Мариус Габриэль - Авантюрист

Рейган снова заскучал. Чтобы обратить внимание своей напарницы, он откашлялся и вскинул брови. Бианчи вздохнула. Оказывается, современным отец Тим был только внешне, а внутри — чистый догматик, для которого полутонов не существовало. Только черное и белое. Она же была уверена, что правда лежит где-то посередине.

— Вы были очень откровенны, отец Тим, большое спасибо. Я думаю, у нас больше нет вопросов? — Она посмотрела на Рейгана.

— Пока нет, — ответил тот.

Детективы поднялись и сердечно пожали руку отцу Тиму. Он смотрел им вслед, чувствуя тяжесть на сердце от мрачных воспоминаний, которые пробудил этот разговор.

У выхода Карла Бианчи неожиданно обернулась и направилась к отцу Тиму. Он вежливо поднялся ей навстречу. По дороге она снимала колпачок со своей ручки.

— Извините, я совсем забыла. Эта фраза из стихотворения Йетса, что-то о пороке. Будьте любезны, повторите ее.

— Порок неистовый и необузданный, — сказал он.

— Порок неистовый и необузданный, — повторила Бианчи, записывая. — Спасибо. Мне это поправилось. Хочу запомнить. — Она улыбнулась отцу Тиму и пошла к двери.

Урбино

Ночью Ребекку разбудил какой-то звук, похожий на плач. Она села и прислушалась. Ей показалось, что кто-то тихо всхлипывает. Она нащупала рядом на столике спички и зажгла свечу. Желтое пламя оттеснило темноту, породив тысячи колышущихся теней. Ребекка слезла с постели и, прошлепав босыми ногами по ледяному полу, вышла в коридор.

Ночью в этом доме было темно, как в склепе. И так же тихо. Она остановилась у двери Терезы и прислушалась. Тишина. Услышав через несколько секунд какое-то бормотание, она мягко толкнула дверь и вошла.

Тереза лежала рядом с постелью на полу и тихо стонала. Ее голова была откинута назад. Вначале Ребекка подумала, что с ней опять случился припадок, но, приглядевшись, поняла, что та, должно быть, во время сна упала с кровати. Она тихо опустилась на колени и погладила лоб Терезы.

— Что с тобой, дорогая?

Глаза Терезы раскрылись.

— Мама? — пробормотала она испуганно.

— Успокойся, — тихо сказала Ребекка. — Тебе приснился плохой сон. Я здесь.

Услышав какое-то движение сзади, она похолодела и обернулась. Над ней смутно вырисовывалась фигура Майкла Флорио.

— Ой, — прошептала она, — вы меня напугали!

Лица Майкла видно не было.

— Что случилось?

— Я услышала, как она плачет. Наверное, упала с кровати. Теперь вот, кажется, успокоилась.

Он стал на колени рядом с ней и нежно погладил волосы Терезы.

— С тобой порядок, любимая?

Тереза кивнула. Майкл поднял ее на руки, как пушинку, и положил на постель. Сердце Ребекки все еще не могло успокоиться.

— Можно мне стакан молока? — попросила Тереза.

— Конечно, — ответил Майкл. — Я пойду принесу. Ребекка останется с тобой.

Ребекка села рядом на постель. Кожа у Терезы была холодной и влажной от пота. Она лежала, закрыв глаза. При мягком свете свечи ее лицо казалось ангельским. Сон смыл с него привычную хмурость. Оно было сейчас как озеро после бури, безмятежное, позволяющее заглянуть далеко в глубину. Ребекка склонилась над этим лицом, впитывая в себя его спокойствие. Только сейчас она смогла разглядеть в нем определенное сходство с собой. Правда, одни черты были резче, другие мягче, Тереза была похожа на мать и одновременно не похожа. И все равно Ребекка вдруг испугалась, не догадаются ли Майкл и Девон об этом сходстве. «Мой ребенок, но не моя дочка», — грустно подумала она и коснулась губами щеки Терезы.

Вернулся Майкл со стаканом теплого молока и помог Терезе сесть. Выпив молока, девочка повернулась на бок и поднесла ко рту кулак. Видимо, этот жест остался у нее от младенческой привычки сосать палец. Ребекка укрыла ее одеялом. Веки Терезы дрогнули, несколько секунд она беспокойно двигалась, а затем затихла, погрузившись в безмятежный сон.

Ребекка и Майкл постояли рядом примерно с минуту, глядя на бледное лицо на подушке. Почти как настоящие родители, подумала она.

Майкл повернул голову к ней.

— Я согрел молока и для нас тоже. Пойдемте вниз и попьем.

— Спасибо, но я не люблю теплое молоко.

Пламя свечи мерцало в его темных глазах.

— Это не обычное молоко. Вам понравится. Пошли.

Ничего привлекательного в этом предложении для нее не было, но она сочла, что отказываться неудобно.

Ребекка вздохнула.

— Пойду надену халат.

Она вошла к себе в комнату и надела тапочки и халат, поймав попутно свое отражение в зеркале — бледный, светящийся овал, обрамленный темными, неясно вырисовывающимися волосами. Сердце по-прежнему не унималось.

При свете керосиновой лампы Майкл в своем темно-красном халате казался величественным, похожим на какого-то короля с одной из картин старых мастеров. В кухне пахло спиртным. Он возился с какой-то большой бутылкой.

— Сейчас мы с вами попробуем ром с молоком, — сказал он, поворачиваясь к ней. — Я его всегда принимаю, когда не могу заснуть.

— Вы еще не ложились? — спросила она.

Он мотнул головой.

— Наконец закончил расчеты. Через пару дней хочу попытаться запустить турбину. Трудность состоит в том, что мельница очень старая и интенсивность водяного потока непостоянна.

— Это, наверное, очень сложно.

— Не сказал бы. Десять киловатт, то есть двадцать лошадиных сил. Вот такую мощность я хотел бы получить от турбины. Если вести расчеты в лошадиных силах, нужно высоту водопада в футах умножить на скорость движения водяного потока в кубических футах в секунду. Затем эту цифру следует умножить на 62,4 и поделить на 550. В результате получается приблизительная величина выходной мощности в лошадиных силах. Чтобы затем перевести ее в киловатты, необходимо поделить на 0,746. Дайте мне знать, когда перестанете понимать.

— Уже перестала, — призналась она. — А это ваше снадобье подействует?

— Сейчас выясним, — быстро сказал он и протянул бокал. — Только осторожно, горячее.

Она взяла бокал, чокнулась с ним и с опаской глотнула.

— Ого.

— Нравится?

— Пока не поняла.

— Пойдемте сядем ближе к огню. Он, кажется, еще не погас.

Он взял лампу и направился в гостиную, Ребекка двинулась следом, а за ними поспешили трепещущие тени. Майкл оказался прав, в камине действительно еще теплился огонь. Она свернулась в кресле с бокалом горячего напитка, наблюдая, как он подкладывает в камин дрова.

— И сколько времени у вас заняла вся работа над турбиной? — спросила она.

— Несколько лет, — ответил он. — Здесь так неуютно еще и потому, что нет электричества. Мне пришла в голову идея создать на базе мельницы гидроэлектростанцию. Самый экологически чистый способ получения дешевой электроэнергии.