взявшийся кальян. Мальчики собирались «дунуть».