Натали Крински - Девушки начинают и выигрывают

Когда я одета, меня разглядывает и то больше людей.

— Привет, Адам, — отвечаю я.

— Приятно видеть вас здесь, — с улыбкой говорит он. — Как ты, Лиза? — спрашивает он, переводя на нее свой обожающий взгляд.

К моему огромному удивлению, она тепло улыбается, вместо того чтобы тут же отбрить его саркастической репликой.

— Хорошо. Хорошо, — быстро отвечает она.

Лицо Адама озаряется. У него такой вид, словно он только что освободил рабочих целой потогонной мастерской.

— Правда? У тебя все хорошо? Это здорово. Я так рад это слышать. Никогда не видел вас, леди, на голой вечеринке, — чересчур возбужденно продолжает он. — Чем обязан такому удовольствию?

— Мы подумали, что это расширит наш кругозор и раскрепостит дух, — отвечает Лиза за нас обеих. Хотя единственное, что я могу тут расширить, — это возможность подцепить какую-нибудь мерзкую заразу.

— Ради этого все и затевается, — отвечает Адам. — Здесь каждый может узнать, кто он на самом деле. Понимаете, — продолжает он, задумчиво почесывая подбородок, — мы приходим в этот мир одинаково голыми — а что потом? Все оказываемся на разных уровнях. Мы не должны позволять нашей одежде заслонять нашу личность. Мы должны сами говорить за себя.

Наступает пауза, в течение которой мы смотрим на него.

— Принести вам пива? — быстро спрашивает он, чувствуя, что последние двадцать четыре секунды вел себя как полный идиот.

— Конечно, — в унисон отвечаем мы.

— Ты была необычайно мила, — говорю я Лизе, когда Адам скрывается из глаз.

— Я старалась, — сухо отвечает она.

— И?

— И поняла, что он по-прежнему все тот же придурок, каким я его всегда считала.

Я снова оглядываю собравшихся. Лиза с кем-то заговорила, и я чувствую себя самой голой в мире голых.

К сведению, в помещении, полном танцующих голых людей, стоит не самый приятный запах. Кроме того, у некоторых присутствующих волосы растут на теле, образуя самые причудливые узоры. Я смотрю на свои ноги и больше не чувствую себя ущербной. Мимо меня проходит парень с самым маленьким пенисом, какой я когда-либо видела. Я знаю, что не должна смотреть, так как это запрещено этикетом голых вечеринок, но ничего не могу с собой поделать. Все это так забавно.

Интересно, как тут выбирают друг друга: «О, какое у вас прелестное влагалище»?

Это напоминает мне комедию, которую я как-то смотрела по кабельному телевидению. Крис Рок говорил о любви. «Когда ты любишь, — говорил он, — обращаясь к зрителям, ты вынужден любить оболочку этого придурка. Оболочку. Вынужден любить странный рисунок волос на его теле. Непривычно пахнущие органы. Прыщи на спине. Необычайно длинный большой палец на ноге. Страшный, грязный пупок». Я спрашиваю: каким образом ты можешь заставить кого-то полюбить себя, если твоя оболочка вся на виду в первую же вашу встречу?

Эта вечеринка как раз и посвящена оболочке. Мимо меня пробежала группа хихикающих девиц, и я получила несколько ударов сиськами в живот. Дух захватывает.

Парень, с которым разговаривает Лиза, только что почесал свой голый зад. В результате стоявшая позади него девушка получила кулаком в бедро. Я пытаюсь не подходить ни к кому слишком близко и не рассматривать чужие интимные места. За двадцать минут моего пребывания здесь я поняла, что ничего интересного тут нет.

Я только начинаю расслабляться, как меня поражает страшная мысль. А если народу будет слишком много? Я же могу забеременеть, просто стоя в очереди за пивом. С удовольствием представляю объяснение со своей матерью: «Нет, вообще-то я сексом не занималась, просто сходила на вечеринку, где все были голые». «Го-о-о-лые?» — спросит она. Я подтвержу и добавлю, что народу набилась тьма, и что позади меня слишком близко стоял какой-то парень, и вот теперь у меня откуда ни возьмись — близнецы. «Евре-е-ей?» — спросит она.

И тогда я вынуждена буду сказать ей, что не уверена, но точно знаю, что он был обрезанный.

Это ей понравится. Теперь я это понимаю.

Я пробираюсь сквозь толпу к Лизе, пытаясь никого не касаться и не оскорбить взглядом. С удовольствием замечаю, что хозяева вечера прикрыли всю мебель полиэтиленовой пленкой. Умно.

— Лиза! — зову я.

Она оглядывается через плечо:

— Хлоя! А я гадала, куда подевалась твоя обнаженная персона.

— Я тут осваивалась.

— Нашла что-нибудь стоящее? — спрашивает она.

— М-м… что такое стоящее?

Она не обращает внимания на мои слова и поворачивается к высокому чесальщику зада, которого я приметила раньше.

— Хлоя, это Орфей.

— Привет, приятно познакомиться, — говорю я и протягиваю руку, стараясь держать ее на уровне талии. Не хочу поздороваться с пенисом. Может получиться неловко.

— Да, — отвечает он с улыбкой и пожимает мою руку. Затем берет со стола пиво.

Задница у него волосатая.

— Тебя так зовут? — спрашивает он у меня.

— Да, — отвечаю я. — И тебя тоже[37]?

— Орфей очень часто посещает голые вечеринки, — встревает Лиза. — Ему они очень нравятся.

— Вам они тоже должны нравиться, — улыбаясь, говорит он мне. — Обожаю вашу колонку.

— Большое спасибо. Обожаю ходить голой, — добавляю я, не зная, что еще сказать.

Он улыбается:

— А кто не любит!

Мимо проходит девушка, волосы у нее на лобке подстрижены в форме сердечка. Вечеринка делается все интереснее. Я толкаю Лизу в бок, но она игнорирует меня, слишком занятая разговором с Орфеем об особенностях латиноамериканской политики.

Делать мне тут нечего, знакомых лиц я почти не вижу, поэтому решаю покинуть голую вечеринку и отправиться в постель. Как сказал Горячий Роб, можно вычеркнуть это из списка и продолжать жизнь в колледже. Ура-ура!

— Лиза, — зову я, постучав ее по плечу. Орфей бросает на меня сердитый взгляд. Скоро он, вероятно, вызовет для компании одного из своих дружков — чтобы развлекать меня, пока он будет соблазнять мою подругу.

— Да? — поворачивается она ко мне.

— Я, пожалуй, пойду.

— Вот это да, — замечает Орфей, — ведущая секс-колонки покидает голую вечеринку? Не вписываешься в голый мир?

Голый мир? Кто этот недоумок? И кем он себя считает, говоря мне, что я должна делать и чего не должна? Не могу вписаться, говоришь? Я сладко ему улыбаюсь, окидывая взглядом с головы до ног.

— Дорогой, — произношу я, — я пришла, увидела, впечатления не получила и теперь ухожу.

Орфей надувается, а я поворачиваюсь к Лизе:

— Я ухожу. Желаю хорошо повеселиться. Позвони мне завтра.

— Я иду с тобой, — неохотно говорит Лиза.

Реплика прямо из руководства «Как быть надежной подругой». Ей совсем не хочется идти со мной, но она вынуждена. Если я последняя сволочь, я настою, чтобы она пошла, но мне кажется, я достаточно независима, чтобы самостоятельно покинуть вечеринку. И не в первый раз.