Джейн Хеллер - Женская логика

— Не так?

— Не совсем так. Я не подумал, что еще один человек знал о наших занятиях, и этот человек — Келси.

— Точно! — подхватила я. — Я приехала сюда по той же причине: чтобы заставить ее признаться.

— Так вот, должен сказать, она тут ни при чем. Я надеялся, что это сделала Келси, потому что в таком случае мы с тобой могли бы продолжить наши…

— Только если ты попросишь у меня прощения! — сказала я.

— Не перебивай. Кое-кто учил меня, что перебивать нехорошо.

— Та, которая учила тебя этому, была неравнодушна к тебе. Но за все свои усилия она получила от ворот поворот.

Он не обратил внимания на мои слова.

— Как я уже сказал тебе, Келси не звонила в «Нью-Йорк пост», Линн. Она даже не читала эту статью и ничего о ней не слышала. Келси три недели провела в Лос-Анджелесе, у своей матери, и вернулась только сегодня утром. Она еще даже не добралась до постели.

— Ты хотел сказать, еще не ложилась спать? — поправила я его.

Я не могла смириться с мыслью, что он с ней заодно, но еще больше злилась, что когда-то они были любовниками.

— И кстати, то, что она была в Лос-Анджелесе, не снимает с нее подозрений, — продолжала я. — Если я не ошибаюсь, там есть телефоны. Она могла позвонить в «Нью-Йорк пост» оттуда. Кроме того, она могла оказаться маленькой лгунишкой… — Я окинула взглядом Келси, которая была намного выше меня ростом, и добавила: — Ну, насчет «маленькой» я погорячилась, конечно. Я просто хотела сказать что, возможно, она все выдумала и никуда на самом деле не ездила. Люди в таких случаях обычно не признают свою вину.

— Могу я тоже принять участие в разговоре? — раздраженно сказала Келси. — Я могла бы представить билет на самолет в качестве доказательства, но вы, по-моему, так увлечены своей беседой, что на вас это не произведет впечатления. Ты, Брэндон, заявился ко мне сегодня чуть свет с вопросом, не пыталась ли я погубить твою репутацию! Если хочешь знать, мне дела нет до твоей репутации. В тот вечер, когда я ушла из ресторана, я сказала себе: «Келси, уноси отсюда ноги и найди себе настоящего мужчину вместо этого слабака, который в штаны готов наложить, когда я заказываю соус отдельно от салата».

— Постойте! — вмешалась я. — Брэндон — и есть настоящий мужчина. Он джентльмен…

— Премного благодарен, — сказал Брэндон, — но я как-нибудь обойдусь без твоей помощи. Мне от нее пользы, как от крема от морщин.

— Мужчины не пользуются кремом от морщин, пойми ты, ничтожество! — заявила Келси. — Видите, во что вы его превратили, — вы, с вашим Бабьим языком?

— Выбирайте выражения, когда говорите о методике доктора Виман, — сказала я.

Она засмеялась мне в лицо.

— Неужели вы думаете, что я стала бы тратить время на вас, звонить в газеты, чтобы испортить вашу репутацию? У вас нет никакой репутации, доктор Виман! И никогда не будет!

— Это лишнее, Келси, — вступился за меня Брэндон. — Можешь издеваться надо мной сколько угодно, но оставь в покое Линн.

— Прошу прощения, — сказала она, откинув назад свои светлые волосы, — я что-то не понимаю, если она тебе так дорога, то почему вы в ссоре?

Он не ответил — видимо, потому, что ему нечего было сказать.

— Раз ты, Брэндон, веришь, что Келси непричастна к заметке в «Нью-Йорк пост», значит, я все еще под подозрением? — спросила я.

Он собирался ответить, но Келси опередила его:

— Послушайте, я устала. Я вторые сутки на ногах. Так что я бы попросила вас обоих попрактиковаться в Языке женщин где-нибудь в другом месте и позволить мне немного поспать.

— Не смею мешать, — сказала я. — Подумаешь! Вчера меня тоже выгнали из одного дома. — Я многозначительно посмотрела на Брэндона.

— Я не выгонял тебя вчера, Линн, — отозвался Брэндон, когда мы проходили в прихожую. — Я просто закончил разговор. Мы объяснились, и я понял, что…

— Желаю удачи! — насмешливо сказала Келси, выпроваживая нас за дверь.

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга.

— Ну, что? — наконец произнесла я, прикоснувшись к его руке. Привычка.

— Все замечательно, — ответил он. — В моей компании специалисты по связям с общественностью свое дело знают. Они взяли под контроль шестую полосу «Нью-Йорк пост», так что, я надеюсь, эта история не расползется, как компьютерный вирус.

— Я тоже на это надеюсь.

— А как твои дела?

— Плохо. Я не звонила в газету, Брэндон. При мысли, что ты винишь во всем меня, становится просто невыносимо.

Он пожал своими широкими плечами:

— А кто же, если не ты? Я проверил Келси, ты же видела. Она этого не делала. Больше мне некого подозревать.

— В таком случае постарайся послушать меня. Когда мы начинали заниматься с тобой, ты не блистал умением слушать людей, помнишь?

На его лице появилось некоторое подобие улыбки. Хотя, возможно, он просто состроил гримасу. Трудно сказать.

— Я думала, что благодаря нашим занятиям мы справились с этой проблемой. Я думала, что ты научился слушать, сочувствовать, делиться своими переживаниями…

— Я научился, Линн, но ты стала другой. Ты не сдержала слово.

— Это неправда, — спокойно сказала я. — Давай попробуем разобраться вместе. Как ты считаешь, мог ли человек, с которым ты даже не знаком, позвонить в газету?

— Зачем тогда ему создавать мне неприятности?

— Не ему, а ей.

— Ей?

— Да, я думаю, что это сделала женщина. И почему ты не допускаешь мысли, что она хотела навредить не тебе, а мне? А что, если за обеими статьями — в «Нью-Йорк пост» и в «Инквайрер» — стоит один и тот же человек, и целью обеих статей было досадить мне?

— Неубедительно! В последней статье ты предстаешь в выгодном свете, не забывай об этом. Тебе нужна была реклама — ты ее получила.

— Но я потеряла тебя! — Мой голос дрогнул. — А я меньше всего хотела этого.

— Видимо, ты выбрала, что для тебя важнее, и решила рискнуть мной для пользы дела.

— Но я ничего не выбирала! Допусти на секунду, что я не делала того, в чем ты меня подозреваешь! Но он не слышал меня.

— Ладно, Брэндон. Возможно, я плохо объясняю или это еще один пример того, как мужчина и женщина не понимают друг друга.

Он покачал головой:

— Тут дело не в понимании, а в доверии.

— Пусть так. Так что мы решили?

— Пока ничего.

Пока…

Не знаю, понял ли он, но это короткое слово придало мне силы. Между словами «пока» и «никогда» простирается пропасть. Под словом «пока» подразумевается воодушевляющее «когда-нибудь» или даже «скоро». Теперь передо мной стояла непростая задача — вывести на чистую воду моего тайного врага. Так что в ближайшее время мне было чем заняться.

25

Брэндон не ошибся в прогнозах, когда сказал, что заметка в «Нью-Йорк пост» создаст мне неплохую рекламу. У меня появилось то, о чем я раньше могла только мечтать: пациенты. Вскоре после появления статьи в газете телефон в моей приемной начал звонить без остановки, как в прежние времена. Среди звонивших были не только мужчины, нуждавшиеся в моей профессиональной помощи, — звонили издатели, телевизионные продюсеры, редакторы журналов. Все они хотели со мной встретиться и поговорить на тему «чудесного преображения Брэндона Брока». По иронии судьбы, мне позвонил тот самый журналист из «Форчун», который написал статью о «самом суровом начальнике Америки», и предложил сделать материал о том, какое применение можно найти методике доктора Виман в отделах кадров организаций. Иными словами, я возродилась из пепла. Моя мечта сбылась: благодаря Брэндону я восстановила свою репутацию. Но я потеряла его — и теперь праздновала пиррову победу.