Кимберли Рэнделл - В полночный час

Юноша вздрогнул:

— Ты слышала это?

— Что?

— Голос, — Дэнни бросил пакет с пудингом в ведро, — который сказал, что мне нужно отправляться в ванную.

— Наверное, это сказал твой мочевой пузырь.

— Но я совсем не хочу туда идти.

— Ты пойдешь, — снова прошептал Валентин.

Дэнни обернулся и пристально посмотрел на призрака, но, кажется, не заметил его. Внимательно осмотревшись по сторонам, он снова повернулся к Веронике.

— Наверное, я все же приму душ.

— Не спеши! — крикнула ему вдогонку девушка.

Дверь ванной закрылась, и Вероника раздраженно посмотрела на Валентина:

— Так это был ты! Это ты целовал меня!

— Это вовсе не значит, что я не хочу прикасаться к тебе, — сказал Валентин. — Я просто не могу, ты должна меня понять.

— Ты целовал меня! — продолжала девушка. У нее перед глазами все еще стояла картина, как он вышел из тела Дэнни. Это Валентин целовал ее так, что она теряла голову. Валентин.

— Ты девственница, а я не могу прикасаться к девственницам. Это против моих правил.

— Каких правил?

Валентин открыл рот, чтобы ответить, но раздался резкий звонок телефона. Вероника не сдвинулась с места, чтобы поднять трубку.

— Привет, это Вероника… — Раздался наконец ее голос, записанный на автоответчике.

— Все то же старое скучное сообщение, — сказала Дженни после гудка. — Я понимаю, что звоню поздно, но Марси заболела и поэтому мне не до сна. Я знаю, что ты тоже ложишься очень поздно, и решила позвонить тебе.

Итак, что ты думаешь, если я назову мальчика Кайлом, а девочку — Кайли? Правда, второго брата Мэтта зовут Кайлом, но думаю, что мы сможем с этим смириться. Позвони и скажи мне. — Автоответчик выключился.

— У кого-то родился ребенок?

— Не пытайся увильнуть, — сказала девушка. — Значит, это был ты. Сегодня ночью и в ту ночь, когда я первый раз поцеловала Дэнни. Это был ты.

— Мы должны сохранять дистанцию, — заявил Валентин с непреклонным выражением на лице.

— Тогда зачем ты целовал меня?

— Я здесь временный гость, — продолжил призрак. — Мне нужно думать об Эмме — о вопросе, который волнует меня. Я не могу отвлекаться…

— Почему?

Их взгляды встретились, и Веронике показалось, что она заметила желание в его глазах. Затем эмоции исчезли в искрящихся голубых глубинах этих глаз, и Валентин пожал плечами.

— Мне не хотелось бы видеть, как твоя замечательная техника будет потрачена на неопытного человека.

— А ты ревнивый.

Призрак замер.

— Я никогда не был ревнивым.

— Ты хочешь меня, — улыбнулась Вероника, а Валентин нахмурился от этих слов. — Ты хочешь, ты на самом деле хочешь меня.

— Ох, женщина. Конечно, я хочу тебя. Ведь я ужасно долго не находился рядом с женщинами, за исключением одной помощницы адвоката.

— Какой помощницы адвоката?

— Она описывала имущество, когда я находился на складе, и ей определенно понравилась моя кровать.

Вероника прищурилась:

— Ты прикасался к ней?

— Я собирался это сделать, но, к счастью, мне помешал ее жених.

— Насколько я могу догадываться, ты не Прикасаешься не только к девственницам, но и к помолвленным женщинам.

— Приблизительно так, — Ну и как она выглядела?

— Настоящая красавица, — прошептал Валентин, — По-моему. — Он потряс головой и добавил:

— Но это к делу не относится.

— Как бы то ни было, — ухмыльнулась Вероника и осуждающе добавила:

— Сознательно или нет, но ты поцеловал меня. Причем ты использовал не только поцелуй бабочки, а все десять типов поцелуев, которым научил меня.

И еще один новый!

— Просто поцелуи — пусть даже все, десять их типов — это еще не половые отношения, или ты ничего не поняла за последние недели?

Они пристально и напряженно смотрели друг на друга.

Сексуальное притяжение настолько наэлектризовало воздух, что у Вероники заныли бедра. Валентин же, напротив, выглядел необыкновенно спокойным, невозмутимым и абсолютно равнодушным. Веронике вдруг захотелось задушить его.

Однако ей придется довольствоваться только тем, что она выведет его из равновесия.

— Действительно, — улыбнулась девушка, пристально взглянув на картонную коробку с мороженым, которую она оставила на столике: у нее появилась идея. — Я кое-что поняла и хорошо развила свое воображение. Ты превосходный учитель, Валентин.

Когда Вероника взяла коробку и ложку, в глазах призрака засветилась паника.

— Что случилось? — Она зачерпнула мороженое ложкой. — Такой большой, мужественный и опытный мужчина не должен бояться маленького мороженого.

Девушка с восхищением посмотрела на шоколадное лакомство и лизнула его. Она блаженно застонала, когда мороженое растаяло у нее на языке.

— Или может быть, ты просто испугался, что я не дам тебе мороженого? — Вероника зачерпнула еще одну ложку и снова посмотрела на Валентина. — Хочешь попробовать?

— Ты же знаешь, я не ем земной пиши. — Голос призрака был больше похож на хриплый шепот.

— Я говорю не о мороженом. — Вероника подмигнула ему и соблазнительно прикоснулась языком к десерту, прежде чем проглотить его.

Испустив протяжный стон наслаждения, она заменила чайную ложку на столовую, положила в чашку мороженого и потянулась за шоколадным сиропом. Огромная капля стекла с чашки на пальцы девушки. Вероника слизнула густой сироп.

— М-м, — промычала она от удовольствия, слизывая шоколад со своих пальцев и наблюдая за Валентином. Он в это время сглотнул слюну. — Наверное, я придумала мою следующую фантазию.

— Больше никаких фантазий!.. — простонал призрак.

— Ох, несчастье! Тем не менее я думаю, что эта фантазия будет самой лучшей из всех моих фантазий. — Она должна вывести Валентина Тремейна из себя, поскольку устала ждать его. Вероника была расстроена и хотела облегчения.

Она пальцем зачерпнула солидную порцию получившегося лакомства и отправила его себе в рот.

— М-м, — промычала девушка, обсасывая палец и наблюдая за Валентином. Он тоже наблюдал за ней. Воздух вокруг них искрился от напряжения.

— А-ах! — Вероника вытянула изо рта блестящий палец. — Я так люблю пломбир с теплым и густым шоколадным сиропом.

Она зачерпнула еще мороженого из чашки и снова обсосала палец. Потом еще и еще…

— Мы перейдем к прикосновениям. Только… — Валентин схватил ладонь Вероники и вытянул палец у нее изо рта, губы девушки обожгли его кожу, — не делай этого.

Пожалуйста, не делай этого.

Вероника удивленно подняла брови:

— Только «пожалуйста»?

Валентин резко отпустил ее руку.

— Чертова женщина, да ты просто сумасшедшая.

— А ты упрямый.