Ольга Резниченко - Черта

Они… они тебя отпустили?

— Отпустили, отпустили. Попробуй заснуть, тебе будет легче.

— Нет! НЕЕЕТ! Только не спать. Нельзя спать. Я хочу ощущать, понимать, осознавать, что ты… рядом.

— Я и так буду рядом.

— НЕТ!

(и снова притуляюсь, и снова прижимаюсь, сходя с ума окончательно)

— Юра…

— Да?

— Я хочу, чтобы ты знал.

— Слушаю…

— Я… я… Они мне сказали, что я тебя никогда больше не увижу… Юр…

— Знаю.

— Слушай!

— Да…

— Они… они сказали, что ждать тебя бесполезно.

И потому, потому я приняла это решение.

Так… в такой способ тебя отыскать.

Клавдий говорил, что у них есть доступ к Элите, вот я…

— Свет, — взволновано вскрикнул, — давай, просто забудем.

Забудем всё! Всё, что было.

Представим, что вчера было то… наше воскресенье…

Мы остались одни в маленьком домике в лесу… Весь мир для нас исчез… оставив лишь сладость грез и счастье нашей близости.

А дальше — дальше был дурной сон.

… но мы проснулись — и все теперь хорошо, и даже лучше…

(казалось, он говорил давно заученные слова, слова-самовнушение, мантру…)

Давай?

(киваю, киваю головой)

— Хорошо.

Прижалась, прижалась щекой к груди и замерла,

… наслаждаясь самым прекрасным звуком на свете — тихий стук родного сердца.

(Юра)

— Филатов, тебя уже все обыскались. Документы недооформлены, медосмотр не прошел.

Ефимыч в шоке.

Давай, вставай…

— Но Света, она только уснула…

— Да что Света… пусть спит, успеешь еще вернуться.

Черт, черт… не нравится мне всё это.

— Котик, Светик, ты меня слышишь? Я отойду ненадолго, и скоро вернусь… Слышишь?

— Ага, — невнятный звук, жадное сопение… и перевернулась на другой бок.

…

— Лера, можешь посидеть со Светой, пока я не вернусь? Если она проснется, скажи что я где-то тут, рядом. И как только завершу важные дела, сразу приду к ней.

Хорошо?

— Эээ…. Да. Конечно.

(Света)

Словно током пробило мозг… от клетки к клетке… по всем кривым линиям жутким импульсом.

Нет, нет его!

Неужели? Неужели сон?

Тошнота вмиг сдавила горло, и не слезы, не слезы уже рвутся наружу…. А дикий шок вскипятил все внутри черепной коробки… и эта взбешенная лава норовит вырваться прочь…

Бегу, бегу…. На грани крика и визга…. Бегу уже по коридору…

(плыву на поворотах, скольжу, едва не падаю, кубарем не лечу, запутавшись в собственных эмоциях)

— ГДЕ? ГДЕЕЕЕЕ ОН???

— Ты чего?

(нервно схватила за грудки первого попавшегося мне на глаза человека)

— ГДЕ????

— Тьфу ты, больная! Отцепись!

(пнул, пнул в сторону)

И снова бегу, бегу вперед…

— Где? Где? Куда вы его дели?

— Света, что с тобой?

Хватаю, за лацканы Ефимыча и гневно начинаю трясти, выбивая правду.

— ГДЕЕЕЕЕ????

Но буквально и тридцати секунд не проходит — как пронзительная боль в затылке…

Стемнело.

(Ефимыч)

— Черт! Что с ней?

— Припадок, — неуверенно пожал плечами новенький медбрат, тут же пряча шприц в карман.

— Вовремя же ты тут…

— Да новенькую привезли.

— Новую?

— Да. Белорусская ВАБФ.

— Эй, а чего я до сих пор не получил документы? ТИМУР!!!

И унесите девушку, пусть не лежит на полу… А лучше к врачу, нашему психологу…

ТИМУР!!!

— ЧТО, вы, СУКИ, с ней сделали???

(вдруг зарычал, завопил этот, новоприбывший, Филатов)

… и принес леший его вовремя.

… рыцарь хренов, в золотых доспехах.

Подхватил, обнял Киряеву.

Быстрыми, ловкими движениями стал проверять пульс, зрачки.

— Да в порядке она. Снотворное укололи. Нервный припадок случился…

— Ну, Лера… — (едва слышно прорычал)

— Ничего удивительного, — вдруг отозвалась Маргарита

(и чего еще и эту приперло?

вечно со своими умными, психологически-проникновенными штучками лезет)

— Юра, отнеси ее ко мне в кабинет. А вас, Захар Ефимович, и Алексей, попрошу мне объяснить, что это себе позволяете?

— Не пуля же в затылок…

— Очень разумное замечание. Захар.

— А что Захар?

Я не понял,

теперь что…

каждый может на меня кидаться?

И учтите — снотворное — это еще не наказание…

— И не будет наказания.

— Не понял?

(насмешливо хмыкнула)

— Ладно, мне некогда… разговаривать,

а уж тем более с тем, кто никогда… ничего не слышит.

Меня пациент ждет.

— Ото и правильно. Идите, и лучше вылечите ее. А не на нормальных людей вину списываете…

— Несомненно, несомненно вылечу.

(Юра)

— Что с ней?

— Да всё в порядке. Скоро проснется, голова будет немного побаливать…. а ушибы — несерьезные.

— Черт, так и знал, что оставлять одну нельзя было…

— Не твоя вина.

— Как не моя? Моя…

— Юра, вам обоим предстоит пережить, перемять всё то, что скопилось внутри. Не забывай, она… пыталась покончить с жизнью…

— Я ни на секунду это не забываю.

— Вот потому и пойми… всю глубину ее переживаний и нынешней реакции, психоза.

— Я-то понимаю! — (нервно взмахнул рукой) — ПОНИМАЮ! Да только…. только как мне ей помочь?

— Привязать к себе — не выход. Просто, будь готов к вот таким вот всплескам.

(несмелый стук в дверь)

— Да?

Ефимович…?

— Марго, я хочу с вами поговорить…. Можно на секундочку?

— Да, конечно.

Быстрые шаги на выход — и скрылись оба в коридоре.

(Маргарита)

Нервничает наш Захар. Очень даже нервничает. Ну-ну.

— Вы что-то хотели?

— Как она?

— Жить будет.

— Ну… я надеюсь…

Я, вообще-то, спрашивал про ее… эти… налеты, набеги… помутнения.

— Это всего лишь нервы.

— Вы ей поможете? Да?

Ну, нам же не нужно сообщать…

— Я справлюсь.

И… если честно…

(замерла, замерла — давая возможность его интересу сыграть в мою пользу)

— Что?

— Они сами смогут себе помочь, и очень даже… плодотворнее, результатней,